Я не знаю как это назвать 2
Переходим ко II действию. Кульминация.
Так прошла неделя. Коты еще жили в хате. Глаза мои стали похожими на попрыгунчики в томатно-яйчном блине, а дыханию бы не позавидовал даже злостный курильщик. И при разговоре о том что давай хоть кому-нибудь на передержку отдадим, я получила отказ. Грубый такой, неприятный. И сводился он к тому, что "ты, девочка, посиди лучше на таблетках. А коты останутся здесь жить. Уж больно я к ним прикипела". Но сил у меня уже не было. И в этот вечер позвонила мне сестра. По скайпу. Увидев мою многострадальную морду, она тут же предположила следущее:
- Ты что там? Рыдаешь круглосуточно?! тебе там плохо? С учебой проблемы?! Я тебя заберу!
- Не-не-не! все в порядке, все нормуль, это просто аллергия, - сказанула я от страха перед приездом сестры и тут же поняла что сказала. Я будто случайно разбила яйцо в раскаленную сковородку.
- В смысле аллергия? на что?
- На котов, - ну раз яйцо разбито, давайте забубеним яишенку, подумала я и продолжила. - На шестерых. Котов. Маша привела.
- Давно?!
- Почти полторы недели назад, - я видела как взгляд моей сестры наполнялся ненавистью и невольно вжалась в кресло глубже.
- Что? Она что, ебанутая?!
Я молчала. Знатная получится яишенка...
III действие. Развязка.
Сестра отключается от скайпа. Через 10 минут звонит мать. Злая такая... а мне стыдно. Перед ней, что не рассказала все сразу, перед Марией что рассказала все маме. В общем, неловко вышло. Мама звонит тете Федоси, тетя Федося звонит Марии. Мария стучит в дверь. Я открываю. А она какая-то злая:
- Что, мамочке пожаловалась?
- Ну... да.
- Мы же с тобой договаривались!
- Нет, мы не договорились, - здесь выходит из комнаты ее хахаль и я вижу как он скривил свою мордаху, увидев, как распухла моя. - Мы говорили о том что я потерплю неделю, а коты за это время уедут. Я здесь тоже живу и плачу квартплату. Мое мнение должно учитываться.
- Да ты просто маленькая эгоистичная мразь. И без мамки ничего не можешь.
На этом я закрыла дверь.
Примерно, через полтора часа в квартиру постучали. Маша, аки сайгак, в два тяжелых прыжка долетела двери и впустила тетю Федосю. Я выглянула из своей комнаты поздороваться. Она мне кивнула и переключила свое внимание на заплаканную Марию. Я закрыла дверь, но прислушалась: "а вот она такая сука, тут котятки, а она их хочет выкинуть, а я ей не даю, и маме она своей пожаловалась, и она их хочет выкинуть, а котятки хорошие, я их люблю как детишек своих" - и все это всхлипывая. Я, еще не знакомая с человеческой натурой, тихо охреневаю. Но тут тетя Федося решила успокоить Марию: " да ты тише-тише, котяток мы в обиду не дадим. Конечно, девочка молодая, дура еще. Придумала какую-то аллергию. Но ее можно понять. Но вот матушка ее... это ж клиника конкретная! прям ебанашка какая-то, звонит мне, и говорит за свое дитятко. Кобыла такая, а ее все мамка защищает", - и вот тут Остапа понесло. Ладно, хрен с ним. Я плохая. Согласна. Но мать мою трогать! Это было зрелище. Я в переносном смысле. Потому как я ж подслушиваю сейчас. Не красиво. Я металась по комнате из стороны в сторону, не могла найти себе место. Я вмиг возненавидела эти стены, эту кровать, до меня дошло что только законченный идиот мог выкрасить пол зеленым цветом, а стены - розовым! и дверь снова постучались...
Тетя Федося снотрела на меня презрительно-снисходительным взглядом. Я молчала. Мне было что сказать! Но я молчала.
- Ну деточка, - наконец, начала она.- ты же понимаешь, что тебе придется съехать?
- Я съеду. Но месяц только начался и заплачу только за эти 4 дня.
- Да что ты? - она улыбалась самой мерзкой улыбкой, на которую способна женщина за 50. - Вообще, было бы красиво заплатить за полный месяц.
- Вообще, было не красиво называть мою мать клиникой.
Федося развела руками и улыбнулась. За ее спиной шмыгала носом Мария. Коты и хахаль не отсвечивали.
- Ну, как знаешь, - женщина развернулась и хотела уйти, но задержалась. - А где икона, на этой стене висела?
- С ней все хорошо. Я убрала ее в шкаф.
- Ах, конечно. Тогда мне не стоит удивляться.
Ночь прошла, автоматная очередь затихла, приехала мама. Мои вещи уже были упакованы. Мы вызвали машину и уехали.