Волк-из-Прошлого. Глава 4⁠⁠

Достаточно просторный отсек, некогда бывший складом. Ныне все ценное находившееся на хранении, было сметено под ноль. Лишь тут и там сиротливо высились малые металлические контейнеры. В одном из углов помещения, во всю стену растянулось пятно окалины, оставленное огнем.

По приказу капитана сюда перенесли зал Ложи, часть отделки, мебели, и дополнительные скамьи для смертного экипажа. Разнокалиберные столы были заняты своими кружками по интересам, как из смертных, астартес, так и смешанные.

Разговоры, философские диспуты, зачитывание стихов своих и чужих. Некоторые играли в регецит*, или в куда менее интеллектуальные “кости”.

Капитан как раз проходил мимо таких азартных игроков. Двое из числа орудийной обслуги, квадратные сухие мужчины в чистых, но уже заношенных комбинезонах. Уложив на колени тяжелый дробовик, своей очереди ждал один из слуг легиона. Над столом и сидящими по кругу смертными возвышался легионер в повседневных одеждах, он как раз тряс металлический стакан.

За время Плена, изначальная суть Ложи чуть изменилась. Нет, изначальная идея сохранилась. Собрания ложи это место, где все легионеры и смертные могли общаться меж собой что называется “без чинов”. Но за время нахождения в варпе, эти собрания стали для команды корабля чем-то большим. Люди, да в прочем и астартес начали находить в этих часах простых общения и развлечения, некоторую отдушину. Опасности, тяготы и потери Плена, угнетали разумы экипажа. Нахождение друг у друга на виду, сначала из необходимости, переросла в привычку. Кимрес до сих пор не мог найти наиболее обоснованного объяснения.

Пройдя через весь зал, он оказался рядом с искусственным возвышением, десяток контейнеров с положенным поверх настилом. Рядом стояло несколько легионеров в броне. Капитан подошел ближе, возле помоста стояли его братья. Брат-апотекарий Кордо и брат-технодесантник Дейл были в броне, они пришли со своих постов. Между их массивными силуэтами стоял знаменосец Лиам, без брони, братья Домринус и Тарс стояли в стороне и переговаривались. Теряясь на фоне могучих фигур, стояла летописец Дэви. Кимрес поприветствовал их поднятой ладонью, братья ответили на приветствие. Однако их лица имели мрачное выражение. За эти пару недель отношения со многими братьями испортились, главным образом из-за нежелания капитана давать разъяснения о текущем положении дел. Рядовые легионеры еще считали, что Великий Крестовый Поход идет, только прошло чуть больше времени, век другой. А примарисы это просто новое поколение выведенное за время похода, ордена это реорганизация... Версия шита белыми нитками, и потому слухами полнился корабль. Только высокая дисциплина еще хоть как-то сдерживала брожение умов, но всему есть предел. Больше знали члены его командного отделения, капитан до поры взял с них клятву о неразглашении. За эти недели братья не раз пытались завести с ним разговор, но с тяжелым сердцем капитан уходил от разговора и сторонился их. Братья также как и он оставались наедине с теми самыми мыслями. Однако всему настает конец, время открывать правду пришло.

Из дальнего входа по одному заходили еще братья, и смертные. Вот в зал вошел представитель ячейки астропатов. Мастер связей Хао Лю, представитель весьма нового, но не очень знатного рода астропатов с Терры. Мужчина не большого роста, худощавый, с редкой черной бородкой и бледной иссушенной кожей. Один из четырех оставшихся в живых, точнее самый здоровый. Остальные его коллеги до сих пор лежат в апатекарионе, в тяжелом состоянии. Хао Лю шел, опираясь на плече приставленного к нему охранника из числа вооруженных матросов.

Кимрес обменялся с ним парой формальных фраз и приветствием. Было видно что псайкер хотел что-то сказать, но до поры сдерживался.

Зал Ложи постепенно начинал заполняться, приходили представители разных подразделений корабельной обслуги, бригадиры рабочих с разных палуб, техников, командиры отрядов корабельной обороны. Почти незаметно вошли представители приписанного к кораблю контингента Механикум. Несколько оставшихся в живых прикомандированных летописцев.

Капитан стоял в стороне, и наблюдал. Вот наконец спустя некоторое время, вошли последние из легионеров и один из двух последних выживших навигаторов “Полумесяца”.

Господин Тибериус Антонид, высокая тонкая фигура закутанная в синюю церемониальную мантию и тагельмуст*. Кимрес знал, что под толстым слоем ткани платка скрывается третий глаз на лбу, тот самый орган через который навигатор видит потоки варпа.

Тиберус дошел до середины зала, осмотрелся, нашел взглядом капитана. Кимрес при всем желании не мог сосредоточиться на простых “человеческих глазах”, он подсознательно ощущал силу исходящую из района лба.

“Приветствую вас, капитан Кимрес”: голос навигатора был низким и весьма тихим.

Тиберус стоял теперь перед легионером в паре шагов, их взгляды были почти наравне. Насколько он помнил, Тиберус и его род происходили из так называемых “рожденных в пустоте”. За длинную историю человечества, с момента активного освоения космоса, множество людей не разу не ступало на поверхность освоенных миров. Спустя тысячелетия жизни на космических станциях и бортах звездолетов сложилась ветвь людей отличных от изначального. Высокий рост, малая мышечная масса, общая субтильность во внешности…

“Надеюсь вы не просто так попросили меня присутствовать здесь?”; полы мантии колыхались от легких движений рук что сжимали элегантную трость. Навигатор постоянно переступал с ноги на ногу пытаясь найти опору. Сила тяжести в помещениях крейсера была больше чем в покоях навигаторов.

“Конечно же нет. Скоро я начну почтенный Тиберус”: Кимрес всегда имел уважение к навигаторскому племени, быть постоянно перед лицом враждебной человеку реальности, прозревать то, что не доступно, обороняться от того, что нельзя сокрушить болтером и мечем…

В конце концов Тиберус и его погибшие товарищи, после множества попыток смогли вернуть “Полумесяц” из Плена. Их следует благодарить хотя бы за это, и за некоторое другое…

Навигатор, отвесил полупоклон и направился искать для себя место.

Капитан какое-то время понаблюдал за собирающимися в зале. Когда поток опаздывающих наконец иссяк, он по воксу подал команду двум легионерам в полной броне и при оружии. Этим легионерам в этот раз выпало стоять на страже собрания Ложи.

Две фигуры в Mk.3* двинулись через зал в противоположные стороны. Оказавшись у дверей, воины убедились, что опаздывающих больше нет, закрыли их и безмолвными статуями перегородили собой проемы.

Спустя еще пару минут, гул начал стихать. Все присутствующие окончательно распределись по залу. Десятки глаз обратились на капитана.

Кимрес неспешно направился к помосту. В один прыжок он оказался на метр выше всех окружающих. Обведя взглядом зал, он смог увидеть почти всех членов Ложи.

Большие и малые столы, сдвинутые наособицу, скамьи, поставленные рядами тут и там, отдельные контейнеры, приспособленные для сидения… Мебели все-таки, не хватало.

В разных частях зала высились астартес в броне, они были вызваны со своих постов. Немногие братья без брони, сидели среди смертных. Беглым взглядом, он насчитал семьдесят восемь астартес, еще полтора два десятка боевых братьев несли караулы на “Полумесяце” и судах сопровождения. Все что осталось, на момент похода на Уланор, под водительством капитана двадцатой было полторы тысячи легионеров распределенных по десятку крейсеров…

Смертных в зале Ложи набралось почти под сотню, но все равно помещение было достаточно большим, чтобы текущее собрание наполнило его едва ли наполовину.

Вот он уже стоит на помосте, обводит взглядом окружающих, в ответ собравшиеся смотрят на капитана.

“Приветствую вас всех собравшихся здесь. Это первое собрание Ложи с момента окончания Плена. Все мы прошли многие испытания, лишения, потеряли многих наших братьев и сестер...”: голос капитана был тверд и зычен. По лицам смертных и астартес прошла тень скорби о потерянных братьях и товарищах.

“... наш “Полумесяц” смог окончательно вырваться в реальность. И вот мы здесь. Мне известно, что корабль полнится слухами, предположениями и догадками. О том... Где мы...”: Кимрес намеренно добавил в голос стали.

В воздухе теперь ощущалось напряжение, смертные начали переглядываться и шептаться, лица астартес начали каменеть.

“...но прежде. Братья что я сейчас назову, выйти вперед. Тарс, Лиам, Домрис...”: капитан указал на пространство перед помостом, названные члены его командного отделения встали перед ним. Брата Раста не было, он нес вахту на мостике.

Кимрес обвел всех вызванных широким жестом и сказал.

“С этого момента, вы все освобождены от данной клятвы. Меж нами боле нет секретов”— голос капитана разносился в тишине подобно громовым раскатам. Повинуясь жесту, легионеры отошли в сторону.

Кимрес старался не смотреть на них, он догадывался, что сейчас выражали их лица.

Не изменяя тона, он начал свою исповедь перед соратниками по Ложе.

Он видел, как реагировали все присутствующие, одни начинали суетиться пытаться рассмотреть реакцию окружающих, другие пребывали в задумчивости, третьи просто выжидали.

Сначала он поведал об том что “Полумесяц” вырвался из Плена спустя десять тысяч лет на краю сегмента Ультима. Эту часть правды присутствующие приняли относительно легко, многие догадывались. В конце концов, астропаты, навигаторы, картографы об этом уже знали на основе получаемых ими данных.

Корабельный астропат Хао Лю, изменился в лице. Он нашел подтверждение своим сомнениям. Он же принимал сигналы из подпространства. Нескончаемые мольбы об помощи от осажденных планет, изменившийся до неузнаваемости эфир. Он начинал понимать, что это уже не тот Империум что они покинули, но он не мог и догадываться что прошла такая прорва времени.

“Это уже не тот Империум что бы знаем...”— непонимание отразилось на лицах собравшихся.

Возгласы и перешептывания наполнили зал, люди гудели подобно рою пчел.

Вперед выступил апотекарий Кордо.

— Что ты хочешь этим сказать, брат? Как это может быть не наш Империум? То что мы переместились вперед во времени... Такое хоть и трудно осознаваемо, но вероятно. Переместиться вперед на столько времени, это и правда нонсенс как для нас так и для них. Человечество существует, мы сейчас идем в одном строю с вооруженными силами Империума. Я надеюсь, что мы скоро вновь воссоединимся с Легионом и с Луперкалем. Всем известно что примархи задумывались как существа долгоживущие. Мы все объясним. Ведь так?

—Не так, брат... Не так...

Не так Кимрес хотел подвести к этому ответу свой рассказ.

Со всех сторон с нарастающей силой начали сыпаться вопросы. Соратники начинали чувствовать, что что-то идет не так. Многие легионеры начали подходить ближе.

Кимрес с каждой секундой начинал ощущать то как правда начинала выжигать его изнутри. Все это время он раз за разом пытался представить этот самый момент, проигрывал все варианты.

— Но самое страшное, причина многого... Десять тысяч лет назад случилась война... Самая страшная гражданская война в истории человечества! Наш примарх! Хорус Луперкаль поднял восстание против Императора! Наш отец ПРЕДАТЕЛЬ!

Зал взорвался эмоциями. Часть смертных оцепенела, другие ринулись вперед вместе с легионерами.

Не сговариваясь, члены командного отделения перегородили путь к капитану. Кулаки сжимались, некоторые пальцы уже смыкались на рукоятях оружия. Еще пару мгновений и случится, непоправимое. Вспышка и грохот остановили волну. Стоящие на страже обоих дверей легионеры, выпустили по короткой очереди в потолок.

Это подействовало как холодный душ. Смертные сжались, астартес встали как вкопанные.

“Тишина! Тишина!”: в унисон проревели выкрученные на максимум динамики брони Mk.3. Оба стража Ложи проявили невероятное хладнокровие.

Некоторые члены Ложи, и без признания Кимреса или кого другого из тех, кто слышал правду, с высоты своей должности уже начинали вынашивать собственные подозрения. Не последнюю роль сыграла и авантюра с притворством под орден “Белых Тигров”. Тогда капитан еще смог удержать всю авантюру в относительной тайне ото всех не посвященных братьев и членов смертной команды. Но слухи, слухи...

Рядовой связист среди радио потока мог слухом зацепиться за фразу другую, матросы грузовых палуб и ответственные за пополнение ресурсов корабля могли заметить излишнюю религиозность местных. Хотя на минуточку. Империум при них строился как светское, атеистическое государство. И многие, многие другие по отдельности не значительные мелочи. Вот теперь все окончательно сложилось в единую картину, по крайней мере, достаточную на данный момент.

Люди и астартес замерли, первичные эмоции схлынули. Мрачная тишина опустилась на присутствующих, каждый остался наедине со своими мыслями. Мир этих людей и пост людей рушился прямо на глазах.

Кимрес всматривался в каждые глаза, многие отводили взгляд, иные смотрели ему прямо в душу, искали ответ.

Люди молчали, легионеры молчали, долго тянулась эта “тишина”. Спустя некоторое время стали слышаться перешептывания.

Смертные и легионеры начали переглядываться.

Могли ли они начать друг друга убивать. Хорус оказался предателем, одни могли в это поверить, другие нет. Одни могут начать отрекаться от своего генетического отца, другие могли бы оставаться ему верными до конца, пойти в отрицание... На этом фоне, смертные в праве огородиться и от тех и от других, начать защищаться.

“Нет. Мы не пойдем по такому пути”: подумал Кимрес. Слишком уж тесно стали они повязанными, все обитатели “Полумесяца”.

Легионер поднял из глубин памяти одно примечательное воспоминание.


Жар.Нестеримый жар пробивался даже сквозь термоизоляцию его брони. Линзы его шлема покрывались слоем непроглядной копоти. Часть сенсоров отказала. Он бился практически вслепую. Он знал что впереди, в десятке шагов, лежит недвижимым брат Илер. Он видел как того повалили на пол, облепили со всех сторон. Существа напоминающие своей формой скатов древней Терры без труда парили в воздухе, своими аномально острыми зубами прогрызали металл, изрыгали огонь. Ослепляли свою жертву потоками пламени, а затем валили всей стаей и начинал грызть до тех пор пока не найдут брешь в броне, стоит только им коснуться плоти, смерть. Кимрес некоторое время пытался отбивать облепивших его брата существ, но тщетно.

Зубы скрипели от ярости, из прикушенной губы текла кровь. Он чувствовал солоноватый привкус на языке. Иконка с жизненными показателями его воина мигала, говоря что легионер находится между жизнью и смертью, заживо пожираемый.

“Все назад! Отступить! Это приказ!”: прокричал он смертным за его спиной.

Пусть у них будет хоть какой-нибудь шанс.

В комби болтере почти не осталось снарядов, силовое поле меча сбоило. Но он продолжал свою борьбу. Ему было за что сражаться, если не за умирающего брата, то за смертных что отступали за его спиной.

Там за поворотом, зияла брешь в обшивке, а за ней секция поля Гейлера* что была повреждена.

“Полумесяц” в очередной раз содрогался от прорыва потусторонних сущностей, группы техников сопровождаемые легионерами искали место прорыва, и по мрачной удаче капитану выпало ее найти. Они не успели самую малость.

Кажется глупостью, что капитан роты ходит на задания почти без сопровождения, он должен был находиться на командном посту и заниматься координацией... Но не в этот раз. Слишком много мест потенциальной опасности, легионеров не хватало. Не хотелось ошибиться как в прошлый раз...

Наверное, он пошел сам на задание, потому что ему надоело смотреть как умирают его легионеры и смертные. Гнев и отчаяние толкнули его на этот поступок, нет он никому в этом не признался. Сказал, что слишком много братьев сейчас ходят с поврежденной броней, а капитан в броне “Тартарус”. Просто тактическая необходимость, повышение эффективности выполнения задания. Хотя это не оправдание. И вот теперь, его глупость будет наказана.

Вот он ощутил ощутимый даже в броне толчок в грудь, затем он начал понимать что начинает заваливаться на спину. Руки и ноги обвила плоть, он уже не видел кто его держит, он больше вообще ничего не видел.

С грохотом он свалился на пол, успел зацепить мечем, одного из “скатов”* увлечь за собой. Он чувствовал как сочленения доспеха на руках и ногах начали жевать. Комби болтер уже использовался как дубина, раз за разом угловатый коробчатый магазин опускался на чью-то плоть, меч увяз внутри ревущего исчадья. Кимрес пытался выдернуть меч, но попросту наматывал истекающую белесым ихором требуху на клинок.

“Удержать... Удержать... Не дать добраться до них...”: мысли бились в мозгу, перекрывая боль и подступающее бессилие. Он допустил ошибку, и теперь за его глупость пострадают смертные, что прятались за его спиной.

За горло пытался кто-то ухватиться, лунный волк еще пока что мог держать подбородок прижатым к горжету, зубы скользили по керамиту не найдя за что схватиться. Он боролся, но уже знал что скоро все закончится. На него уже навалились всей массой, окончательно прижали весом многих тел, тварь что наделась на меч еще жила и упорно нанизываясь заглатывала крестовину а следом и кисть с предплечьем что его держали. Страха смерти не было. Астартес не знают страха на ментальном уровне. Он сожалел о своей смерти, не более. Потерянный ресурс для легиона...

“Капитан! Держитесь! Иии-ра-ааз!”: сквозь рев и чавканье пробились крики техников.

Капитан не видел что происходит вокруг. Сквозь закопченные линзы резанула вспышка от разрыва. Напор на конечности ослаб, но вес туш никуда не делся. Скаты облепившие его некоторое время дергались, а затем затихли.

Сервоприводы и волокна искусственных мышц брони напряглись в попытке сдвинуть тело, но безрезультатно. Находясь в положении лежа, будучи в терминаторской броне, без опоры, подниматься ему долго.

Пока капитан ворочался в попытках высвободиться из под навалившихся туш ксеносов, он услышал что над ним снова началась суета.

Голоса смертных стали еще громче и ближе, авточувства сбоили и он не мог разобрать слов.

Вот некто навис над его головой, чья-то рука неуверенно коснулась лицевой части его шлема. Затем линзы его шлема начали оттирать от толстого слоя копоти. Над ним взревела движком пила. Кимрес наконец увидел склонившегося над ним техника, судя по почерневшей перчатке, это он оттирал ему линзы.

В стороне другой техник орудовал резаком, распиливая вдоль поглотившего его руку с мечом “ската”. Еще двое техников облаченные в грузовые экзоскелеты растаскивали туши завалившие капитана. Тела тварей были опалены до черной корки со стороны спины. Превозмогая сопротивление сбоивших сервоприводов и искусственных мышц, он смог подняться на ноги. Авточувства шлема, наконец перезагрузились и он вновь смог увидеть что вокруг произошло. Стены и пол дальнего конца коридора были все черными и оплавленными от взрыва, похоже техники перегрузили плазменный реактор сварочного аппарата и бросили за спины наступающим “скатам”.

Капитан молчал. Пока он приходил в себя, прибыло усиление из двух братьев из отделения сержанта Тайлуса. Все вместе они вновь смогли пробиться к бреши в обшивке. Техники произвели ремонт. Заварили брешь в обшивке, восстановили кабели питания щитов поля Геллера и заменили перегоревшие реле проектора на поврежденной секции. Когда все оказалось позади, и поле Геллера вновь заработало в штатном режиме, легионеры молча отправились на свои посты. Смертные теперь были в безопасности, им надлежало заканчивать здесь и направляться в свои расположения.

Кимрес все это время стоял в стороне молчаливой статуей, охраняя. За все время после того как он поднялся на ноги из под груд опаленных туш варп-ксеносов он не проронил ни слова за исключением серии щелчков по воксу. Он передал легионерам текущую обстановку и уточнил свой статус и статус миссии.

Шаги легионеров удалились за поворотом, смертные заканчивали собирать свое оборудование и инструмент.

Капитан всматривался в скрытые за респираторами лица. Видел их покрасневшие, воспаленные глаза, посеревшую кожу, осунувшиеся черты лиц. Казалось бы слабые тела и несовершенная психика... Астартес превосходят смертных по всем фронтам, они следующая ступень развития. Именно это вкладывалось программами обучения легионеров шестнадцатого.

Но сейчас Кимрес видел в людях нечто большее, он еще пока не мог дать всему этому объяснения, сформулировать это в словах, понимание формировалось только пока на уровне глубинных ощущений.

Лунный волк смотрел на смертных, техники наконец собрали все что нужно и были готовы идти обратно, они наконец заметили что легионер смотрит на них не отрываясь.

Побитая броня, почерневшая спереди, мало где остался девственно белый цвет легиона. Красные линзы шлема горели в полумраке. Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Смертным уже начинало становиться не по себе, когда астартес наконец то пришел в движение. Сделав несколько шагов ближе к техникам, он остановился. Правая рука наконец то вернула в ножны сжимаемый все время до этого меч.

Повинуясь необъяснимому наитию, он сделал то что никогда не делал по отношению ни к кому из смертных.

Он отдал смертным легионерский салют. Сначала вскинутая в особом жесте левая рука, потом сжатый кулак ударяется об нагрудник и замирает там. Выдох восхищения прошелся по смертным, и они в ответ вскинули кулаки в знаке “Единства”*.

“За Терру! За Императора! За Человечество!”: не стройный хор голосов нарушил тишину.

Эхо голосов наконец тоже затихло, Кимрес обвел всех взглядом и затем также молча развернулся и пошел обратно.

“Так правильно...”: подумал тогда капитан.


Гул от голосов вновь вернул его из глубин воспоминаний. Первичный шок прошел, люди и астартес теперь полу шепотом переговаривались, решали что делать дальше.

Отгородившие его члены командного отделения расслабились, время эмоций прошло, настало время искать решение.

В лицах членов Ложи осталась только деловая отрешенность, время сокрушаться о судьбе еще будет. Если раньше Кимрес допускал сомнения начет своих братьев и сестер по Ложе, то теперь он все понял.

В конце концов слово взял апотекарий Кордо.

“Думается, мы поговорим о предательстве Хоруса Луперкаля позже. Мы найдем правду. Сейчас нам следует решить как нам жить и служить Человечеству дальше...”

Судя по лицам собравшихся, они в большинстве были не согласны. Но рационализм пока что брал верх. Что же, сегодня им следует разобраться что у них есть, и куда им следует идти. Пусть так, чем браться за выяснение отношений. Хотя еще не вечер. Но Кимрес думал что ему хватит авторитета, для разрешения “недоразумений.”


*Регецит—так называют одну из вариаций шахмат в мире вархаммер.

**Тагельмуст— головной платок, вариация тюрбана у туарегов.

***Броня Mk.3— одна из вариаций брони астартес предназначенная для ведения штурма, то есть имеет больше броне элементов во фронте. Картинка в доп материвалах.

****Скаты Тзинча— один из видов низших демонов бога Хаоса Тзинча, имеет вид ската, только конечно адского. Кимрес как и все обитатели “Полумесяца” вообще понятия не имеет об демонах и шире Хаосе. Для него это просто варп-ксеносы.

*****Кулак Единства— более и ли менее знакомым с вахой известно что в империуме принят как знак приветствия-(аналог крестного знамени) является Аквила(раскрытые ладони сложенные птичкой), однако во времена ВКП имел хождение некий “Кулак Единства”. Если честно про это упоминание вычитал в одной из книг серии “Осада Терры” и вроде бы в книге “Вальдор. Рождение Империи” тоже что то такое было. Кто знает больше, если не трудно можете отписаться в комментах. Иначе мне опять придется погружаться в недра книг и былинных сказов на ютубе.

******Поле Геллера— как вам уже известно в вахе космические путешествия осуществляются через варп. В варпе живут демоны и влияние хаоса что сводит с ума и изменяет предметы из материального мира(свернуть корабль в жгут как мокрую тряпку, как нечего делать). На заре освоения варпа, было придумано особое поле что способно создавать пузырь материальной реальности вокруг корабля, отделяя собой варп. Вот оно и называется полем Геллера.

Cсылка на полный текст https://author.today/work/457102

Ссылка начало цикла https://author.today/work/416100