Советы молодым актерам от Гордона Крэга⁠⁠

Данная статья относится к Категории: Творческое развитие юношей и девушек

«Давай вообразим себя полными новичками на сцене. Мы горим желанием приступить к работе. С готовностью и большой храбростью мы соглашаемся сыграть какую-то маленькую роль. В роли восемь реплик, и наш выход - всего на десять минут. Мы ликуем, хотя и страшно нам до жути. Или, скажем, нам предлагают роль на двадцать реплик. Думаешь, мы откажемся? Нам предстоят шесть выходов - неужели, по-твоему, мы спрячемся в кусты? Может быть, мы и не ангелы, но мы, право же, не такие дураки, чтобы идти на попятную. Мы на седьмом небе от счастья. Мы выходим на сцену. Наутро читаем: «Как жаль, что режиссёр поручил исполнение столь важной роли неумелому юнцу».

Я не упрекаю критика за то, что он не преминет написать это; я не утверждаю, что его оценка погубит в нас великого актёра или разобьёт наше сердце; я лишь говорю, что это настолько несправедливо, что, как и следует ожидать, в отместку мы несправедливо используем в своих интересах то самое искусство, которое успели полюбить, и начинаем любой ценой стремиться к эффектности. Мы подверглись критике, хотя старались изо всех сил; другим достались похвалы; мы больше не можем этого вынести; мы уподобимся тем другим, мы тоже станем играть эффектно.

Большинству молодых актёров достаточно пяти лет мучений, чтобы превратиться в приверженца всего эффектного, в приверженца театральщины. Критика, которой молодой актёр подвергается с первых своих шагов на сцене, ломает его решимость быть во всём художником и заставляет его предавать своё любимое искусство. Остерегайся этого и старайся не быть эффектным. Переноси уколы критики с достоинством и сознанием того, что, проявив гордость и терпение, ты сможешь вынести всё и опередишь всех, кто тебя окружает.

Критик правильно говорит, что в определённый момент ты был невыразителен или что ты плохо исполнил свою роль, если ты провёл на сцене каких-нибудь три-четыре года или даже пять лет и если ты все ещё медленно и осторожно нащупываешь свой путь, вместо того чтобы поспешно прибегнуть к помощи профессиональных приёмов. Критики вправе говорить так, потому что они говорят сущую правду, и тебе следует радоваться этому; но притом они невольно раскрывают ещё более важную истину: чем лучше художник, тем хуже он как лицедей.

Поэтому собери всё своё мужество. Продолжай, как я говорил тебе в начале нашего разговора, оставаться актёром; покуда тебе не станет совсем уж невмоготу, покуда ты не почувствуешь, что вот-вот сломаешься; затем проворно отпрыгни в сторону - на пост режиссёра. И здесь, как я говорил, ты окажешься в лучшем, если не сказать - в намного лучшем положении, ибо ты приближаешься к тому месту, где находится муза театра (правда, спящая). Самые твои эффектные декорации, постановки, костюмы и прочее будут, конечно, и самой большой данью театральщине. Однако тут традиция не настолько сильна, и именно в этой сфере деятельности ты обретёшь нечто такое, на что сможешь опереться.

Нельзя сказать, чтобы к постановщику пьес критик был более снисходителен, но по какой-то причине в этой области он менее склонен оперировать словечком «эффектный». Тут у него как будто несколько расширяются понятия о том, что есть прекрасное, а что - уродливое. Может быть, ему позволяет писать так традиция его собственного искусства; ведь «режиссура» в сегодняшнем её понимании олицетворяет собой более современный этап в развитии театра, и критик более свободен говорить о ней то, что хочет. Во всяком случае, когда ты станешь режиссёром, тебе больше не придётся каждый вечер собственной персоной выходить на сцену, и поэтому, что бы ни писали о твоей работе, ты сможешь не воспринимать это как обидные личные выпады.

Я собирался сказать тебе здесь несколько слов о том, как надо использовать освещение, но то, что я говорил тебе о декорациях и костюме, применимо также и к свету. Рассказывать тебе об осветительной аппаратуре и о том, как её надо использовать, чтобы создать нечто прекрасное, вряд ли практично. Если у тебя хватит сообразительности для того, чтобы изобретать декорации и костюмы, о которых я говорил, ты вскоре сам сообразишь, как выработать свой собственный метод использования искусственного освещения, с которым мы имеем дело в театре. Наконец, прежде чем мы покинем театр и перейдём к более серьёзным материям, позволь мне дать тебе напоследок ещё одно напутствие.

Когда ты будешь в чем-то сомневаться, лучше выслушай совет человека театра, даже если это всего-навсего костюмер, но только не прислушивайся к мнению дилетанта. Для некоторых живописцев, писателей и композиторов наш театр стал своего рода запоздалым увлечением.

Постарайся не обращать внимания на то, что они говорят и делают. Простой рабочий сцены знает о нашем искусстве больше, чем эти любители. В последнее время во владения театра энергично вторгаются живописцы и графики. Сплошь и рядом это люди больших интеллектуальных способностей, начиненные великим множеством превосходных теорий, в том числе старой и прекрасной теорией искусства, культивировать которую каждому лучше всего удаётся на своей собственной ниве; все эти теории они подтвердили убедительными примерами в своей области - в театр же они не привносят ничего, кроме аффектации.

Есть все основания полагать, что человек, который посвятил пятнадцать-двадцать лет своей жизни станковой живописи, гравированию на меди или на дереве, создаст нечто живописное, обладающее качествами изобразительного искусства. Но не более того. То же самое и с композитором: он создаст нечто музыкальное. И с поэтом: он создаст нечто литературное. Всё это будет ярко, колоритно и симпатично, но, к сожалению, не будет иметь ни малейшего отношения к сценическому искусству. Остерегайся таких людей; ты сможешь обойтись без них.

Если же ты станешь иметь с ними дело, то кончишь тем, что сам превратишься в любителя. Если кто-нибудь из этой братии выразит желание потолковать с тобой об искусстве театра, не забудь спросить его, как долго он занимался практической работой в театре, прежде чем тратить время на выслушивание его надуманных теорий.

Этим людям я посвятил предпоследнее своё слово, а самое моё последнее слово будет посвящено их творчеству. Их творчество так прекрасно, они открыли такие замечательные законы искусства и так замечательно следовали им, отказавшись от всех своих житейских надежд во имя этого великого поиска красоты, что всякий раз, когда постижение природы покажется тебе непомерно трудным, отправляйся за поддержкой прямо к ним, вернее, к их произведениям, и это поможет тебе преодолеть любые трудности, ибо их произведения - это самые лучшие и самые мудрые произведения на свете».

Гордон Крэг, Артисты театра будущего / Воспоминания. Статьи. Письма, М., «Искусство», 1988 г., с. 206-209.

Источник — портал VIKENT.RU

+ Ваши дополнительные возможности:

Воскресным вечером 30 января 2022 в 19:59 (мск) на видеоканале VIKENT.RU — онлайн-лекция № 272: Анализ #АРИЗов - Алгоритмов Решения Изобретательских Задач Г.С. Альтшуллера (ТРИЗ)

+ Плейлист из 10-ти видео: СТРАТЕГИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ЧЕЛОВЕКА: БАРЬЕРЫ и ОБМАНЫ

Изображения в статье

Гордон Крэг — английский художник, актёр, режиссёр и теоретик театра / Public Domain

Изображение vargazs с сайта Pixabay

Изображение Daniela Mackova с сайта Pixabay