Ворона⁠⁠

Мотался по работе в районе Ховрино, подхожу к машине, смотрю - рядом ворона сидит неподвижно. Нахохлилась. Потом ее корчить начало, крыльями захлопала, голову набок. Видно, съела что-то, колики. Подхожу к ней, она смотрит на меня, крылья сложила и поползла ко мне, смотрит одним глазом внимательно. Я наклонился, присел рядом - не боится. Совсем плохо ей. Я нашел по картам ближайшую ветеринарку, взял ворону и пошел туда. Захожу, там люди как раз уходят. На смене доктор и помощница, она же кассир. Говорю - помогите вороне, я все оплачу. Доктор спрашивает - Вы ее заберёте домой? - Нет возможности. - Ей надо пройти курс лечения. - Не получится. - Ладно, идём.

Заходим, они ей вкатили уколов, напоили мясным соком, минут 15 валандались. Доктор говорит - пошли на улицу. Идём с ней вместе. Отпустил я ворону на асфальт, она сразу поползла в траву, крылья раскрыла и дышит тяжело. Доктор говорит - надо от кошек подальше. Понесли в другое место, в палисадник около дома. Там посадили, смотрим. Ворону корчит, аж глаз закрывается. То крылья сведёт, то разведет. Посидели с ней. Говорю - идем, руки помою да рассчитаюсь. Помыл руки, обработал антисептиком. Подхожу к кассе, думаю о вороне, кассир бормочет под нос - три сто восемьдесят пять. Я достаю кошелёк, выкладываю тысячу, вторую, третью... Боковым взглядом вижу - у доктора и помощницы глаза на лоб лезут и челюсти поотваливались, смотрят на меня. Я ещё два листа достаю, и тут кассирша обрела дар речи и говорит - ТРИСТА ВОСЕМЬДЕСЯТ ПЯТЬ.

Я забираю три тысячи, добавляю двести рэ, благодарю, ухожу.

Посидел над вороной немного, ее корчило конкретно, но мне надо было лететь по делам на юг. Ушел.

Сейчас вот еду назад, хочу посмотреть на ворону. Если околела, то хоть закопаю.

[upd]

Когда вернулся в Ховрино, уже было темно. Очень надеялся, что вороны не будет на месте по причине выздоровления, но здравый рассудок подсказывал, что, судя по ее поведению, на положительный результат рассчитывать не стоит. Надеялся, что если умерла, то хотя бы коты не надругались и не погрызли тело. С фонариком пролез в палисадник. Ворона лежала, сложив крылья, сомкнув клюв и повернув голову на бок. Я сидел несколько минут, ожидания хоть каких-то признаков жизни, дыхания, чего-нибудь. Потом заметил, что по ней бегают муравьи. Закопать не повернулась рука, я завернул ворону в пакет и отнес далеко-далеко от домов. Ее почти не было видно в густой траве, куда я положил тело. Прежде, чем уезжать, прогулялся немного по району в тишине. Наверное, единственное, что я сделал бы иначе в этой ситуации, если б все повторилось - настоял бы на обезболивающем для вороны, хотя может такой укол и был, я не уточнял.

Благодарю всех, кого волновала судьба птицы.

Crows lives matter