Шаги. Глава первая.
-Котенок хочет крысу? Котенок голоден?..
Стараясь абстрагироваться от раздражающего голоса темного эльфа, он только слегка повел усами и отвернулся от решетки.
-Ты знаешь это, каджит?..
С какой радостью он вонзил бы когти в горло этого бесхвостого паршивца!
-Это точно, ты умрешь здесь!..
Нельзя срываться - это лишь больше обрадует эльфа...
-Стражники идут за тобой... Хе-хе-хе-хе...
И правда, кажется, кто-то идет...
Каджит поднял голову.
В затхлом каменном коридоре, едва освещавшемся тусклым светом факелов, обычно слышался лишь звон капель воды, падающих на пол, и завывания ветра. Но в этот раз к привычным звукам примешивался мерный топот и звяканье железа.
Шаги. Глава первая.
-Баурус, закрой за нами дверь!
-Есть!
В двух голосах слышалась уверенность в себе, укрепленная долгими годами сражений и совместной работой. Чувствовалась сила. Но каджит не мог понять, почему женщина командует мужчиной, а не наоборот? Странные эти люди. Впрочем, какая разница...
-Мои сыновья... Они убили их, да?
Этот голос заинтересовал каджита. Он говорит о смерти своих сыновей, но в нем нет горя или сожалений - только покорность и спокойствие. Из него вышел бы хороший каджит...
Но рассуждать было некогда - с каждой секундой голоса становились все громче, а шаги звучали все ближе. Через несколько мгновений голоса подошли и встали напротив решетки.
- Что этот заключенный делает здесь? Эта камера должна была оставаться свободной!
Первый голос оказался закованной с головы до ног в металлические доспехи женщиной, черты лица которой показались каджиту довольно отталкивающими. Возможно, из-за шлема, закрывающего переносицу - но каджит предпочел бы, чтобы она его не снимала.
Рядом с ней стоял смуглый мужчина в таких же доспехах - судя по всему, второй голос. Третий же был стоящим позади первых двух седым мужчиной в летах, закутанным в разноцветную мантию, инкрустированную ценными каменьями. Глаза каджита загорелись.
- Наверное, стража напутала, я...
- Ладно, открывай эту дверь. Назад, заключенный! Если ты встанешь у нас на пути, мы убьем тебя без колебаний!
"Не очень-то и хотелось"...
Каджит медленно встал и вжался в стену, стоящую напротив решетки, продолжая поедать глазами мантию старика.
Немного повозившись с замком, второй со скрипом открыл ржавую дверь. Не сводя глаз с узника, медленно подошел к нему вплотную, закрыв обзор на мантию. Каджит недовольно нахмурился.
Тем временем остальные двое зашли в камеру и начали возить руками по стене. Внезапно раздался приглушенный гул, и часть стены отъехала в сторону, обнажая скрытый проход.
Свобода!
Молящими глазами наглый кошак уставился на второго воина, да так, что тот сглотнул слюну и откашлялся, перестав смотреть каджиту в глаза.
- Ладно, черт с тобой. Только не путайся под ногами, - сказав это, второй обернулся и пошел вслед за двумя своими спутниками. Каджит стремительно шмыгнул вслед за ним, пока дверь не успела закрыться...
... И тут же наткнулся на смотрящего на него - или сквозь него? - старика в мантии. Воины обернулись на шум и схватились за мечи, но старик властным жестом остановил их.
- Ты... Я видел тебя...
Каджит поглядел по сторонам и, на всякий случай, обернулся назад. Кого видел? Его, что ли?
- Именно тебя я видел во снах...
Да уж, старик, тебе не позавидуешь. И все же, к чему он клонит?
- Значит, звезды были правы, и день тот наступил.
Ты прав, старик. Сегодня именно тот день, когда каджит наконец выберется из этой вонючей дыры! Но тебе-то какое дело?
- Что здесь происходит? - наконец открыл рот узник.
- Сыновья мои подверглись нападению ассасинов, я следующий ( на лице старика по прежнему не было эмоций, кроме, разве что, легкого удивления). Мои клинки ведут меня из города одним им ведомым секретным путем. По велению случая, вход в тоннель - в твоей темнице.
- Кто вы? - голос каджита с непривычки звучал довольно грубо, но старику, похоже, было все равно. Чего не сказать про его ?охрану?.
- Я твой император, Уриэль Септим. По велению богов я служу своему народу и правлю им.
Ох, черт! Кажется, стоит забыть и думать про мантию с каменьями...
- И ты, как гражданин Тамриэля, послужишь своей стране. Своим путем.
А вот тут ты, старик, кругом неправ. Каджит не был гражданином этой страны, и тем более не хотел ей служить.
Джа'Марран попал в тюрьму, когда его партизанский отряд Ренриджра Крин под Лейавином попал в окружение Имперского легиона. Часть его соратников успела улизнуть, часть погибла, сражаясь. Каджиту повезло меньше - меткая стрела из арбалета проткнула ему ногу, и он не смог сбежать. Допросы не помогли имперским ублюдкам вытащить из него информацию, пытки тоже. С тех пор он уже два года гниет в этой тюрьме и мечтает только о двух вещах - свободе и мести.
Впрочем, при двух тяжеловооруженных клинках он предпочел не говорить об этом.
- И... Что каджиту теперь делать?
- Иди своей дорогой. Я вижу, что на ней будет много крови и смерти - но ты найдешь свой путь.
Ну что ж, так тому и быть. Вперёд, к свободе!
Стараясь абстрагироваться от раздражающего голоса темного эльфа, он только слегка повел усами и отвернулся от решетки.
-Ты знаешь это, каджит?..
С какой радостью он вонзил бы когти в горло этого бесхвостого паршивца!
-Это точно, ты умрешь здесь!..
Нельзя срываться - это лишь больше обрадует эльфа...
-Стражники идут за тобой... Хе-хе-хе-хе...
И правда, кажется, кто-то идет...
Каджит поднял голову.
В затхлом каменном коридоре, едва освещавшемся тусклым светом факелов, обычно слышался лишь звон капель воды, падающих на пол, и завывания ветра. Но в этот раз к привычным звукам примешивался мерный топот и звяканье железа.
Шаги. Глава первая.
-Баурус, закрой за нами дверь!
-Есть!
В двух голосах слышалась уверенность в себе, укрепленная долгими годами сражений и совместной работой. Чувствовалась сила. Но каджит не мог понять, почему женщина командует мужчиной, а не наоборот? Странные эти люди. Впрочем, какая разница...
-Мои сыновья... Они убили их, да?
Этот голос заинтересовал каджита. Он говорит о смерти своих сыновей, но в нем нет горя или сожалений - только покорность и спокойствие. Из него вышел бы хороший каджит...
Но рассуждать было некогда - с каждой секундой голоса становились все громче, а шаги звучали все ближе. Через несколько мгновений голоса подошли и встали напротив решетки.
- Что этот заключенный делает здесь? Эта камера должна была оставаться свободной!
Первый голос оказался закованной с головы до ног в металлические доспехи женщиной, черты лица которой показались каджиту довольно отталкивающими. Возможно, из-за шлема, закрывающего переносицу - но каджит предпочел бы, чтобы она его не снимала.
Рядом с ней стоял смуглый мужчина в таких же доспехах - судя по всему, второй голос. Третий же был стоящим позади первых двух седым мужчиной в летах, закутанным в разноцветную мантию, инкрустированную ценными каменьями. Глаза каджита загорелись.
- Наверное, стража напутала, я...
- Ладно, открывай эту дверь. Назад, заключенный! Если ты встанешь у нас на пути, мы убьем тебя без колебаний!
"Не очень-то и хотелось"...
Каджит медленно встал и вжался в стену, стоящую напротив решетки, продолжая поедать глазами мантию старика.
Немного повозившись с замком, второй со скрипом открыл ржавую дверь. Не сводя глаз с узника, медленно подошел к нему вплотную, закрыв обзор на мантию. Каджит недовольно нахмурился.
Тем временем остальные двое зашли в камеру и начали возить руками по стене. Внезапно раздался приглушенный гул, и часть стены отъехала в сторону, обнажая скрытый проход.
Свобода!
Молящими глазами наглый кошак уставился на второго воина, да так, что тот сглотнул слюну и откашлялся, перестав смотреть каджиту в глаза.
- Ладно, черт с тобой. Только не путайся под ногами, - сказав это, второй обернулся и пошел вслед за двумя своими спутниками. Каджит стремительно шмыгнул вслед за ним, пока дверь не успела закрыться...
... И тут же наткнулся на смотрящего на него - или сквозь него? - старика в мантии. Воины обернулись на шум и схватились за мечи, но старик властным жестом остановил их.
- Ты... Я видел тебя...
Каджит поглядел по сторонам и, на всякий случай, обернулся назад. Кого видел? Его, что ли?
- Именно тебя я видел во снах...
Да уж, старик, тебе не позавидуешь. И все же, к чему он клонит?
- Значит, звезды были правы, и день тот наступил.
Ты прав, старик. Сегодня именно тот день, когда каджит наконец выберется из этой вонючей дыры! Но тебе-то какое дело?
- Что здесь происходит? - наконец открыл рот узник.
- Сыновья мои подверглись нападению ассасинов, я следующий ( на лице старика по прежнему не было эмоций, кроме, разве что, легкого удивления). Мои клинки ведут меня из города одним им ведомым секретным путем. По велению случая, вход в тоннель - в твоей темнице.
- Кто вы? - голос каджита с непривычки звучал довольно грубо, но старику, похоже, было все равно. Чего не сказать про его ?охрану?.
- Я твой император, Уриэль Септим. По велению богов я служу своему народу и правлю им.
Ох, черт! Кажется, стоит забыть и думать про мантию с каменьями...
- И ты, как гражданин Тамриэля, послужишь своей стране. Своим путем.
А вот тут ты, старик, кругом неправ. Каджит не был гражданином этой страны, и тем более не хотел ей служить.
Джа'Марран попал в тюрьму, когда его партизанский отряд Ренриджра Крин под Лейавином попал в окружение Имперского легиона. Часть его соратников успела улизнуть, часть погибла, сражаясь. Каджиту повезло меньше - меткая стрела из арбалета проткнула ему ногу, и он не смог сбежать. Допросы не помогли имперским ублюдкам вытащить из него информацию, пытки тоже. С тех пор он уже два года гниет в этой тюрьме и мечтает только о двух вещах - свободе и мести.
Впрочем, при двух тяжеловооруженных клинках он предпочел не говорить об этом.
- И... Что каджиту теперь делать?
- Иди своей дорогой. Я вижу, что на ней будет много крови и смерти - но ты найдешь свой путь.
Ну что ж, так тому и быть. Вперёд, к свободе!