СУ-85 – истребитель «Тигров»⁠⁠

Мы подготовили для вас интересные материалы об истории создания этой легендарной машины, а также тематическое видео!

Создание самоходной артиллерийской установки СУ-85 фактически стало ответом советской танковой промышленности на появление новых немецких тяжёлых танков «Тигр».

Проведённые в конце апреля 1943 года испытания обстрелом броневой защиты танка «Тигр» показали, что наиболее эффективным средством борьбы с ним является 85-мм зенитная пушка образца 1939 года. Она способна поражать лобовую броню «Тигра» толщиной 100 мм, расположенную под углом 90 градусов к горизонту, на дистанциях до 1 км. При этом отечественным 76,2-мм танковым пушкам Ф-34 и ЗИС-5, которыми были вооружены танки Т-34 и КВ, броня нового немецкого тяжёлого танка оказалась не по зубам. Бронебойные снаряды, выпущенные из этих пушек, не могли пробить не только лобовую, но и бортовую броню «Тигра» толщиной 80 мм даже с дистанции 200 м.

После завершения испытаний и изучения их результатов Государственным комитетом обороны СССР (ГКО) 5 мая 1943 года было принято постановление № 3289сс «Об усилении артиллерийского вооружения танков и самоходных установок», форсировавшее работы по созданию мощных противотанковых средств. Во втором пункте этого документа руководству завода № 9 и Уралмашзавода, располагавшимся в г. Свердловске (ныне г. Екатеринбург), было дано задание «разработать чертежи, изготовить и смонтировать в двух самоходных артиллерийских установках "СУ-122" 85-мм пушки с баллистикой существующей зенитной пушки и к 1 июля с.г. подать их на государственные испытания».

Созданная на основании этого постановления боевая машина представляла собой самоходную артиллерийскую установку оснащённую 85-мм противотанковой пушкой Д5-С85 с баллистикой зенитной пушки образца 1939 года, смонтированной в броневом корпусе САУ СУ-122. При этом в конструкцию корпуса СУ-122 был внесён целый ряд изменений и улучшений:

• изменена конфигурация амбразуры для установки пушки,

• использована рамочная установка пушки аналогичная установке в СУ-122М (вместо тумбовой установки у СУ-122),

• увеличен люк механика-водителя,

• над рабочим местом командира установлен броневой колпак с ПТК и т. д.

Пушка Д5-С85 была разработана на заводе № 9 под руководством главного конструктора Ф. Ф. Петрова, а самоходная части СУ-85 – на Уралмашзаводе в конструкторском бюро под руководством Л. И. Горлицкого.

Начальная скорость бронебойно-трассирующего снаряда массой 9,2 кг, выпущенного из пушки Д5-С85, составляла 792 м/с, что обеспечивало ему достаточно высокую бронепробиваемость. В боекомплект входило 48 унитарных артиллерийских выстрелов с 85-мм бронебойно-трассирующими и осколочными снарядами. Броневая защита СУ-85 была практически такой же, как и у СУ-122, толщина лобовой, бортовой и кормовой брони равнялась 45 мм. Боевая масса СУ-85 составляла 29,5 т, экипаж — 4 человека (командир, механик-водитель, наводчик и заряжающий).

Основным назначением СУ-85 являлось уничтожение танков и САУ противника со средних дистанций боя (500 – 1000 м), а также подавление орудий противотанковой обороны и огневых точек, поражение живой силы противника. Постановлением ГКО № 3892сс от 8 августа 1943 года СУ-85 была принята на вооружение Красной армии.

Об истории создания, производства и боевом применении СУ-85 написано много книг и статей, остановимся на некоторых интересных фактах из истории этой САУ.

Машина аналогичная СУ-85 – самоходная артиллерийская установка истребитель танков с 85-мм пушкой на базе танка Т-34 – вполне могла бы появиться на несколько лет раньше.

В августе 1940 года на заводе № 8 им. Калинина была предпринята попытка установить 85-мм зенитную пушку образца 1939 года с круговым обстрелом на шасси танка Т-34. Для проведения этих работ заводу было передано два первых танка Т-34 (без башен) из установочной серии. Однако конструкторам не удалось найти техническое решение по установке зенитных пушек без значительных переделок корпуса танка.

Перед началом Великой Отечественной войны, в конце мая 1941 года, заместителем наркома обороны Г. И. Куликом был подготовлен проект постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О самоходной артиллерии». В соответствии с ним в систему вооружения Красной армии предлагалось ввести четыре типа самоходных артиллерийских установок:

• САУ истребители ДОТов,

• САУ истребители танков,

• штурмовые САУ поддержки мотомеханизированной пехоты,

• зенитные самоходные установки.

В качестве истребителя танков планировалось использовать 85-мм зенитную пушку образца 1939 года, установленную на шасси опытного артиллерийского тягача А-42, спроектированного в Харькове на заводе № 183 им. Коминтерна на базе агрегатов танка Т-34. Этой же самоходной установке в системе вооружения отводилась и роль штурмовой САУ. Разработка и создание опытного образца 85-мм САУ на шасси А-42, получившей индекс А-46, были поручены заводу № 183. Но начавшаяся война не дала осуществиться этим планам. Так как все мощности завода № 183 были направлены на увеличение выпуска танков Т-34, на производстве артиллерийского тягача А-46 поставили крест.

Ещё одна попытка установить 85-мм зенитную пушку с круговым обстрелом на шасси танка Т-34 была предпринята на Уралмашзаводе. В самом начале 1942 года в КБ этого завода было разработано два варианта 85-мм САУ на базе танка Т-34 под индексами У-20 и У-20-II.

Первый вариант предусматривал установку на поворотной платформе с щитовым прикрытием пушки У-10, представлявшей собой наложение качающейся части 85-мм зенитной пушки на лафет гаубицы М-30.

Во втором варианте на поворотную платформу устанавливалась качающаяся часть 85-мм несколько изменённой зенитной пушки образца 1939 года. Однако оба этих варианта были признаны не соответствующими тактико-техническим требованиям. Работы по ним по распоряжению Артиллерийского комитета ГАУ КА были прекращены.

В конечном итоге первым принятым на вооружение Красной армии 85-мм истребителем танков стала СУ-85 с пушкой Д5-С85.

Интересный факт: изначально СУ-85 предполагалось вооружать другой 85-мм пушкой, разработка которой была поручена Центральному Артиллерийскому Конструкторскому Бюро (ЦАКБ) под руководством В.Г. Грабина. Проект установки в САУ пушки С-31 был подготовлен, но из-за больших габаритов казённой части пушки он был сразу же отвергнут Уралмашзаводом.

Затем в ЦАКБ был разработан и отправлен на Уралмашзавод проект 85-мм пушки С-18, который, как оказалось, также не полностью отвечал требованиям установки пушки в САУ. Уралмашзавод, со своей стороны, настаивал на установке в проектируемой САУ пушки Д5-С85, разработанной в КБ завода № 9. Таким образом, между ЦАКБ, заводом № 9 и Уралмашзаводом сложилась непростая ситуация.

В 6-м томе отчёта «Танкостроение на Уралмашзаводе» отмечается:

«Несмотря на явные недостатки самохода с пушкой С-18 ЦАКБ, используя силу своего авторитета, требовало, чтобы проект самохода с их пушкой С-18 был выполнен в металле. Конфликт между артиллеристами и танкистами разрешился 7 июня 1943 года в специальной смешанной комиссии, организованной в Москве из представителей НКТП, НКВ, ГАУ и БТУ. Эта комиссия рассмотрела все представленные проекты и вынесла решение изготовлять для сравнительных испытаний три опытных образца самохода с 85-мм пушками и один образец модернизированного самохода с 122-мм гаубицей».

В результате для проведения сравнительных испытаний Уралмашзаводом было изготовлено 4 опытных образца САУ, получивших следующие заводские индексы:

• СУ-85-I – с 85-мм пушкой С-18-I конструкции ЦАКБ с измененной люлькой;

• СУ-85-II – с 85-мм пушкой Д5-С85 конструкции завода № 9;

• СУ-122-III – модернизированная САУ с 122-мм гаубицей Д-6 конструкции завода № 9;

• СУ-85-IV – с 85-мм пушкой С-18 конструкции ЦАКБ.

Лучшие результаты показала СУ-85-II с пушкой Д5-С85. По сравнению с пушкой В. Г. Грабина, пушка Ф.Ф. Петрова имела целый ряд преимуществ. Общая компоновка пушки и меньшая длина отката обеспечивали наибольшее удобство для работы наводчика и заряжающего, в связи с чем практическая скорострельность пушки Д5-С85 оказалась значительно выше, чем у пушки С-18.

Кроме этого, пушка Д5-С85 имела лучшую уравновешенность, кучность боя, она была более удобна в обслуживании и весила на 850 кг меньше, чем пушка С-18. Таким образом, в этот раз в соревновании двух артиллерийских КБ победу одержало бюро Ф.Ф. Петрова. На вооружение Красной армии была принята самоходная артиллерийская установка СУ-85 с пушкой Д5-С85.

Ещё один интересный факт: СУ-85 была принята на вооружение Красной армии в один день с танком КВ-85, основным оружием которого являлась 85-мм танковая пушка Д5-Т85 – «родная сестра» пушки Д5-С85.

Эти пушки были разработаны в КБ завода № 9 по принципам максимальной унификации и единообразия не только деталей, но и механизмов в целом. Такой подход к проектированию танковых и самоходных пушек значительно упрощал процесс подготовки к их валовому выпуску. В большей степени – в части оснащения производства различными приспособлениями и специальным инструментом, одинаковым для обоих типов пушек.

Руководство страны придавало огромное значение вопросу скорейшей организации серийного производства 85-мм танковых и самоходных пушек. В соответствии с постановлением ГКО № 3289сс завод № 9 и Уралмашзавод должны были приступить к подготовке их серийного производства, даже не дожидаясь окончания испытаний опытных образцов. Кроме того, для скорейшего освоения серийного производства СУ-85 и обеспечения их максимального выпуска Уралмашзавод с августа 1943 года был освобожден от производства танков Т-34 и САУ СУ-122.

В итоге СУ-85 стала самой массовой отечественной САУ – истребителем танков времен Великой Отечественной войны.

Всего на Уралмашзаводе в период с августа 1943 года по август 1944 года было изготовлено 2334 самоходных установок СУ-85. Дополнительно в период с сентября по ноябрь 1944 года – 315 самоходных установок СУ-85М. Более известных и мощных советских САУ истребителей танков – СУ-100 – за время Великой Отечественной войны было изготовлено всего 1560 штук.

В завершении отметим ещё один любопытный эпизод, связанный с СУ-85, а вернее – с человеком, который на ней служил. Многие помнят, как у главного героя повести В. А. Курочкина «На войне как на войне» командира СУ-85 младшего лейтенанта Малешкина по началу непросто складывались отношения с его экипажем. Молодому офицеру было трудно завоевать авторитет среди своих старших, более опытных подчиненных. В схожую ситуацию в 1943 году попал и Аркадий Павлович Лепендин. После окончания училища в сентябре 1943 года в звании младшего лейтенанта он был назначен командиром СУ-85 в 1442-й самоходно-артиллерийский полк.

«Вместе с самоходной установкой – вспоминал после войны А.П. Лепендин. – я получил и экипаж. Все в нём были старше меня: механику-водителю – 35 лет, наводчику – 29, заряжающему – 27 и мне 21 августа исполнилось 18 лет…

В начале октября отправил в Горький отцу письмо. Сообщал, что вступили в бои, что экипаж у меня бывалый, очень взрослый, опытный, весь, после ранений, вернулся в строй.

"Они все меня опекают, а мне приходится командовать ими. Вот какая ситуация, но подчиняются беспрекословно, но это по мелочи, а как будет в бою, когда обстановка накалится, и нужно будет принимать решение в секунды?"

Тогда мы вели бои местного значения на правом берегу Днепра, на Букринском плацдарме. Хотелось в настоящее дело. И вот, в начале ноября, под покровом ночи, совершаем тяжелейший двухсоткилометровый марш с потушенными фарами. Опять форсируем Днепр и оказываемся на Лютежском плацдарме, что севернее Киева. С него 3 Гв. Танковая армия и перешла в наступление. Враг никак не ожидал внезапного удара. Нас ждали на Букринском плацдарме, а мы, как "снег на голову", с этого направления. 7 ноября была освобождена столица Украины, город Киев! И главный проспект Крещатик встречал своих освободителей – советских солдат. Каждый житель обнимался с нами, как с родными!

На следующие день, развивая наступление, мы "перерезали" шоссе Киев-Житомир. Вот здесь я получил настоящее боевое крещение. Утро. Сплошной туман. Атакуем село Горенка (Горянка) и выходим на его западную окраину. Заряжающий кричит: "Два танка справа!". Туман такой, что в прицел ничего не видно. Надо сблизиться. Впереди, в метрах 100, сарай. Принимаю решение и даю команду: "Механик, заводи и до сарая на полной скорости вперед!"

Экипаж дружно стал отговаривать: "Товарищ лейтенант, их двое, мы – одни, они нас сожгут!" Приказ отдан. Что делать? Они-то нас в прицелы не видят- точно также как мы их. Риск? Да! Придав голосу металла, повторил приказ! Проскочили, укрылись, ждём. Вот они, голубчики, выползают из-за угла сарая. Появляются в поле зрения прицела.

"Наводчик, теперь видишь?" – "Теперь вижу". Командую: "Бронебойным, прицел "2", в середину  – огонь!" Дистанция была всего метров 200 и промахнуться невозможно. А они ползли, прижавшись друг к другу, то есть 2-ой танк неисправен, на буксире. Головной танк вспыхнул! "По второму – огонь!". И 2 факела запылали! Как ликовала душа, когда на наших глазах фрицы выскакивали из объятых пламенем танков. О! Как же им было "жарко"! С тех пор экипаж меня зауважал и признал во мне настоящего командира!».

В составе 1442-го, а затем 400-го Гвардейского самоходно-артиллерийского полка А. П. Лепендин прошёл до конца войны. Участвовал в боях на Сандомирском плацдарме, освобождении Польши и штурме Берлина. День Победы встретил в медсанбате. За проявленное мужество и отвагу представлялся к званию Героя Советского Союза. Награжден орденом Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды и медалью «За Отвагу».