Спасибо⁠⁠

Знаете, я хотела бы, чтобы воспоминание об этом моменте осталось со мной навсегда. Как мы сидели, окружив своими взглядами этого юношу, а он рассказывал нам смешные истории, как он сказал, что таких людей как Диана, называют Венсдей, как назвал Иваныча психом. Я более чем уверена, что у него есть психологические проблемы, и это видно. Он явно не аутист, потому что наоборот тянется к людям. Как бы описать... Он очень болтлив, у него явно проблема с своей сексуальной идентификацией, так как в нашей группе в тот день был лишь один мальчик, и 15-20 красивых девчонок, но даже на меня он не взглянул ни разу, отдавая своё внимание девушкам, которые с ним разговаривали, либо своим поведением заинтересовывали его. Знаете, мы были как дети, сидящие на полу вокруг воспитательницы, или бабушки, и слушающие как она читает нам книгу. Вот только он ничего нам не читал. Он рассказывал, и болтал с нами, и мы все были так счастливы. Для человека с психологическими проблемами у него превосходно была поставлена речь, и он ни разу не запинался и не задумывался при разговоре. Вообще-то, он был довольно смышленным. И все-таки, вёл себя... Не как ребенок, нет, хоть он и не внушал уважения, но мы чувствовали себя младше. Скорее он был похож на невыросшего взрослого. Как будто что-то помешало ему выросли, и хоть его речь размеренная, и довольно взрослая, да и сам он выглядит на свои 26, его рассказы, и то, как он на нас реагирует. Как будто ему 12. В общем, я не хочу романтизировать психологические заболевания, но знаете, я хотела бы иметь такого человека при себе. Знаю, "иметь" звучит странно, просто я имею ввиду, что хотела бы, чтобы у меня был такой брат, друг, или парень, может просто родственник. Потому что в том кабинете, меня распирало от злобы и чувства отчаянния, и когда он вошёл в кабинет, не понимая обстановки и сразу стал говорить с нами, меня это взбесило. Весь класс был взвинчен в эту минуту, и все смотрели на него со злобой, но знаете, он как котенок, просто смотрел на нас непонимающими глазами. Он продолжил говорить, и примерно тогда я поняла, что у него психологические проблемы. Он как будто не чувствовал других людей. Я не знаю как у него с чувством эмпатии, но если подумать... По его рассказам можно сказать что он навряд ли смог бы сочувствовать другим. Но каким он был... Как бы... Невинным. Таким маленьким, и с такой чистой душой. Может, это какое-то проявление синдрома Дауна, я не знаю. Просто его душа была открыта всем в той аудитории. Он не стеснялся своих эмоций, не видел никакой странности в своём поведении, хоть и не вёл себя вызывающе. Да, он был как ребёнок, но выросший. Знаете, он вроде был наравне с нами, но относился к нам все равно чуть-чуть нисходительно, как будто он был старшим в нашем отряде, или чьим-то старшим братом. Боже, как я была счастлива в тот момент. Если бы он только почаще появлялся в нашем колледже... Может я тогда бы ни один день не пропустила, если бы только знала что есть шанс того, что он однажды войдёт к нам в аудиторию. Если бы я могла выбирать, то все свои сны посвятила бы тому дню. Если бы только могла, я бы из раза в раз возвращалась в тот кабинет, на то своё место у дальней стенки. Я бы снова клала свои локти на стол, ложилась на ладони щеками, и улыбалась, посвящая все своё внимание его рассказам. У него не был какой-то супер красивый голос, но он был живой... И хоть те чувства, что я ощущала уже порядком выветрились из моей головы, все таки он смог так просто достать меня из глубин моей тревожности. Я была зла и в отчаянии, когда он вошёл в аудиторию, я так злилась на весь мир, но когда я вышла, то была так счастлива, что не помнила момента лучше в моей жизни. Он так просто вернул наши души к свету. И лица наши он к свету смог повернуть. Конечно, он не понял, что сделал, наверное, он никогда и не смог бы этого понять. Но осознание того, что такие люди есть на нашей планете заставляет меня проживать каждый новый день. Оно поднимает меня с кровати с утра. В общем, спасибо