Трагедия в Борисове
"Вечером запах был такой, будто хлоркой воняло. В 6:30 утра 27 января мы встали, муж уехал на работу. Я начала бить тревогу. Мне было очень плохо, я ничего не слышала, у меня троилось в глазах. Такого состояния никогда у меня в жизни не было, ни при какой болезни. Это было незнакомое для моего организма состояние. Я понимала, что нахожусь дома одна с ребенком и может случиться что угодно.
В первый раз я позвонила газовщикам в 7:00, они приехали в 7:45, сказали, что нет причин для беспокойства, и уехали. Приходили сотрудники ЖЭСа, говорили, да, воняет газом, но ничем помочь не можем, потому что это бытовая химия. Второй раз газовщики приехали в 8:45 — и опять ничего. Я позвонила в санстанцию, там мне вообще сказали: пишите письменное обращение, и вообще, мы этим не занимаемся. Я им говорю: вы понимаете, что мы с ребенком можем отравиться, умереть? Вдруг там яд какой-то этажом ниже пустили, что-то травят.
До обеда я звонила в истерике всем кому можно и говорила: «Спасите нас, я уже не знаю, куда обратиться!» Нас спасло то, что квартиру постоянно проветривала. Меня несколько раз забирала скорая, после скорой я в квартире еще несколько часов спала. Спала с 16 до 19, но лучше мне не стало. К слову, лучше стало только к часу ночи. В 21:30 к нам в дверь постучали и сказали, что под нами в квартирах все умерли. Они умерли в квартирах на втором и третьем этаже. Первый этаж тоже опечатали, но что там происходит, мы не знаем."