Дома у всех родителей наших стоит шкаф с книгами. У некоторых, как у моих, очень даже большой шкаф. Книги там на всех полках тесными рядами стоят и даже в два слоя. Те, что поглубже, — не самые интересные или корешки потрёпаны, в общем, не очень красивые. А первый ряд — это подписки знаменитые: классики там и современники разные, что в обложке мягкой. Ну и, конечно, Пушкин с Тургеневым и дальше по алфавиту.

Собирало эти сокровища поколение наших родителей много-много лет. Отец по утрам перед работой забегал отмечаться в книжный магазин, а по дороге ещё заглядывал в магазин, где мебель продавать должны. Там тоже отмечался, и последствиями этих хождений были и шкаф, который сервант, и книги, которые назывались подписки.

Страницы книг этих стали уже желтоватые, пахнут немножко пылью, клеем и ещё детством. Новые книги так не пахнут.

Нечасто получается, но если задержишься рядом с этим шкафом, то отойти трудно. Вытаскиваешь за корешок одну за другой книжки, листаешь, читаешь, нюхаешь и думаешь, что время незаметно пролетело, жизнь прошла почти куда-то, и ты последний человек поколения, кому это книжное богатство ещё дорого.

Когда-то, в те времена, читали все, а в библиотеки были записаны поголовно: весь класс и даже двоечники, хоть и умевшие читать плохо, ходили в библиотеку. А книги потом не возвращали.

Так вот, книга тогда была шикарным подарком на день рождения, а ковёр, который я, кстати, видел сегодня на помойке — кто-то выбросил, — о ковре мечтали, чтоб на свадьбу кто-нибудь из богатых родственников подарил.

Так вот, вытащилась мне сегодня книжка из внутреннего ряда — называется «Пословицы и поговорки». С аннотацией, конечно. Смысл предисловия такой: мол, считается, что в этих пословицах и поговорках вся правда жизни собрана или опыт с мудростью поколений. Короче, прочтя книжку с этими самыми пословицами, ты впитаешь в себя вековые премудрости — и всё, как глубокий старец, ты умён и мудр и можешь раздавать всем подряд полезные советы.

Я, конечно, зачитался этими поговорками и хотел бы с некоторыми премудростями не согласиться, а с другими согласиться обязательно.

Вот, к примеру, написано: «Жизнь прожить — не поле перейти». Трудно поспорить. Жизнь прожить, конечно, полегче, чем ходить-бродить сейчас по полям. Особенно в наше время: для жизни опасно.

Во-первых, они, эти поля, возможно, чьи-то, и там посажено, может, что-то. И хозяин посаженного будет недоволен: чего ты там, дескать, топчешься. И как человек нелёгкого труда он, скорее всего, с нервами и ружьём, и лопата у него точно есть.

Во-вторых, предупреждают ведь постоянно: эпидемия сейчас просто какая-то сумасшедшая — клещей энцефалитных и прочей нечисти. Зайди только в заросли — и разорвут. Плюс борщевик везде и прочая ядовитая фауна.

Потом ещё история: у меня знакомый, отец семейства, ходил в поле что-то собирать для поделок в школу. У него двое детей в школу, в начальную сразу ходят. А он, получается, ходит в поле после работы, собирает материал разный, из которого его жена, мама этих что народила школьников, склеивает дома поделки. А дети их потом несут учителю. Вся семья, можно сказать, при деле постоянно.

Мы так думаем, что в школах эти поделки в таких количествах нужны только для продажи. Непонятно, правда, пока кому. Видимо, пока складируются где-то. А потом на рынок в один момент выбросят. Когда дети вырастут — дескать, ваше творчество. И подписано на каждом экспонате ведь: Вася Иванов, 2 «Б» класс. Повзрослевшие дети враз всё сметут. И школы враз разбогатеют.

Так вот, он, папаша этот, вечером ходил по полю с фонариком, конечно, и искал какие-то сучья и палки, которые ему супруга наказала найти. И даже нарисовала на бумаге какие. Они должны были быть раздвоены и расчетверены, чтобы походили на человечков.

А поле-то за домами сразу нашего жилмассива начиналось и тянулось, вперемешку с мусорными кучами, до самой окружной дороги.

Так вот, ходил он там часто, и его жители из окон, конечно, заметили. И запомнили. И нашёл он в один вечер там, в поле, двух оперативников. И доказывал им всю ночь в отделении, что ничего он не закладывал, а просто учительша у них перепутала профессию. Ей не в школе, а в другом месте надо работать было. В творчестве каком-то.

Так что поле перейти в наше время не так-то и просто. Жизнь, может, у кого-то прожить проще покажется.

И вот с другими поговорками тоже поспорю. Ну вот, допустим, говорят: «Сэкономил — значит заработал». Последний десяток лет я, например, проработал в школе. Учителем. Даже не спрашивайте чего, это не важно: учителя там у нас все одинаковы.

Так вот, эта поговорка в нашей школе не работала. Мы там всем коллективом из года в год только и занимались, что экономили. Так экономили, что дух захватывает. И то не купили, и туда не съездили. И не попили, и не поели. И не полечились, и не приоделись. Короче, возможностей для экономии у нас там было — голова закружится. Но вот вторая часть этой поговорки, про заработки от этой экономии, не работает совсем. Не знаю почему.
Продолжение: https://author.today/work/594516

Что это за пространство такое, никто не понял. Кто-то предположил, что, может, они имели в виду тот пятачок за школой, где иногда после уроков выходили махаться один на один пацаны. Но зашедшая в класс Валентина Анатольевна разъяснила, что имеются в виду личные конфликты. И что полицейским надо говорить всю правду. Первой туда позвали по списку Артюхову Анжелку, главную сплетницу класса.

Когда прошло полчаса, а она всё не возвращалась, все приуныли. Особенно Борька Эпштейн. Ему кто-то из одноклассников напомнил про спор недельной давности с Алеськой и Динарой из-за ценников в магазине. Борька, ненатурально посмеиваясь, сказал, что это был обычный, безобидный спор на желания. Однако потом подошёл к Алеське и тихим, деловым голосом спросил, какие желания он ей должен.

Алеська загадала ему одно желание — исчезнуть. Борька желание исполнил, сказав загадочно на прощание, что он всегда рядом. Всю первую перемену Алеська прохаживалась перед кабинетом девятого класса, но тех вчерашних ребят — ни длинного, ни мелкого с собачьей физиономией — в школе не было. Тогда Алеська переключилась на девочек с туалета. Рыжая Ксюха с параллельного класса опять была в туалете.

Алеська позвала её на серьёзный разговор вниз. Кто-то это услышал, кому-то передал — включился испорченный телефон, и по школе поползли слухи, что сегодня какие-то семиклассницы будут махаться после уроков на пустыре из-за пацанов. Макс Беличенко, что принёс эту новость в класс, заявил, что в школе становится с каждым днём всё круче, и он, пожалуй, не хочет, чтоб она сгорела, как он желал ещё недавно. А ещё очень хотелось бы узнать, что за девчонки сегодня будут биться и из-за каких таких пацанов.

Потом стало ещё интересней. Вместо того чтобы носиться по коридорам, толпиться в туалете или занять очередь в столовую, вся школа вместе с учителями высыпала во двор и молча смотрела, как по полю ходят какие-то люди с собакой, с какими-то предметами и чемоданчиками в руках, фотографируют, записывают, что-то поднимают с земли и складывают себе в сумки. Полицейская собака долго ходила по всем тропинкам, обнюхивала землю, часто оборачивалась к проводнику и как будто даже спрашивала у него что-то. Те, у кого особо хорошее зрение и воображение, утверждали, что человек с поводком даёт ей нюхать ботинок Динарки и показывает ей её фотографию.

Тем временем Алеська убедилась, что с девочками из туалета каши не сваришь. Они почему-то все категорически не соглашались, что посещали вчера туалет во время урока, как будто в этом было что-то криминальное. Девочки говорили Алеське, что она дура, что ли, что в туалет они ходят только на перемене. И не в окно смотреть, а пообщаться. Зато к обеду появились оба девятиклассника.

И длинный с грустными глазами, и мелкий терьерчик были мрачнее тучи. Найдя их на перемене разговаривающими вдвоём в коридоре, Алеська, немного стесняясь, спросила, не видали ли они на пустыре за школой вчера Динарку. От такого простого вопроса оба почему-то шарахнулись от неё так, будто у неё змея в руках. Алеська не привыкла ещё, чтобы от неё шарахались парни, совсем засмущалась и, повернувшись, быстро удалилась.

В общем, расследователь из неё получился так себе, и она, расстроенная, пошла после уроков побродить по полю и поискать что-то, что, может, не нашла полицейская собака.

Продолжение :
https://author.today/work/567139