Туманы и рубиновые зори
На 100-дюймовых обзорных панелях — затея с окнами тут сродни иллюминаторам на подводной лодке, к сожалению, панелях очень олдскульных и потому детализацией и качеством цветопередачи изображения наводящих на ностальгические мысли о фильме «Трон» 1982 года.
Сейчас, в меру их калечных талантов, изображена торжественно наплывающая на секретную спецшироту замороженного полярного ада рубиновая заря. Откровенно говоря, удовольствие не особо приятнее самой тёмной местной полуночи. Смена времени суток имеет кучу сопутствующих эффектов, особо хороших среди которых не находится.
И прилагающиеся к рассвету местами покруче полуночных. Хотя в качестве подтверждения, что время всё ещё движется, наступление этого самого рассвета до чрезвычайности мило. Мой мимиметр зашкаливает. Кисс му асс.
Особенно когда прошедшая ночка выдалась ещё той сучкой. Прямо хоть орбитальный удар по площади запрашивай. А ведь, как и всё хорошее, их количество строго лимитировано, мироздание вообще крайне отстойно устроено. Хорошо, что в этот раз получилось удержаться.
До конца отчетного периода будет куча поводов повесомее. Ну или как это как с самогоном из морозостойких бананов — пока в танка-цистернах что-то есть, хочется с одной силой, а когда всё вылакано досуха — сразу жажда втрое сильнее. Да, конструкция мира материи определённо полный отстой.
Ладно, обратно к вырезано_цензурой утру, назвать которое добрым и в сильно измененном состоянии сознания и прочего нелегко. Особенно в текущем сезоне, когда поверхность Моря Мрака сразу после совмещения с первыми лучами солнца повадилась вскипать струями подозрительного белого тумана, густого и плотного, как жидкий пенопласт.
Начинающего, как следует настоявшись, наползать на берег, словно гигантский плотоядный слизень. Создавая вокруг «Объекта» окончательно курортную атмосферу — ну, как если бы в аду были курорты, например, для рекреации технического персонала и актива из грешников.
Трудно понять, что в этой срани труднее — дышать или видеть. Однако по данным анализатора ядовитым он не является. И обильно образующийся в нем конденсат из скользкой липкой гадости — что угодно, только не вода, в принципе, тоже должен быть безопасен. Ну насколько на Таймыре-700 что-нибудь может быть безопасно.
Снова жалкий повод отвильнуть от получения и ретрансляции переносимого всепроникающими нейтронными частицами вопля давным-давно умершей межзвездной материи, морзяночного аналога звонка из одноименного фильма, классического неформализуемого и невербализуемого купажа из тоски и депресии с нотками-примесями мрачной жажды разрушения и насилия, в общем — Радио Промороженных Пустошей.
Ну а содрогается, извлекая его из непостижимых рациональному разуму пространств, кататонически-негативистски застывший, сжимая в зубах толстенную «гавану», яростно долбящий по клавишам руками, живущими отдельной самостоятельной жизнью, отлетевший протезом своей души в те самые, наверно, меж-надпространственные пропасти, очень беспокойный антропос, на полшишки недостигший идеального катарсиса — Джон-Ледяные-Яйца.
Хм, а может примерить на себя роль более глянцевую и пафосную — нечто вроде героя эпичного эпоса Зигфрида. Могучего, обаятельного героя, звероподобными суперусилиями превозмогающего таящиеся в кромешном мраке и чудовищном холоде порнографически мускулистые и пронырливые легионы зла. Ну такие, в стиле Бориса Вальеджи.
Нет, увы-увы, столь напыженный стиль для нуарного весельчака, яростного меланхолика и язвительного разгильдяя Джона невозможно тесен. Придется оставаться собой и дальше. Собой, склонным к насилию и массакру ещё более, нежели ночью.
Ибо есть нужность поделать кой-какие дела-делишки посреди дикой природы и мазафакерского тумана, прелести которого описаны выше. Хотя, если честно, к насилию Джон склонен всегда — какой долбодятел придумал, что оно может быть немотивированным? Вот насилия отсутствие — это да, странно.
К счастью, подобно толкиеновскому Голлуму, и у Джона есть своя прелесть, которая помогает ему держаться. Ну и злые языки говорят, до такой же ручки может довести. Итак, поговорим о ней, о благородном алкоголе.
Важная дефиниция: «благородный» алкоголь — это никогда не самогон из кукурузы, пшена, ячменя или ещё какая гадость, годная только для бюджетной или при хорошем маркетинге не очень дешевой заливки шаров.
Нихт! Приличные и достойные напитки создаются исключительно на основе винограда и называются коньяк или бренди. И делаются или в соответствующем департаменте Франции, или в Армении, или Коктебеле.
И ещё важный момент: современный коньяк — это не тупо одна жижка, что при перегонке накапала из краника, отлежалась в бочке, разбулькана по пузырям и пошла в продажу. Хотя вот в «раньшие старые добрые времена» такая схема и была. Отчего прежние коньяки и натурально воняли клопами и пились, зажав нос.
А коньяк современный — это купаж, то есть смесь множества разных перегонок. И состав этой смеси и пропорции компонентов — это результат кипения множества не худших умов человечества. И схема всё время дорабатывается-модернизируется — конкуренция.
Той же марки коньяк в той же бутылке каждый год не такой, как прошлый, а чуть-чуть лучше. Смесь-купаж постоянно улучшается. Можно сравнить с разработкой новых моделей машин или смартфонов. Резюме: лучшие коньяки — последние! Максимум, 7-летние с учетом буста качества от выдержки стоит брать.
А стонатель в стиле «ах, вот в прошлое время качество, ах, столетняя выдержка» сразу палится как чайник и ламер, ни болта не понимающий в предмете.
Ну и пара слов о богомерзком виски и о том, как этот отстойный самогон ухитрился вообще попасть в клуб приличных напитков. Снова спасибо товарищу Христофору Колумбу, кроме турбосифилиса он поспособствовал появлению в Старом Свете ещё кое-чего.
Причем подкинул этот подарочек он, уже почилив в могиле аж 400 лет — в 1860 году из открытой им Америки в Европу привезли виноградную супертлю. Которая сжирала корни непривычного к ней евровинограда, так же как и турбосифилис сжирал европейцев.
Производство бухла (не считая пиваса) почти встало раком. Ценник на ту ханку, что получалось сделать из остатков ещё живого винограда тут же конски подпрыгнул. В итоге вопрос, конечно, решился — импортировали американскую лозу, привычную к паразиту, гибридизировали с остатками местных. Но это всё дело было долгим.
А жажда заливать шары терзала европейцев в моменте! Штош, отвратное, но вставляющее кукурузное варево с ноги залетело в освободившуюся рыночную нишу. И потом отказалось уходить.
Послесловие: тля так надолго отстала от сифилиса, ибо парусники не успевали её довезти живой. Сифак попрочнее был. А вот когда появились пароходы с другими скоростями — дратуте, писец винограду.
Трансляция №25
В эфире было Радио Промороженных Пустошей
Из «Объекта» в аномальной зоне Таймыр-700
Побережье Моря Мрака (Лаптевых)
(…Шорох ледяных осколков, тающих в безумном ритме пульса… Диссонансный гул далёких бурь, эхом отзывающийся в пустоте… Сердцебиение, заглушённое хрипом выдоха сквозь зубы…)
Мрачный голос, пропитанный дымом и тенью:
Послесловие после послесловия: в этом лабиринте теней, где алкоголь — призрак тепла, а туман — вечный шутник, пляска не кончается. Пока фризящий ветер не продует на сквозь и не станет вдруг понятно, что это всё уже давно не важно.
(…Вой бури, смешивающийся с ироническим шепотом, как будто пустота насмехается над самой собой… Обрыв, эхо растворяется в тишине, где снег нашептывает загадки грядущего… Только далёкий треск статических помех, предвещающий новый цикл.)