Стивен Кинг "Метод дыхания"⁠⁠

–  Сестра! – закричал я. – Шевели побыстрей своей задницей, сука!

Это прозвучало слишком грубо, но на мгновение я почувствовал, что снова оказался во Франции и снаряды опять будут свистеть над головой. Раздастся рокот пулеметов, и немцы возникнут из мрака, скользя, падая и умирая в грязи и копоти. Дешевое волшебство, подумал я, видя, как человеческие тела шатаются, поворачиваются и падают. Но ты права, Сандра, это все, что мы имеем. Я никогда еще не был настолько близок к тому, чтобы потерять рассудок, джентльмены.

–  СЕСТРА, РАДИ ВСЕГО СВЯТОГО!

Ребенок заплакал опять – такой тонкий, потерянный звук! – и замолчал. Пар, поднимавшийся от его тела, стал намного реже.

Я поднес его лицо ко рту, ощущая запах крови и легкий аромат плаценты. Дунув ему в рот, я услышал слабый ответный выдох. Наконец подошла медсестра, и я протянул руку за простыней.

Она стояла в нерешительности, не отдавая мне простыню.

– Доктор, а что… что, если это монстр?

– Дайте мне простыню, – сказал я. – Дайте мне ее, пока не получили хорошего пинка.

– Хорошо, доктор, – ответила она очень спокойно (мы должны благословлять женщин, джентльмены, которые часто понимают нас только потому, что не пытаются понять). Я завернул ребенка и отдал его медсестре.

– Если вы уроните его, я заставлю вас съесть эту простыню.

– Да, доктор.

– Это дрянное дешевое волшебство, но это единственное, что нам дал Господь.

– Да, доктор.

Маленький шедевр Стивена прежних времен, когда автор ещё умел мастерски балансировать на грани между реальным и сверхъестественным, не теряя при этом ни капли человечности.

Его рассказ "Метод Дыхания" — это не просто история, а своеобразный эксперимент над восприятием читателя. Стивен взял обыденную вещь — дыхание, процесс, который мы даже не замечаем, — и превратил его в нечто пугающе сакральное.

В своеобразный ритуал, где каждый вдох и выдох становится шагом навстречу неизведанному.

И делает он это не через псевдорелигиозный кич, а через мастерски выстроенное напряжение и правдоподобных персонажей. Его история звучит, как заклинание, которое заставляет читателя почувствовать себя участником чего-то большего, чем просто чтение.