Второй шанс⁠⁠

Я открыл глаза. Вокруг стены, пол и потолок. В одном углу умывальник с одним краном, в другом, нужник с закрывающей крышкой. Всё белого цвета. Странно, но я не могу вспомнить, как тут оказался? В больничке? Вряд ли, вроде проблем со здоровьем не было, каждые два дня спортзал, раз в неделю бассейн с обязательным километровым заплывом. Да и вообще, на лечебное учреждение не похоже, только разве цветовой палитрой. В тюрьме? Вряд ли, с законом у меня дружеские отношения, налоги плачу исправно, конфликты обхожу стороной, грязных историй, с брошенными мной детьми, нет, да и я бы такого себе не позволил. Я слишком правильный, аж до тошноты. А вообще, что было накануне?

Да, чёрт возьми, ничего! В двадцать три часа лёг спать на свою тёплую кровать после чашечки горячего чая с ложечкой мёда. Иногда бывают сны похожие на реальность.

— Аааа, — ущипнул себя, не сплю. Молча, встаю и смотрю на чём лежал. Большой и толстый матрас. Такой белый кирпич с выемкой для головы. Щупаю руками, мягкий и плотный одновременно, материал похож на поролон и резину, странная структура. Ладно, с этим разобрался, подхожу к стене, сплошная панель, без швов и щелей - удивительно.

— Люди? Меня кто слышит? — не то что кричу, но нервы немного сдают. Пытаюсь сохранить хладнокровие. Никакого ответа. Посмотрел на верх, хочу рассмотреть источники света. Ничего не понимаю, ламп нет, вся окружающая обстановка даёт освещение, даже матрас-диван. Ничего подобного не видел, низ живота закрутило в недобром предчувствии. Что-то я не слышал про такие технологии. — Эй, это уже не смешно, ау!

Смотрю на себя, трусы семейные, майка с дыркой около соска и больше ничего, именно в этой одежде я и лёг спать. Да что же это такое? Прижало конкретно. Сажусь на унитаз справить большую нужду, после завершения неприятного дела, ударяет водяная струя - елки-палки, беде! За тридцать лет впервые со мной такое, как аристократ или там азиат, у них вроде такое практикуется? Вода приятная, тёпленькая, истерично хохотнув, подхожу к умывальнику.

— Это какой-то розыгрыш? — догадываюсь я, открывая кран, сделанный из пластического материала, и начинаю умываться, расплёскивая капли. После обмывания оглядываюсь по сторонам, в поисках полотенца. Ничего похожего нет. Встряхнув руки, почти шёпотом, сам себя спрашиваю, — и как же мне быть?

И тут со всех сторон в тело ударяют сильные потоки воздуха, я даже чувствую, как трусы слетают до колен.

— Эээ ууууу ааа… — щеки надуваются и вибрируют, как у весёлого пса, высунувшего морду в открытое заднее окно автомобиля. Десять секунд, и резко, эта ветряная вакханалия, прекратилась. Я в недоумении, но сухой, стою и кручу головой не понимая откуда нагнетался воздух.

А ещё нет ни дверей, ни окон, интересно, меня должны были ведь пронести сюда как-то. Начинаю простукивать стены - глухой звук и гладкая поверхность.

— Ээй! Кто-нибудь!? — теперь я уже немного паникую и кричу во всю глотку. В ответ – тишина. Тогда, открыв рот, прислушиваюсь. Тихий, очень тихий и далёкий гул и всё, больше ничего! Какая-та пугающая изоляция.

Вокруг начинает темнеть, чувствую, что сейчас что-то произойдёт и присаживаюсь на свой спальный матрас, мне страшно. Передо мной, на ширину всей стены, проступает планета похожая на нашу Землю. Большой экран во всех красках показывает её со стороны. Я уверен, что это Земля, вон, африканский материк, Евразия и часть Австралии. Захватывает дух от такой величественной картинки, наверно, снятого со спутника? Видно, как потихоньку извиваются завихрения облачных потоков, прикрывая местность, это не фотография а видеосъёмка, кто-то, показывает мне странный фильм. Изображение меняться. Камера, которая снимает, стала резко приближаться в сторону европейского материка. Узнаю знакомые очертания Российской Федерации. Проступают Уральские горы, и невидимый оператор направляется к родному городу. А дальше больше, как на навигационной карте, проступает моя улица, и вижу редкие машины, едущие по ночной дороге. Вот мой дом, мы подлетаем к крыше и проходим сквозь неё и стены. Какой-то кошмарный сюрреализм, перед глазами я вижу себя, сладко посапывающего на кровати. Одеяло запинано ногами, подушка скомкана. Резкий свет и моё тело пропадает, оставляя постельную принадлежность в одиночестве, и опять, вид из космоса.

— Что за бред? — шепчу, но не могу отвести взгляда от стены, там продолжается ужасающий сюжет. Теперь видны лёгкие круглые всполохи на поверхности планеты, смутная догадка витает на подкорке, они напоминают ядерные, или что-то подобное, взрывы. Их всё больше и больше на всех материках. Кто-то или что-то, мне показывает глобальный катаклизм в быстрой перемотке. И вот уже не видно ни океанов, ни суши - всю планету накрывает густой, серо-бурый туман, сквозь него мигают кроваво-жёлтые молнии и вспышки. Сижу и не верю своим глазам, только что, я увидел гибель собственного мира. Изображение пропадает и опять кругом лишь белые стены. У меня совершенно нет сомнений в правдивости произошедшего. Всё это политическое нагнетание в последние годы, вело именно к такой жирной точке, или даже восклицательному знаку, без этих вездесущих многоточий. Моя прострация прерывается, так как вижу, как выдвигается полуметровая часть стены, и как на подносе, на ней стоят: прозрачные, чаша с мутной коричневой биомассой и стакан с водой.

— Это наверно завтрак? — догадываюсь я и подхожу к пище. Беру чашу, чувствуя руками твёрдость материала. Принюхиваюсь к содержимому. Запаха совершенно нет, вряд ли это отрава, но отсутствие ароматов у еды напрягает. Осмелев, пальцами загребаю холодное месиво и пробую на вкус, ворча, — могли бы и ложку положить…

Это что-то протеиновое и безвкусное. Совсем неинтересное, уже испытываю отвращение, но, как ни удивительно, организм насыщается. Вода очень даже кстати, прохладная и немного присутствует привкус железа.

— Спасибо! — благодарю пустоту и опять повторяю процедуру умывания, после чего, пытаюсь внимательно рассмотреть, откуда появляются потоки воздуха. Ничего не вижу, ветер просто дует отовсюду и ниоткуда конкретно, поразительно.

— Ух ты, мистика какая-та! — выдыхаю я. Пустая посуда пропала, и выдвинутая панель-поднос, так же испарилась, как будто ничего и не было. — Я тут на чьём-то содержании, что ли? Алло?

Никто мне не отвечает, да я в принципе другого и не ожидаю…

** **

То был мой первый день появления в комнате, камере, каюте или жилом помещении, это уж кому как по душе. Потом прошло море и море таких же дней. Освещение в точности повторяло солнечный цикл нашей жизни, к вечеру медленно темнея, и сменяясь на кромешную темноту. Тогда я ложился спать, как и подобает живому организму. В голове крутился ворох вопросов, а ответов никто не давал. Думал о том, что нахожусь в открытом космосе, не понимая цели и смысла происходящего вокруг. После того страшного фильма про конец света, неизвестная сущность ничего больше не показывала. Всё говорило о внеземном разуме, но далёкого от нашего восприятия и понимания… и он не хотел выходить на связь со мной.

Чтобы убить бесконечное время, занимался гимнастикой и отжиманием, бегал, на месте и небольшими кругами по комнате.

— Ты ждёшь… Я пою… Ты танцуешь… я бегу… — нёс ахинею, пританцовывая перед молчаливой стеной, с недавних пор я начинал сходить с ума. Руками прощупывал своё лицо, борода выросла длиной почти с палец, а ведь никогда раньше не отращивал такой колючий ужас. Первое время мне удавалось контролировать счёт дням, а потом я сбился и забил на эту ерунду. Если бы была ручка или карандаш, другое дело, ставил бы галочки на поверхности пола или дивана. — Эй, кто-нибудь!? Какая погода за бортом? Может, нас уже сжигают солнечные потоки или протоны-нейтроны-мазотроны?

Пару раз, когда от меня начинало сильно уж попахивать, появлялся сильнейший тёплый водяной воздух, несравнимый с ветерком после умывания. Он, как мощная центрифуга, выжимал грязь из моёго тела, майки и трусов. Потом влажный ветер сменялся на сухой, просушивая. Я чувствовал себя вещью, которую кто-то решил почистить, даже было немного обидно.

— Люди… человеки… инопланетяне… Эгей! Я тут! — то кричал, то шептал я, периодически. Иногда, когда особенно был в плохом настроении, пинал по панелям, матрасу, умывальнику и унитазу, один раз хорошо так вывернул коленку и несколько дней хромал. И самое смешное, ничего не смог сломать или повредить, даже вмятины не оставил.

— Мама… папа… Алёна… Серёга… Анатолий Васильевич… Путин… Байден… Жанна Агузарова… Алёша… — вспоминал я своих родственников, подруг, знакомых, коллег, президентов и инопланетян, все они сливались в одно безликое человеческое очертание, я начинал забывать, как выглядят люди. Хоть бы какое жалкое зеркальце, чтобы посмотреть на себя, может собственный фейс бы и напомнил о них.

— Дамы и Господа, сегодня я покажу вам новый спектакль «мы живём в трамвае»! — кривлялся я у матраса, разыгрывая сам себе представление. Такая небольшая следующая фаза сумасшествия.

— Просим, просим! Мы ждём сударь! — присаживался я на свой спальник и притворялся зрителем, похлопывая ладонями.

— Это соседка Нюра, — вскакивал я на ноги, просовывая под майку руки, делая подобие женской груди и игриво поигрывая попой, — она такая проходит на кухню, чтобы поставить чайник на плиту… и тут она видит Ивана Васильевича, он курит у окна и прожигает взглядом фигуру женщины… Ой, доброе утро, Иван Васильевич…

— Привет, красавица! — с хрипотцой я же и поздоровался, уже стоя в умывальной зоне и вальяжно облокотившись об раковину, — прекрасно выглядишь! Может, покажешь свои буфера?

— Ай, какой вы хам… — хихикаю я Ивану Васильевичу и как бы невзначай, оттягиваю свою майку, — на, смотри, старый пень… всё равно большего тебе не светит…

— Это бесподобно! Браво! Браво! На бис!!! — кричу я, сидя на матрасовом диване (в зоне зрительного зала) и восторгаюсь игрой актёров этого великолепного театра. А через минуту уже лежу, и меланхолично смотрю на светящийся потолок. Никаких мыслей, лишь пустота в голове.

А когда моя борода доросла до солнечного сплетения, я был уже в постоянной апатии. Механически подходил к унитазу, справлял свои нужды, потом шёл к стене, из которой выдвигался поднос с едой. На автомате проглатывал биомассу, запивая водой, и ложился обратно, на свою кровать, прямо так, не моясь. Всё равно меня бесцеремонно прочистит невидимый хозяин этих апартаментов. Трусы с майкой поистёрлись до состояния видимости всех моих интимных мест, а мне было плевать. Я существовал почти в растительном состоянии, удобряемый каким-то сверхразумом в комфортной комнатной температуре. Занятие спортом давно забросил, и вообще забыл, что это такое.

Однажды, до моего слуха дошёл посторонний звук, похожий на сирену. С раздражением сфокусировал взгляд, мозг стал проясняться. Это был какой-то нечеловеческий вой. Упав с дивана, стал с испугом оглядываться, не понимая, откуда это звучит.

— Хватит! — мои уста вспомнили забытое слово, смысл которого был далёк от восприятия мозгом. Ладонями я закрыл уши и зажмурившись, прохрипел, — нет… нет…

Сирена нарастала с каждой минутой, тогда открыл глаза и увидел провал. Точней темноту, одна из стен пропала. В голове забухало от ужаса - только что, произошло событие, разрушающее сложившийся миропорядок. Я не хотел никаких изменений, меня устраивало спокойствие моей любимой комнаты!

— Что там такое… аааа… оооо… waat… fak… — услышал в чернеющей пустоте чужие голоса. Вытирая проступающие слёзы рукой, я встал на дрожащие ноги, и пошёл.

Это был гигантский коридор, и совсем не тёмный, просто на фоне светлой комнаты так казалось, уже через минуту зрение привыкло. Слева и справа выходили сотни и сотни людей, из таких же комнат. Многие в разнообразии одежды, схожие со мной, а некоторые, совсем голые, но были и в одежде, хоть и рваной. Мужчины, женщины, дети и старики, всех рас матушки Земли. Люди с удивлением оглядывались друг на друга и радовались, что одиночество осталось за спиной. Где-то далеко, в конце туннеля, проступил яркий свет, очень похожий на дневной. Не сговариваясь, народ побрёл туда. Около меня измождённый старичок споткнулся и упал.

— Дед, вставай, — с трудом подобрал я слова, помогая подняться.

— Сень… эээ… кью… — поблагодарил старик, видимо с подбором слов ему тоже было тяжело. Мы побрели вперёд, в общей толпе.

*** *

Мы вышли в чужой мир, совсем не похожий на наш. Деревья стояли с голубыми листьями, трава такого же цвета. Даже небо было другое, розового оттенка. Люди стояли и ошарашено смотрели, поражённые странными красками этой планеты, они знали, теперь здесь предстоит строить новую цивилизацию. Кто-то дал второй шанс человечеству!

— Кусать мой затылок, — знаю, мой мозг ещё не восстановился, но я реально был поражён, после того, как оглянулся назад посмотреть на космический инопланетный корабль, который стал нашим ковчегом. Сзади ничего не было, лишь пустота! Не считая поляны фиолетовых цветов и нескольких голубых кустов с сиреневыми ягодами на ветвях. Никакой летающей тарелки или там какого-нибудь гигантского куба.

Кто нас сюда доставил, мы так и не узнали. Может, это был Создатель Всего Сущего, может Бог, а может просто, пролетающая мимо нашей Галактики, Сверхсущность, которая решила немного помочь малым формам жизни и перенести их на другой, более плодородный, «огород»…