Санаторий "Хвойное" - 1\2⁠⁠

(Пионерские жутики и байки)

Детский оздоровительный лагерь «Хвойное», Новгородская область, Хвойнинский район, май 1987 года, суббота.

В палате на шесть мест, куда нас заселили с Серегой Трофимовым, уже обитали четыре мальчика, приехавшие  неделей раньше. Все они лежали на застеленных кроватях и пытались дремать. Мы познакомились и стали раскладывать вещи. Местный заводила, шебутной Максим, - конопатый, мелкий и подвижный, с большими оттопыренными ушами – сходу спросил, первый ли мы раз сюда приехали.

- А что? – спросил Серега с нажимом. Он умеет так спрашивать, что вопросы обычно отпадают. Батя у него мастер спорта по боксу, так что выучка у моего друга и соседа что надо. Трофимовы и меня пытались приучить к этому спорту, но я предпочитал читать книжки и ходить на акробатику.

- Первый, - ответил я спокойно, сглаживая ситуацию. И добавил: - А что?

Максим заерзал на кровати, устраиваясь поудобнее. Тихий час на то и тихий, чтобы отдыхать, но ему явно было не до сна. К тому же, как я понял, появились новые слушатели.

- Значит, не знаете, что тут было год назад?

Остальные мальчики ожили, готовые заново послушать страшную историю, а заодно посмотреть на реакцию новичков. Интеллигентного вида субтильный Гоша в массивных очках на пол лица. Эдик, долговязый и белобрысый мальчик с апатичным лицом. И последний – Ренат из Казахстана, крепкосбитый, с лихой чёлкой. В соседней комнате ещё пятеро мальчиков. Все вместе мы входили в 4 класс «а». Нам предстояло закончить здесь учебный год, а потом отдыхать почти до конца лета, лечиться и набираться сил.

Со всего Союза сюда ехали дети с проблемными органами дыхания из загрязненных городов, а также те, у кого оказалась «плохая» реакция Манту. Санаторий (1) работал круглый год, имел свою школу. Вокруг хвойный лес с чистейшим лечебным воздухом. И несколько сотен детей от семи до четырнадцати лет, приезжавшие в здравницу на три месяца. Повезло и нам с Серегой – летели сюда из Челябинска, где наши родители смогли выбить путевки.

- Рассказывай, - заинтересовался мой друг, доставая из сумки пакет ирисок и угощая новых знакомых.

Максим снял обертку с конфеты, причмокнул губами и сказал:

- Ну, готовьтесь! Спорю, что ничего страшнее вы не слышали? Потому что всё это правда, и случилось в прошлом году.

Я хмыкнул. Историй мы уже знали много, поездив по пионерским лагерям. Чем же тут «накормят»?

Рассказчику не терпелось нас удивить, и он начал…

Детский оздоровительный лагерь «Хвойное», лето 1986 года.

Всё началось с того, что в палату заселили новенького. Его звали Коля. Маленький, тихий, скромный мальчик, которому всё казалось в новинку – он постоянно спрашивал у других ребят, что и как устроено в санатории. В конце концов, все сочли, что это кто-то вроде деревенского дурачка, и перестали обращать внимание. Да и странный он был: вроде и тихоня, а как глянет, ажно кровь стынет в жилах, так как у него были чёрные-пречерные глаза.  В общем, не трогали его. А он и рад сам по себе держаться.

Лето на дворе, все гуляют-играют и веселятся, а Коля только наблюдает. Всё ему объяснили, показали, где столовая и куда грязное бельё сдавать – ну, и всё прочее. Он и сидит, всё смотрит, будто профессор. Но вот что ему действительно понравилось, это страшные истории, которые рассказывал после отбоя зеленоглазый весельчак Марат.

- Говорят, что в одном пионерском лагере ещё лет тридцать назад появился один бледный тощий мальчик. Никто не знает, откуда он взялся, и кто он такой. Ночью новенький подкрадывался к другим детям и прикасался руками. В руках у него были зубы. А ещё он впрыскивал как паук размягчающий мясо яд, и потом высасывал жертву. От жертвы оставался только кожаный мешок с костями. Останки он прятал в стене за фанерой. А сам он становился всё толще и толще, пока не съел всех.

- И не лопнул? – усмехнулся Валентин, один из мальчиков, живущих в комнате. Валентин показал пальцем на толстяка Лаврентия и пошутил: - А это не твои ли друзья, часом?

Лаврентий обиделся, засопел и отвернулся.

- Нет, не лопнул, - спокойно продолжил Марат. – Он просто пропал. Лагерь забросили, так как детей не смогли найти. А когда спустя десять лет там стали делать ремонт, то рабочие вскрыли стену и нашли останки детей.

- И они рассказали эту историю! – засмеялся Валентин. – Рабочим. А рабочие – своим детям. Так получается?

- Да ну тебя! Замонал! Всё испортил! – заругались на баламута другие дети.

В общем, поворчали они, да уснули. Время уже было позднее.

А ночью Коля подкрался к Валентину, одной рукой схватил его за руку, а другой закрыл рот, чтобы мальчик не шумел. Так Коля впрыснул яд, и Валентин замер парализованный.

- Смешно тебе было? – прошипел Коля. – В той истории почти всё правда. Кроме того, что мы толстеем. Мы не толстеем.

Валентин в ужасе вытаращил глаза, но ничего сделать не мог. Коля стал пить из него сок. Но немного, а только чтобы его попробовать и подчинить себе советского школьника.

Наутро Валя заболел, и его отвели в медпункт. На руке у него была рана, будто пиявка присосалась, и ему наложили бинты. Врачи решили, что его укусило какое-то крупное насекомое. Только на следующее утро Валентину стало лучше, но его глаза сделались чёрными-пречерными, и теперь он всюду ходил с Колей и молчал.

А ещё эту страшную историю кто-то из мальчиков рассказал девочкам. Так вот, у них потом тоже заболела одна девочка, и глаза стали другими. Чёрными-пречерными. Но медсестра разводила руками, она не знала, почему так сделалось с детьми.

Когда все успокоились, и всё стало как прежде, однажды вечером Марат спросил, знают ли они историю про то, как свою смерть увидеть. Мальчики, особенно Коля, попросили рассказать.

- Видели заброшенный сгоревший старый больничный корпус? А знаете, что там четыре года назад ночью замкнуло проводку, и сгорело десять детей? Они не смогли выбраться, и все умерли. Так сильно сгорели, что даже тел не нашли. Говорят, что иногда оттуда слышно, как они зовут на помощь. Одна из нянечек оказалась ведьмой, и это она закоротила провода. Теперь души детей навечно заперты в том корпусе. А если ночью спуститься в подвал и встать перед треснутым зеркалом, три раза сказать «Сунареф» (2), то там можно увидеть свою смерть – узнать, как и когда ты умрешь.

На этот раз никто не смеялся. История пугала, так как про сгоревший больничный блок знали все, и все его видели.

Коля тогда посмотрел на притихших детей и спросил:

- А кому слабо сегодня сходить туда и всё проверить? Есть среди вас смельчаки?

- Да, - вторил ему Валентин, - или вы все трусы?

Только Вася согласился сходить. Он взял фонарик и выбрался через окно. А наутро его нашли в больничном подвале мертвым и поседевшим. Никто не знает, что он увидел в зеркале.

Дети были в ужасе. Эту историю вскоре знали все отряды. Приехала милиция, всё расспросила и забрала тело погибшего мальчика. Вход в подвал заколотили досками, а директору санатория выписали штраф.

Следующим вечером Марат снова спросил, не хотят ли они услышать ещё одну страшную историю.

- Заткнись! – крикнул Иван, кинув в Марата подушку.

- Да ладно тебе! – сказал Коля. – Это же просто совпадение. Что ты как маленький в страшилки веришь! Рассказывай, Марат.

- Про мертвых пионеров, про ведьму с кухни или про сторожа нашего деда Юру?

Лаврентий громко фыркнул и махнул рукой.

- Про ведьму знаем. Это там где в супе глаз нашли и думали, что суп готовят из детей, а оказалось, что у поварихи выпал стеклянный глаз. Давай лучше про деда.

С таким подходом согласились все дети. Возражал только хромой Толик, он сказал, что так нельзя, и что только недавно умер их друг. Но возражал он вяло, и особого авторитета не имел. Так что или слушай, или гуляй.

- Ну, смотрите! – кивнул Марат. – Про деда, так про деда. Как-то раз один мальчик решил посмотреть, что прячет сторож за тремя замками в сарае. Он тихонечко подкрался и посмотрел в щелку. Мальчик этот сначала очень испугался, так как увидел внутри стоящих рядами пионеров. Он уже был готов закричать, когда его обнаружил сторож.

«Дурень! – сказал деда Юра. – Это же статуи новые привезли под замену, а я раскрашивал. Новые технологии, вот они и почти как живые».

«Понятно», - ответил мальчик и сделал вид, что уходит.

На самом деле он подождал, пока сторож уйдет сам, и, отодвинув одну доску, залез внутрь. Вот там ему стало по-настоящему страшно. У некоторых статуй оказались живые глаза, в которых застыли ужас и боль.

Вот только и сторож обманул мальчика. Деда Юра подкрался и схватил нарушителя.

«Гы-гы-гы, - сказал сторож, - все пойдут под замену! Всех поменяем на кукол».

И тогда одна статуя обернулась и открыла глаза. Оказалась, что эта кукла  - вылитый тот мальчик.

В палату вернулась уже кукла. Ночью она лежала с открытыми глазами и скрипела зубами, иногда поглядывая на других детей.

- Это всё, - Марат закончил историю.

- Так а что дальше-то было? – не выдержал Толик.

- А ты сходи и спроси у деда Юры, - засмеялся Коля.

- А вот и схожу! – неожиданно упрямо согласился хромой Толик, надеявшийся таким образом вернуть себе авторитет. Во всех играх он был последним, историй не знал, умел играть на скрипке, но кого из мальчишек этим впечатлишь? А вот проверить сарай сторожа – это опасное дело, учитывая, что там может скрываться. – Завтра же после завтрака и схожу!

- А ещё рассказать? – спросил неугомонный Марат. – Про робота, про голову мертвого фашиста или НЛО?

- А хотите, - неожиданно встрял Коля, - я расскажу про НЛО? Представьте, что пришелец вдруг попал в этот санаторий и решил изучить людей в замкнутой системе? Тогда…

В палату вдруг ворвалась вожатая, которая уже какое-то время подслушивала под дверью.

- Ну-ка спать быстро! – заругалась она. – Опять свои страшилки рассказываете, а завтра будете сонные ходить!

Пришлось всем лечь спать.

А на следующее утро хромой Толик действительно один пошел в отдаленный участок санатория за кочегаркой, чтобы проверить сарай. Вернулся он только вечером, и глаза у него были будто стеклянные, а сам он еле двигался. Сторож поймал Толика и поменял на куклу.

Ночью все дети спали. Не спала только кукла, глядя в потолок. Спустя какое-то время кукла стала смотреть на Ваню так пристально, что мальчик сильно-пресильно испугался, и  у него пошла носом кровь от волнения, и поэтому его пока не тронули. За тумбочкой он своей кровью сделал надпись на тот случай, если пропадет, и потерял сознание.

Кукла стала тогда смотреть на Лаврентия. А потом тихонечко встала с кровати и подошла к нему, чтобы вкрутить винтик в висок. После этого толстый мальчик умер.

Утром Ваня побежал сначала к вожатому, а потом они вместе сходили к заведующему, и тот вызвал милицию.

Всех детей тогда увезли, а санаторий временно закрыли для расследования. Коля пропал. А Ваня вернулся домой и рассказал нам эту историю.

Детский оздоровительный лагерь «Хвойное», Новгородская область, Хвойнинский район, май 1987 года, суббота.

- Брехня! – категорично заявил Серега, хотя я видел, что страшилка ему понравилась. – Ты бы ещё про гробик на колесиках рассказал! Зачем им детей забирать и менять на куклы? Чтобы изучать? Так купили бы учебники или инциклопедию – в них всё написано.

- Кстати, - заканчивая рассказ и не обращая внимания на слова Сереги, Максим по очереди посмотрел нам в глаза, - именно в этой палате всё и происходило. Не верите? А как вам это?

Он поднялся с кровати и отодвинул тумбочку. За ней на стене показалась надпись, сделанная выцветшей бурой краской «Мы все умрем. Мама, если ты это прочтешь, то прости, что не слушался. Я люблю вас. Ваня. 14 июня 86 года».

Мы переглянулись с Серегой. Меня история проняла, но лучше бы Максим рассказывал поздно вечером, было бы страшнее. Серега засмеялся, такой уж у него характер – ничем не проймешь.

- Неплохо, конечно, - признал он, всё же. – Но если бы это было правдой, разве бы сюда пустили снова детей? Тут бы всё оцепили военные.

Максим возбужденно прошелся вдоль двух рядов кроватей. Он тряс пальцем и пока не находил слов, так его возмутил Сережин скепсис. Наконец он остановился возле своей тумбочки и достал картонную папку.

- Это газетные вырезки! Смотрите сами, если не верите! Выдвинули несколько теорий: вот заметка про утечку радона (3) – это газ такой из-под земли, может сводить с ума; а вот статья в газете Труд про сброс химикатов, которые просочились в здешнюю воду. Но куда интереснее другое: здесь, - он начал раскладывать на кровати вырезки из газет, - о пропавших детях (их так и не нашли), которые якобы пошли собирать землянику и пропали; а тут и вовсе о падении метеорита. Вот и про НЛО в небе. А? Как вам?

- И что это доказывает?

- А то! Офицаль… офици-альная версия такова, что дети стали напоминать кукол из-за химикатов и газа. Отравились, типа, - не сдавался Максим. – И глаза от этого почернели.

Серега, друг мой верный, просто так оставлять эту тему не хотел.

- Откуда ты всё это знаешь?

Максим показал рукой на газетные вырезки с таким видом, будто он сам был свидетелем и сам же и написал в газету.

- Как приехал сосед и рассказал, что тут случилось, так я и занялся расследованием, - пояснил он. – Многие не поверили, а я поверил. И убедился!

Серега многозначительно на меня посмотрел: вот так байки и расходятся по стране. Местные фантазеры не поленились даже надпись сделать.

- В общем, - продолжил юный искатель таинственного, - я серьезно взялся за расследование. И приехал сюда за этим. Переписывался с другими ребятами, чей адрес смог узнать через журналы и газеты, написав объявление.

Для придания веса своим словам Макс достал из тумбочки фотоаппарат «Смена».

- Ну, хорошо, - сказал я, - а где эти куклы сейчас?

- Как где, – удивился Максим и всплеснул руками, – увезли на опыты.

Серега засмеялся.

- Твоя фамилия, часом, не Кир Булычёв? Помогите, меня схватили космические пираты! Но я им не скажу, где миелофон! Насочинял! Напиши уж тогда в Пионерскую правду!

Но не так просто было пронять Максима. Он, видать, уже прошел суровую школу недоверия со стороны окружающих, и тем прилично закалился.

- А и напишу! Только достану доказательства.

Казах поднялся с кровати и потянулся руками к потолку, разминаясь.

- Я лично ни во что такое не верю, - сказал рукой Ренат. – Враки сплошные. Дедушка говорит, что сейчас чего только не пишут в газетах! Сплошное враньё. Тарелки летающие. Бред. Если бы они были, давно бы выступили по телевизору, наладили контакт и торговлю. Зачем им такой ерундой заниматься.

- Вот-вот! – согласился Серега. – Зачем им это всё? Куклы эти…

- А затем! – не согласился Эдик, решив вступить в спор. Голос у него оказался писклявым. – Детей забрали, чтобы вставить в голову приборы и управлять телами. Да и вообще, они же по-другому мыслят. Вон вчера один дебил лупой муравьев жёг, пока вожатые лупу не отобрали. Зачем он это делал? А развлекался так, будто в цирке.

Очкарик Гоша решительно махнул рукой, показывая наручные часы.

- На обед пора, мужики, - сказал он весомо. Солидно этак.

Все дружно засмеялись: «мужики». Ну, юморист! А он и рад:

- Как говорит наш учитель по военной подготовке, разберемся. Партия поможет! Чай, в Кремле не дураки сидят.

Мы с новой силой захохотали. Надо же, тихий такой мальчик, а явно с чувством юмора. Умеет вовремя выдать порцию.

Посмеиваясь, мы пошли на обед. Как-то очень быстро мы сдружились за тихий час. Разговор продолжили в столовой, куда мы дружно потопали мимо кирпичных двухэтажных корпусов. Всюду росли высоченные сосны, и на дорожках хватало сухой хвои и шишек.

В огромной просто столовой уже было полным-полно детей. Дежурные разносили тарелки, расставляя на столы. За каждым отрядом были закреплены свои места, на что указывали таблички. На обед сегодня давали: гороховый суп с гренками, пюре с гуляшом, морковный салат и компот. Каждому ребенку выдавали витамины.

- А с чего ты взял, - спросил я, жуя хлеб, - что эти ещё здесь? Ну, Коля, понятно, сбежал. А остальные?

Помимо воли история захватила воображение. Интересно было бы поучаствовать в расследовании. Понятно, что выдумки, но явно же не на пустом месте!

- А с того, - уверенно ответил Максим, - что их работа не завершена. В прошлый раз их прервали. На этот раз они будут умнее.

- И где тогда Коля твой этот? – спросил Серега.

- Ещё холодно. Вот как жарко станет, так всё и начнется.

Серега набил рот гуляшом. Прожевал и кивнул, соглашаясь с доводом.

- Славно. Вот и посмотрим, правда это или нет.

А Гоша подмигнул нам и обернулся к столу с девчонками.

- Барышни, - сказал он им с придыханием, - а когда вы в последний раз видели в своём супе глистов?

- Елисеев, ты опять в своём репертуаре? – фыркнула одна из девочек, красивая темноволосая ясноглазка с бантами. – Сколько можно?

А вот нам стало смешно. Я поперхнулся едой. Гоша невозмутимо прожевал тушеное мясо и снова обернулся:

- Ну, хорошо. А когда вы последний раз видели в своём супе свежую дрисню?

- Фу! Дурак! – теперь их проняло как следует. – Чтоб тебе такое дали на следующий обед!

Ренат заржал как лошадь, так что куски пищи полетели на стол. Мы смеялись и никак не могли остановиться. У меня возникло чувство, будто я в санатории уже очень давно, и всех тут хорошо знаю. Что все – свои, близкие и добрые люди. И даже замечания дежурных воспринялись должным образом.

Мы успокоились и доели. А после обеда мы отправились осматривать санаторий, новым друзьям не терпелось ввести нас в курс дела. Заодно мы узнали, что за жизнь нас ждет в санатории.

Понятное дело, что в понедельник будут уроки – учебный год нужно завершить. Но там оставалось совсем немного, пару недель. Зато потом отдых и всё лето впереди!

Мы гуляли по территории санатория, и ребята показывали, что где расположено. Увидели школу и медпункт, пересекли главную заасфальтированную площадку с флагами для торжественных линеек. Прошли мимо клуба, где в пятничные вечера устраивали дискотеки. Видели мы и заколоченный сожженный корпус, где якобы были заперты души сожженных детей. И дальше: прачечная, дровник с разбросанными огромными комлями, хозяйство сторожа и дворника, игровые площадки. Издалека посмотрели на петляющую среди сосен узкую речку. Отдельно нам показали проход в заборе к аэродрому.

А самой вкусной ягодой на торте оказался оставшийся с войны ДОТ в дальнем конце лагеря, где среди высоких кустов черники скрывалась песчаная поляна. Осталась, конечно, только бетонная коробка в земле, щедро присыпанной хвоёй. Двери и прочее оборудование давно сняли, но всё равно это выглядело солидно. По словам новых друзей здесь в Великую Отечественную располагался госпиталь для раненных бойцов Красной армии.

- А кино есть? – спросил я, когда мы, замыкая круг, возвращались к жилым корпусам.

- Водят иногда в поселок, в кинотеатр, - ответил Макс, - группами. Недавно индийское кино крутили.

Серега пнул сандалией шишку и поинтересовался с таким видом, будто это самое важное в жизни:

-  Как тут вообще развлекаются? Ну, кроме дискотеки.

- Есть библиотека, - стал рассказывать Гоша. – Дежурства по столовой и по территории. Игры всякие спортивные. Обещали Зарницу, конечно. Будем ягоды собирать, когда созреют. Купаться можно. На прозрачные лесные озера свозят. А ещё тут есть старшая воспитательница Римма Модестовна. Она на войне разведчицей была. Так вот она тут ещё учит детей разным премудростям.

- Например? – заинтересовались мы с Серегой.

- Ну, разное, - неуверенно протянул Гоша.

Вместо него ответил Ренат.

- Как палатку ставить, как костер разводить после дождя и зажигать с одной спички, как переправу через реку наводить. Как в лесу ориентироваться. Как первую помощь оказывать. Вот такое. Будут потом соревнования. Все разобьются на группы, и будем свои навыки показывать, кто быстрее.

- Ух, ты! – искренне восхитился я. – Здорово!

- Откуда знаешь? – спросил Серега. – Ты уже тут был?

- Нет, - покачал головой Ренат, - на уроках рассказали. Просто Гоша плохо слушал, так как не высыпается ночью. Что ему учеба, если в библиотеке книг полным-полно?

Мы посмеялись и продолжили осмотр санатория. Светило солнце. Воздух удивительно свежий, дышалось легко. Многие дети играли в разные игры на спортплощадках. Жизнь в лагере кипела. Слышался смех и разговоры. Девчонки прыгали со скакалками, а также играли в классики.

Так мы и гуляли, перекусив во время полдника (дали по стакану кефира и булочке с повидлом), всё здесь разведывая, пока не пришло время ужина. На ужин была творожная запеканка со сметаной и яблоко. Потом мы вернулись в корпус и занялись своими делами.

Кто-то читал, Эдик писал письмо домой, Серега точил ножик, а я смотрел в окно и думал про услышанную страшную историю. Хорошо бы её запомнить, а потом написать в Пионерскую правду. Я уже посылал одну историю в эту газету, но рассказ не приняли, так как он был не дописан и откровенно слаб. С этой же страшилкой должен быть успех. Конечно же, я не собирался врать, что автор. Напишу, что был в санатории и услышал эту историю, которой просто необходимо поделиться с читателями. Пусть Макс потом публикует своё расследование про кукол и НЛО, это совсем другое дело.

Кстати, подумал я, надо бы тоже рассказать страшную историю – есть у меня одна. Мне её родной дядя рассказал. Эта история, если её раньше не слышал, всех впечатляет. Вообще-то, это даже правда. Дядя сказал, что про это в газете писали. Уверен, ребята испугаются. Но меня опередил Максим.

- А рассказать про Варёного мальчика?

Санаторий "Хвойное" - 2\2