Волк-людоед
Волк бежал по талому снегу легкой рысью, слегка прихрамывая на переднюю лапу. Еще совсем молодым он нарвался на поставленную людьми растяжку. Зима в этом году выдалась на редкость тяжелой. Война разогнала то немногое зверье, что еще не забилось по норам на зимнюю спячку. Приходилось питаться, чем придется. Но, начавшиеся боевые действия, оказали волку неоценимую услугу. Не все трупы и не всех раненых успевали выносить с поля боя бородачи. За несколько месяцев волк уже многому научился и безошибочно определял: когда, как и где он может поживиться человечиной.
Стемнело. Впереди на сопке послышались приглушенные голоса. Волк остановился и прислушался. Голосов было два, и ещё где-то попискивала рация. Волк знал, что люди ходят обычно группой. Остальные видимо спят. Волк замер в раздумье, но голодный желудок звал его вперёд. Стараясь быть как можно тише, зверь все ближе и ближе подкрадывался к небольшой траншее с землянкой посередине.
- Шамиль, как ты думаешь, русские завтра с утра пойдут или ближе к обеду?
- Какой к аллаху разница? Дай «насвай» пожевать.
- А такой разница, что после обеда нас уже заменят.
- Ты, Ахмат, только об отдыхе и думаешь. Лучше бы о Боге подумал.
- О, Шамиль, о нём я ещё успею подумать, когда придёт час молитвы.
- Погоди, Ахмат, я кажется слышал в той стороне какой-то странный звук.
Две головы осторожно высунулись из траншеи, и по земле пробежал лучик фонарика. Он высветил голые стволы редко стоящих деревьев, пробежался по запорошенным снегом ложбинкам с жухлым кустарником и, сверкнув отраженным в волчьих глазах светом, остановился. Волк замер, затем резко отпрыгнул в сторону и мгновенно растаял в ночной мгле.
- Ух, шайтан. Ну и ладно, теперь он близко не подойдёт. Кстати, Ахмат, а откуда ты научился так хорошо по-русски говорить?
- А я в Москве учился. Слышал институт Патриса Лумумба? Вот там.
Но волк не ушёл. Он медленно, старясь не шуметь, всё ближе и ближе подползал к траншее. До неё уже оставалось не более полутора десятка шагов. Зная повадки людей, волк затаился в прогалине у самого большого дерева. Ждать ему пришлось недолго.
- Слушай, Ахмат, ты тут посиди пока, а я до кустов схожу.
- Хорошо, только недолго, а то больно тоскливо одному сидеть.
Хищник не ошибся, залегая в засаду. Человек как раз двигался в сторону дерева, за которым он прятался. Зверь лежал притаившись и ждал удобного для нападения момента. Его острые холодные уши прижимались к вздыбленной холке. Если бы человек его заметил, то немало бы удивился, увидев перед собой большую, будто бы спящую собаку. Но дерево надёжно скрывало хищника.
Подойдя к дереву, где его уже поджидал голодный зверь, ничего не подозревающий мужчина, на всякий случай оглянулся по сторонам, подпёр автомат к стволу и аккуратно закрепил его между корнями, выпирающими из-под снега. Ещё раз внимательно осмотрелся и лишь затем начал копаться в своей одежде, воюя с застежками и пуговицами замерзшими пальцами.
Зверю не раз доводилось добивать раненых и умирающих, он знал все слабые места человека. Его опыт подсказывал ему как незаметно подобраться к жертве. Хищник, попеременно вытягивая лапы, осторожно приподнялся и стал обходить дерево со стороны оставленного оружия. В тот момент, когда зажурчала долгожданная струйка, волк выпрыгнул из-за засады и вонзился острыми клыками прямо в горло человеку. Тот захрипел и неестественно согнувшись, упал на снег. Волк, мертвой хваткой вцепившись в глотку, мотал головой из стороны в сторону, всё больше раздирая рану. Мужчина, изогнувшись, пытался правой рукой достать нож из-за голенища, а левой оттолкнуть напавшего зверя. Он успел выхватить нож, но хищник предвидел такой поворот событий и мгновенно перехватил руку.
Раздался хруст ломающихся костей, и нож выпал из обвисшей кисти. Мужчина ещё хрипел, катаясь по снегу и пытаясь зажать левой рукой горло, но силы вместе с фонтаном бьющей из горла крови покидали его с каждой секундой. Звук падения, непонятный хрип и злобное рычание донеслись до траншеи и взволновали другого человека. Волк знал, что тот, другой, не оставит умирающего товарища и заберёт его добычу с собой. Он снова спрятался за дерево и, прижавшись к земле, стал ждать.
- Шамиль! Ты где? Шамиииль!
В ответ тишина. Тогда он, дико озираясь по сторонам и светя во все стороны фонариком, пополз к большому дереву. Увиденное повергло его в шок. И в ту же секунду в воздухе мелькнула большая серая тень. Второй мужчина был намного слабее первого, и хищник легко расправился с ним. Теперь ему оставалось лишь выждать и убедиться, что на шум не прибежит кто-то ещё и не откроет по нему пальбу. Но другие люди крепко спали и ничего не слышали. Волк подождал немного и подошел к первому, уже начинающему остывать трупу. С неба падал легкий снежок, покрывая собой все следы ночного злодейства. «Хорошо, - подумал волк, - теперь меня точно не найдут, за ночь снег скроет все следы, а днём он растает, но я уже буду далеко. На некоторое время еды хватит».
Зверь осмотрелся. Рядом с телом валялся перепачканный в крови серый берет. На нём по иронии судьбы, красовался волк, сидящий с гордо поднятой головой.
Тем временем, матёрый зверь, поудобнее ухватившись мощными челюстями за шею, поволок добычу подальше в лес, где он спокойно утолит голод, а оставшееся зароет до худших времен. Хотя этой зимой запасы ему могут и не понадобиться – людей-то в лесу еще много...