Странная история⁠⁠

...У многих людей в жизни иногда происходит такое, что невозможно объяснить с логической точки зрения. И тогда, пытаясь осмыслить произошедшее, но, не сделав никаких конкретных выводов, говорят: «Чудеса, однако!..»

Нечто подобное произошло с Игорем Дреем, который в недавние «застойные» допе-рестроечные годы учился в одном Ленинградском вузе. Учился он хорошо, был умным весёлым парнем, любил хорошую музыку и неплохо рисовал. Все стены комнаты, где он жил, были увешаны различными произведениями: плакатами, карандашными рисунками, картинами, написанными маслом и гуашью. Рисовал он в стиле «а-ля-народный примитивизм», но картины всем нравились, а Игорь, если видел, что его очередное творение кому-то нравится, тут же дарил на память. И дарственную надпись с автографом писал на обороте. Как у любой творческой личности, были у него и взлёты и падения… То муза посещала, то уходила. Видимо в какую-то минуту соответствующего настроения он и нарисовал на большом листе ватмана голову Иисуса. Причём очень хорошо передал момент страдания Богочеловека: огромные глаза были полны боли, рот страдальчески скривился. Для усиления воздействия на предполагаемых зрителей, Игорь не пожалел красной краски на кровь, бегущую из под колючек тернового венца, и даже из глаз…

Поскольку все стены комнаты были заняты, он повесил картину на дверь. Впечатление на всех, кто приходил к нему в гости, она вызывала одинаковое: все жалели страдальца и говорили: «Как здорово нарисовал!..»

Когда начиналась экзаменационная сессия, двое соседей Игоря из комнаты исчезали. Один уезжал к родителям в славный город Выборг. Другой к дядьке на Васильевский остров, где тот жил в огромной коммуналке. Поскольку дядька часто ездил в командировки, то сосед Игоря жил в комнате родственника месяцами.

Игорь оставался один, готовился к экзаменам, и, надо честно сказать, сдавал их хорошо. Но однажды он «завалил» прикладную математику. Науку трудноусваиваемую, непонятную, и, как он думал, в жизни совсем ненужную. Но так вот получилось…

Вечером он сидел один в комнате. Двери на частые стуки гостей, желавших навестить его, не открывал. Пил дешевое марочное вино, благо рядом со студгородком был большой гастроном «Измайловский». И всё больше и больше мрачнел, после каждого вы-питого стакана.

Он сам не может до сих пор понять, почему это сделал… Игорь достал из шкафа пневматическую винтовку, которую ему привезла из Германии сокурсница. Как она это сделала, не говорила, но кроме винтовки, она привезла и две коробочки специальных пулек «Дьяболо». Когда эта винтовка неожиданно появилась у Игоря, он иногда стрелял по воробьям, воронам и фонарям. Винтовка не зря была немецкая: била точно в цель. Куда навёл мушку, туда и попал… Правда, воробьи после попаданий недоумённо вертели головой и отряхивались, вороны недовольно каркали и, расправив крылья, улетали, а фонари не желали разбиваться…

Видимо провал на экзамене, недовольство собой и мрачное настроение, усиленное вином, подтолкнули Игоря к окну. Но воробьёв и ворон не было. По фонарям стрелять не хотелось. И тогда он, резко повернувшись, вдруг прицелился в переносицу нарисованного Иисуса и выстрелил. И тут же получил сокрушительный болевой удар по своей переносице, а по полу застучала упавшая пулька. Было больно до слёз. Игорь тёр переносицу. Хмель мигом вылетел из его головы. Он был очкариком, и первой мыслью было: «Хорошо, что не в стекло очков, а то глазам конец пришёл бы…»

Игорь подошёл к картине. Точно посередине нарисованной переносицы ватман был пробит. Дверь из ДВП, крашенная серой масляной краской, была гладкой. Вмятины от пульки не было. Игорь поискал на полу пульку и нашёл её под столом – сплющенную, похожую на плоский кружок. Посмотрел в зеркало на свою переносицу: краснота и опухоль разрасталась, переходя на лоб.

Спрятав винтовку в шкаф, и немного успокоившись, Игорь попытался логически обосновать «ответный ход» картины. Что-то мистическое было в этом…

От окна до двери было метров пять. Картина висела так, что глаза Иисуса находились на уровне груди Игоря. То есть, пулька летела под углом вниз. Кроме всего прочего, она пробила бумагу и, отскочив от двери, вылетела обратно, через пробитое отверстие. Фак-тически получалось, что пулька никак не могла попасть в переносицу Игоря. Отклонись она на сантиметр выше или ниже, или в любую сторону, пострадали бы глаза из-за разбитых очков. Однако этого не произошло. Пулька прилетела в то место у стрелка, куда он целился на картине…

Это было непонятно и тревожно.

Когда сдавать очередной экзамен приехал одногруппник из Выборга – Коля Валишевский, Игорь рассказал ему о произошедшем мистическом случае. Вдвоём они вновь попытались научно доказать невозможность случившегося рикошета. Рулеткой замеряли расстояние с точностью до миллиметра. Строительным уровнем, который попросили у знакомых студотрядовцев, уточнили вертикаль плоскости двери. Используя полученные знания по прикладной математике, с помощью формул, интегралов и дифференциалов, определили точную траекторию полёта пульки к двери и от неё. Со всеми допустимыми погрешностями. По всем расчётам пулька должна была ударить в пол: в метре от того места, где в момент выстрела стоял Игорь. Однако всё получилось иначе…

Хотя Игорь был крещёным, он, как и многие его сверстники, обработанный в застойные годы соответствующей пропагандой, в Бога не верил и относился ко всему связанному с ним равнодушно.

Этот случай пошатнул его атеистическое настроение. Получалось, что нарисованный, причём им же самим, Сын Бога, достойно ответил новоявленному снайперу.

В своё время бабушка Игоря, которая крестила его, говорила ему: «Не показывай язык иконе. Боженька накажет». И Игорь никогда не делал то, о чём строго наказывала ему в детстве бабушка. Теперь же он сделал ещё хуже, и получил соответствующее наказание…

После этого случая Игорь изменился. Стал более серьёзным. Экзамен пересдал на отлично, чем удивил профессора.

Картина долго висела на двери. Все спрашивали Игоря: «Откуда появилась дырка?» Тот хмурился и неохотно отвечал: «Карандашом проткнул нечаянно…» Трогать её он боялся.

После защиты диплома, Игорь отдал картину на память сокурснице, той, что привезла ему пневматическую винтовку. Снимала и сворачивала картину она сама…