Семенова на распутье⁠⁠

Семенова начала откладывать на похороны задолго до их времени. Причиной тому стало пятно, обнаруженное на флюорографии двадцать лет назад. Тогда врачи успокоили ее повторным снимком и множеством идеальных анализов, но она все равно решила подготовиться заранее, а потом копила уже по инерции.

За двадцать лет Семенова успела накопить на достойную двухкомнатную евромогилу с кондиционером, интернетом и отдельным тамбуром, но анализы оставались идеальными. Смерть не торопилась к ней на свидание.

Однажды к Семеновой пришли лжегазовщики и чуть не забрали ее сбережения. К счастью, их визит совпал с настоящей проверкой газовой компании. Продюсеры телешоу могли бы хорошо заплатить за такой сюжет. Скандал разыгрался на кухне. Семенова завидовала своей газовой колонке. Она тоже могла бы зажечь по-настоящему, но никогда не привлекла бы столько мужского внимания, как этот бездушный аппарат. В приступе ревности она прогнала всех с трофейным ружьем, оставшимся от мужа, а сама с тех пор перешла на электричество.

Когда стало ясно, что накопления могут в любой момент попасть в карман какому-нибудь мошеннику, у Семеновой закололо сердце. Столько лет лишений — и ради чего? Деньги ей опротивели, хотелось как можно скорее избавиться от них и хоть как-то компенсировать потерянное время.

Заграничные поездки, прыжки с парашютом из стратосферы в Карибское море и прочие вершины не впечатляли. Дополнительная недвижимость пугала. Хватит и той, что была первоначальной целью накоплений.

Женщина выглянула в окно и увидела своего милого старого немца. Жук-коррозийник дожирал пороги и арки покосившегося «Опеля» Семеновой и уже покушался на двери. Решение принято: нужен автомобиль. Но какой?

Наша героиня сложила купюры и монеты в спортивную сумку, туда же сунула трофейное ружье, надела свою каракулевую шубу, поправила берет и отправилась в ближайший автосалон. В машинах она не разбиралась, а всевозможным улыбающимся доброжелателям и эффективным менеджерам зареклась больше не доверять после инцидента с газовщиками. Когда ей пытались всучить что-то, она перезаряжала ружье, и мошкара с бейджиками временно разлеталась, чтобы собраться с силами.

Выбор был сделан по простому принципу: чем больше, тем лучше. Если бы продавали БелАЗ, клиентка не раздумывая купила бы его. Но в наличии были только внедорожники. Семенова купила самый дорогой, самый большой и самый проходимый. Финансов хватило, и даже осталось на несколько лет заправок. Впервые в истории вооруженный человек с сумкой подошел к кассе, чтобы отдать деньги, а не забрать.

За рулем огромного джипа маленькая и хрупкая Семенова выглядела нелепо: как пятилетний ребенок в пальто и ботинках отца. Но разницу на дороге она почувствовала сразу. Никто не пытался зажать, обогнать; автобусы не стартовали с места, чтобы вытеснить своей массой, когда Семенова проезжала мимо по соседней полосе. Молодые девушки на арендованных машинах с сигаретами в пальцах смотрели с завистью, а из заснеженного двора Семенова вылетала, как цирковой артист из пушки.

Впервые в жизни эта неприметная пожилая дама буквально смотрела на людей сверху вниз, а не наоборот, и ей это нравилось. Покупка оказалась удачной. От сердца отлегло.

Но радость быстро сошла на нет. Какой смысл в дорогом рыболовном наборе, если ты выходишь на озеро раз в год? Семенова выезжала редко. Продуктовые магазины, аптеки, парикмахерские — все находилось в шаговой доступности. Раз в неделю женщина отправлялась в соседний район к подруге или ездила на другой конец города за любимыми эклерами. Были и поездки в театр, но спектакли были ей абсолютно безразличны.

Большую часть времени машина занимала два парковочных места во дворе рядом со старшим братом «Опелем» и обрастала сугробами. Семенова задумалась о продаже.

Однажды женщина отправилась на оптовый рынок за мешком картошки. Дорога проходила через небольшую лесополосу, которую не успели расчистить после недавнего снегопада. Женщина ехала осторожно и подпевала колонкам. Новая резина хорошо справлялась с гололедом и снегом, Семенова и машина чувствовали себя уверенно. Впереди что-то мигало. Водительница заметила две петляющие полосы на дороге. Вскоре показалась машина, выброшенная на обочину и севшая на днище, а также водитель, пытающийся откопать свою машину детской лопатой.

Дед Мороз с санями не вызвал бы столько радости у бедолаги, сколько этот полноприводный гигант. Мужчина замахал руками, и джип остановился. Водителя не было видно — казалось, машина работала на автопилоте. Открылась дверь, вместе с теплом из салона вырвался голос Анны Герман. Вскоре из-за огромного кузова показалась фигура в каракулевой шубе и берете.

— Помочь? — улыбалась Семенова, щурясь от света собственных фар.

— Вы что, одна? — не верил своим глазам водитель.

— Хотите пригласить на свидание?

— Нет, я про машину.

— Ой, простите, — махнула рукой Семенова и, виновато хихикнув, кивнула: — Одна.

— Ну ладно. Лучше, чем ничего, — пробурчал мужчина. — А у вас трос есть?

— Не знаю, надо в сумке поискать, — растерялась Семенова и повернулась к двери.

— Я про буксировочный.

— Ой. А где его искать?

Мужчина тяжело вздохнул.

— Ладно, попробуем моим. Надеюсь, не порвется.

Семенова внимательно следила за тем, как мужчина привязывает автомобили. Затем он коротко объяснил, как их буксировать. Семенова слушала сосредоточенно и не перебивала.

— Ну что, начнем?

— Давайте, — улыбнулась женщина и вернулась за руль. Через пять минут лесопосадка насквозь пропахла жженым сцеплением, но Семенова не сдавалась. Еще через десять минут, разобравшись с педалями и обнаружив волшебную кнопку «4х4», женщина сделала новую попытку, и машина вылетела из снежного плена, как пробка из шампанского. Мужчина рассыпался в благодарностях и вручил спасительнице единственное, что у него было под рукой — абонемент в аквапарк.

Забыв про картошку, Семенова направилась на рынок, только не продуктовый, а автомобильный.