"Теперь вы так просто отсюда не уйдёте."3
По теме гостеприимства. Был я в походе с парой моих товарищей в предгорьях Нуратинского хребта, что в Узбекистане. Идём, запыхались, но красота гор и синева небесная придавали нам второе дыхание. Тут из-за холма появилось огромное стадо баранов и, обгоняя его, к нам понёсся чабан на своем ишаке. С алабаем, размером с того же ишака.
- Надо поздороваться, - сказал мой друг.
Но мы, со вторым другом, уже приветливо махали ручками с опаской поглядывая на собаку.
Старик-чабан, строго оглядев нас и вежливо поздоровавшись, поинтересовался о цели нашего похода.
- Да так, гуляем, - с глупой улыбкой ответил я.
- Значит - геологи (почему?), - почесывая бороду решил чабан. - Русские... Теперь вы так просто отсюда не уйдёте.
В голове, почему-то, пронеслись отряды басмачей, которые вот-вот должны были выскочить из-за холма. Алабай, утомленным взглядом рассмотрев нас повернулся к хозяину, словно спрашивая: "Что, этих тоже в расход? Жду команды." Ну мне так показалось.
- Барана - зарежем, - продолжил чабан. ("Не про меня? Правда ведь, не?").
- Аээ...- замялись мы.
- Ребята, - расплылся в улыбке чабан, - да я так рад, идём вниз, вон туда! Там мой дом, там вас так встретят! Вы такой плов никогда не пробовали! Рустама отправлю на мотоцикле в кишлак - братья приедут, такой праздник устроим!
Обстановка разрядилась, мы, наверное с полчаса отказывались от приглашения - нам действительно нужно было идти дальше, в назначенное время с другой стороны хребта нас должен был забрать транспорт. Старик отчаянно пытался нас уговорить и, убедившись что всё тщетно, достал из своей котомки куски вяленой баранины. Ну что делать, здесь и устроились на привал.
Когда уже вечером, мы, преисполненные впечатлениями, уставшие, но дико довольные спускались к огням ждущего нас транспорта, позади послышался звук мотоцикла. Это был Рустам - внук чабана, его улыбка и глаза просто светились в темноте. На коленях он держал небольшой казанчик:
- Все ноги обжёг, держите, от деда...
Так вкусно не было, вероятно, никогда в моей жизни. Плов, щедро усыпанный свежайшей бараниной, запах костра, всё ещё исходящий от казана кружил голову. Бонусом шло небо, усыпанное огромными звёздами. С голову ишака, не меньше.