Если Вы заезжаете коней с нуля и никто не вмешивается в ваше общение с умными советами, кони получаются с жирным отпечатком вашей личности. Сев на такого коня, человек знакомый с Вашим почерком, сразу вычислит автора.
Такой двухлеток человека вблизи никогда не видел, рос на свободе. Он может не знать вкуса овса, если табун овсом не подкармливали, и кони годами шарахались на свободе далеко от людей. Он однозначно не знает вкуса сахара и первый сахарок будете засовывать ему в рот и зажимать руками губы, чтобы не сразу выплюнул, а подержал и проникся.
Мне в детстве добрые конюха постоянно предлагали заездить лошадок. Моё детство - это советские совхозы с сотенными табунами, которые кормило государство, поэтому молодняка было, как говна за баней.
Я была так благодарна, так благодарна за щедрость добрым мужикам, пока через 30 лет мы не встретились с бывшим бригадиром этой конюшни.
Колхоз, оказывается, за заездку молодого коня под верх платил конюхам по пяти рублей, а за заездку в телегу и все двадцать. 1985 год, кто помнит, переведите на современные.
Двухлеток, оставленный на конюшне под заездку, орет и ломится во все щели, пока его табун уходит из база пастись. Если денник окажется без решетки - может попытаться выпрыгнуть в коридор. Обязательно обдерёт при этом пах и бедра. Если окна достаточно низко - попытается пролезть. Один раз, когда табун уже ушёл, мы выпустили молодого из денника, чтобы бежал паниковать свою панику в загон. Он, с криками побегал вдоль сетки, пробуя ее грудью. Не найдя в ней прохода, с разбега упал на бок в углу, где навоз из загона под сеткой самотёком шел куда-то вдаль. Там было полметра от земли до низа сетки, конь вытек по говну на волю и, не отряхиваясь, поскакал в поля.
(Кстати, в отношении грязи формула "высохнет - само осыплется" - это про коней).
Стиль заездки лошадей зависит от манеры езды человека. У одного все кони получаются чувствительными на шенкель, у другого управляются весом и толчком корпуса. Кто-то делает всех коней мягкими на повод, а у другого они все получаются с деревянным ртом.
Напоминаю, все это происходило без тренера, никто из взрослых не лез в душу, лупоглазых двух-трёхлеток было море, а нас, приходящих на конюшню, было человек десять и конкуренции за коней не было. Как непохоже это счастье конника на то, что считается нормой сейчас.
Опытным путём выяснилось, что всё живое, на что я громоздились, приобретало конкретные характеристики: вне зависимости от породного направления заезженная мной лошадь получала нечувствительный рот, но летала "от дуновения шенкеля".
Прикладываешь икру к коню и он реагирует на нее, как на включенный огнемёт. То есть, если со второй стороны приложена вторая икроножная мышца, то конь выпуливается между ногами вперёд. Ездили постоянно без сёдел, поэтому прямо чувствуешь, как стекаешь по шерсти назад. Потому и виснешь на поводе. Лошадь привыкает к этому и перестает обращать внимание на действие рук.
Если не прикладывать к боку коня с другой стороны вторую икру - конь будет крутится на месте, пока не наиграешься и не встретишь его противоплложным шенкелем.
Эта фишечка как-то чуть не вышла мне боком - вспоминаю - волосы дыбом. Был момент - серьезно подвернула голеностоп, но на конюшню все равно припёрлась. Подумала, что на коне без седла ездить это не помешает. Народ подкинул меня на мою поджопную кобылу, я попыталась тронуться с места и поздно поняла, что больная нога не может полноценно встретить икроножной мышцей бок лошади. А здоровой-то ногой я уже прикоснулась. И кобыла послушно начала вертеться. А мне нечем её остановить с больной стороны. Как ни стараюсь, на вертящейся лошади без седла здоровой ногой я временами касаюсь её бока и тем усиливаю движение. А спрыгнуть - еще страшнее, растянутый голеностоп на честном слове и белых эластичных бинтах из аптеки держится, болит на каждый толчок крови по сосудам.
Я начала орать от ужаса. Дети вокруг радостно смеются. Им от 12 до 25, но кто смеётся в такой ситуации - у того мозги явно детские.
Бригадир вышел на крики, мгновенно врубился в ситуацию и схватил кобылу за повод.
Следующим своим конём я сломала любимому Бригадиру голеностоп, да так, что он меня до конца жизни вспоминал, когда ему нужно было присесть в кустиках на корточки - нога до конца не сгибалась.
Следующий конь, трехлетний мерин, у меня получился такой-же, как кобыла - деревянный рот, сверхчувствительный шенкель. Тормозился голосом, на нашу с ним тайную команду - надо вальяжно сказать "Ооо-стооой" - и вкопается.
Никаких "тпру". На "тпру" я его приучила скакать ещё быстрее. Это такая полезная штука, когда скачаешь наперегонки. Кричишь "Тпрруу", соседские кони тормозят, а твой топит быстрее.
Зато не реагировал на корпус всадника совершенно. Так и не делась мне эта наука - толкать коня тазом и поворачивать весом тела и бедрами, без участия рук и икр. Каждому своё.
Как раз в тот год я добыла книгу "Дрессировка лошадей в цирке" , поэтому мерин умел сидеть и лежать. Очень полезна штука, если играешь с детьми на конях в казаки-разбойники. Я с ними играла именно для того, чтобы был веский повод уложить коня в высокой траве и на адреналине ждать, когда мимо проскачут преследователи.
Команда к укладке была очень похожа на простой поворот - натягиваешь правый повод, конь поворачивает голову и... Если в этот момент левой икрой, нанесенной заметно назад, тронешь его бок, то будет поворот. Если ногой не тронешь - будет "плюх".
Бригадир же заезжал коней вообще на другом языке. Без звуков, управление только корпусом, повод почти без движения, наикрепчайшая посадка с охватом коня ногами.
Это я поняла, когда мы с Бригадиром заспорили, сможем ли проехать, поменявшись поджопными конями. Он был азартен и навеселе, мне было 16 лет и его мнение было важно для меня.
Моего мерина звали Мир, его мерина Гарант.
Поменялись. Отъезжали от конюшни с трудом. Гарант ждал от меня толчков корпусом, а я толкала шенкелем и голосом. Мир с Бригадиром были в противоположной ситуации. Так допихали коней метров 300 и Бригадир сказал: "Да нахер такую клячу" и развернул Мира к конюшне. Я послушно развернула Гаранта...
Вот совет всем - чувствуете на незнакомом коне какую-то жопу - слезайте до- . Целее будете.
До этого мы вкусили беспомощность на чужих поджопных конях в смысле "не могу разогнать". Кони вообще в сторону работы не торопятся.
Повернув к дому, такому близкому, мы узнали, что тормоза тоже разительно отличаются.
Гарант был резвейшим на конюшне и я через несколько секунд уже впечаталась вместе с ним в сетку ворот. Просто тянуть повод на нем оказалось бессмысленно - он не знал, что других коней так тормозят и книжек про это не читал. Не читал он и что коней тормозят голосом.
Он ждал какого-то мне неведомого движения мышц задницы всадника. Дождался только возникновения сетки перед мордой и понял, что дальше скакать не надо.
Обернувшись я увидела что Мир с Бригадиром лежат в 100 метрах от конюшни. Вот Мир встал и пошел домой, а Бригадир остался.
Как Бригадир сказал потом, когда конь с него встал, нога была развернута в голеностопе задом-наперед и он до подхода людей в шоке сам повернул её в нормальном направлении.
Две операции, 11 швов, сутки на вытяжке, месяц в гипсе, месяц в лонгетке, каждый день проклятия мне и коню, обещания вернуться на работу и в первый день пустить Мира на колбасу. Хорошо, что телефонов не было и он не мог мне это присылать, так, долетело иногда через знакомых.
Потом, когда Бригадир вернулся, я отмолила у него жизнь коня, приведя убойный аргумент - пока он был в больнице, я поставила Мира в телегу, а тележников колбасить грех, бе-бе-бе. Ну и поплакав, конечно, и чуть не (нет) постояв на коленях.
Но больше всего я ждала рассказа - как? Как это произошло? Лучший всадник района, идеальная крепчайшая посадка.
Просто произошло. Мир тоже попер домой вслед за Гарантом. На торможение корпусом - ноль реакции, на натяжение повода - ноль, я же на поводе висела всегда, на общепринятую команду тпру - ускорение! А про команду "оо-стой" я не догадалась рассказать, слишком велика была моя вера в совершенство Бригадира и его уникальную посадку. Но его идеальная крепкая посадка включала в себя и постоянное прикосновение обоих шенкелей к бокам Мира, а для Мира это были две нажатые в пол педали газа.
В общем, остановить Мира Бригадиру была не судьба. Но и впечататься в сетку ворот немыслимо - это позор. На девочковой лошади не уехал. Поэтому Бригадир использовал классический способ тормознуть неконтролируемого коня - повернуть его голову в сторону и конь пойдет на поворот. Так, кругами, тысячелетиями, тормозили закусивших удила коней.
У девочковой лошади на это действие возникла секундная заминка - поддержит всадник поворот левой икрой, отведенной назад - значит, точно хочет поворот. Но у меня мысли не было предупредить об этом Бригадира..(((
С тех пор, передавая кому-нибудь коня, я могу дать прямо на бумажке список его фишек, привычек и команд. Хватит мне мук совести с одним.
Не получив подтверждения, что будет поворот, Мир понял, что надо лечь. И на полном ходу он завалился Бригадиру на левую ногу.
Если бы мы ездили с сёдлами, могло быть что-нибудь страшнее, чем полуоторванный голеностоп. Деревенский трехлеток с человеком, застрявшим ногой в стремени и волочащимся по земле мог со страху скакать, отбивая задними ногами по страшному предмету сбоку. Но Мир просто подскочил и утрусил к дому, не оглядываясь на лежащего человека.
Потом наши пути с Миром разошлись, у меня учеба, у него работа в сельском хозяйстве. Но, говорят, когда на нём пасли коров, он регулярно возвращался раньше времени на конюшню с седлом и без всадника. Конюха, хихикая, снимали и прятали седло. Хромающий пастух прибегал через час, ему показывали голую лошадь и говорили, что так и было.
Так-же регулярно Мир привозил сёдла из других деревень. Тогда процветало конокрадство и рабочие кони ходили по всему краю по рукам. Некоторые пропадали начисто, некоторых находили через год-два-три. И только Мир стабильно возвращался через неделю, в уздечке и с чужим седлом.
