Предназначение.⁠⁠

Два больших горящих глаза уставились на него и моргнули. Радогор вздрогнул, но взгляд не отвел. Существо, сидящее на ветке древнего дуба, раскинувшегося прямо на подоконнике его кабинета, сидело неподвижно. Мужчина продолжал пристально, изучающе, как будто заворожено, смотреть на птицу.

– Расслабьтесь, советник, это обычная сова, – усмехнулась увиденной картине черноволосая девушка, появившись в дверном проеме.

– Милсдарыня чародейка, приветствую, – поклонился Первый Советник короля.

– Радогор, – наклонила голову девушка. – Давайте сразу к делу.

– Может настойки яблочной иль чего покрепче? Нет? – Радогор прочистил горло, сплюнул на солому. – Тут такое дело, наш король, он, как бы это помягше сказать…дурень, баран упертый, вот кто!

– Советник, – чародейка укоризненно улыбнулась. – Если судьба была благосклонна к Вам по сей день, то после таких слов о короле, с этим могут быть проблемы.

– Этот молокосос вбил себе в голову, что ему предначертано разбить реданское войско. И слушать никого не хочет. Говорит: «Я буду сидеть на своем троне, а за плечами будет развиваться красный трофейный реданский флаг». Собрался он идти войной на Новиград как раз опосля праздника Солнцестояния. Мало того, говорят, в Редании уже слух пошел, что де мы к ним с огнем и мечом идем, и Визимир собирает армию. За версту уже жареным пахнет. А сейчас хочет, чтобы вы ему, милсдарыня чародейка, будущее показали. Мол, куда лучше конницу поставить, куда лучников, ему надыть в авангард иль с остальным войском ехать.

– Видимо, самодурство у правителей впитывается с молоком матери, - хмыкнула черноволосая. – Во-первых, я не умею предсказывать будущее, а во-вторых, кто ему наплел все это про тронный зал?

– Ходила тут по улицам одна хромоножка, смирная вроде была, народ на нее внимания особо не обращал. А однажды как вцепилась королю в подол, да как заголосит, вижу, говорит, избавителя нашего, побьешь ты войско реданское… что-то про кровь и флаг... Тьфу! А у нас с соседями только торговля пошла, – вздохнул он.

– Ага, а хромоножку эту, значит, никто с тех пор более не видел?

– Нет, – Мужчина опустил глаза, помолчал минуту. – Предназначено ему свой тощий зад дома у камина греть, да максимум на кабана да по девкам ходить!

– Так что ты предлагаешь, Радогор?

– Раз уж он Вас сам вызвал, милсдарыня, так наплетите ему про судьбу, застращайте как-нибудь, чтоб он, сопля в сапогах, в военные дела, не посоветовавшись, не лез.

– Оплата соответствующая?

– Очень вас прошу, – Первый Советник подбросил в руке мешочек с золотыми монетами.

2.

Монарху было четырнадцать. Славомир сидел, развалившись на резном высоком кресле.

– Ваше величество, – поклонилась девушка.

– Наконец-то, – король кивнул, отвечая на приветствие, и махнул рукой, приказывая страже удалиться. – Радогор рассказал, зачем я Вас позвал? Можно начинать. Вам что-нибудь нужно для ритуала? Я слышал, лягушачьи ножки очень популярны в чародейском сообществе.

– Ваша Светлость, могу я узнать, почему Вы так уверены, что ваше предсказание верно?

– Я это чувствую, у меня на крови написано стать великим монархом, - он встал, подбоченившись, вздернув подбородок. – К тому же все знают, что предсказания Аглаи всегда сбывались.

– Интересно, – чародейка улыбнулась. – Вы боитесь. Даже сейчас Вы не уверены в своих словах, но жажда славы не дает Вам покоя, поэтому Вы меня и позвали – развеять сомнения.

– Я ни капли не сомневаюсь. Я просто хочу знать, какая тактика атаки будет наиболее успешной и кого лучше всего завоевать после Редании.

Волшебница вытащила из сумки две одинаковые тонкие склянки, наполненные прозрачной жидкостью.

– А не хотите проверить правдивость слов вашей ведуньи прямо сейчас? В одной колбе смертельный яд, а в другой просто вода. Вам ведь ничего не грозит, так?

Славомир заколебался на мгновение, потом быстро схватил левую склянку, сорвал пробку и выпил содержимое одним глотком. Наступила ошеломляющая тишина. Некоторое время они просто смотрели друг на друга, и вдруг король рассмеялся.

– Я так и знал!

Черноволосая удивилась, но не подала виду.

– Тогда смотрите, – она махнула рукой, шепча заклинание и создавая иллюзию, наполняя ее своими воспоминаниями.

Тронная зала исчезла, осталось только высокое кресло с сидящим в нем Славомиром и чародейка, стоявшая за ним. Воздух заполнили звон металла, крики сражающихся и раненых, резкий запах крови и гари. Вокруг них горел город. Ниже по улице бородатый краснолюд тащил женщину за волосы, она, по-видимому, была без сознания. Рыцарь в рогатом шлеме подскочил к нему и рубанул с полуоборота. Бородач успел поднять меч. Сталь зазвенела о сталь. От силы удара рогатого качнуло назад. Этой секунды хватило на то, чтобы краснолюд вонзил свой меч ему в предплечье между пластинами. Он прыгнул сверху, сбивая с ног, дернул мощным ударом руки в доспехе шлем за рог, воткнул меч в горло нападавшему. Кровь фонтаном брызнула на мостовую, перемешиваясь с пеплом. Победитель схватил женщину за длинные светлые волосы и продолжил свой путь. Король же, не обращая внимания ни на что вокруг, подобрал красный реданский флаг, заляпанный кровью, помахал им, как бы приветствуя всех сражающихся, и водрузил к себе на плечи.

Вдруг иллюзия исчезла. Волшебница смахнула несуществующую слезу и взглянула на Славомира, ожидая увидеть страх, сочувствие либо гнев, но его глаза горели огнем.

– Это то, что будет? Скорей бы разнести в прах этих варваров!

– Эта война – глупость. Даже если вам удастся подчинить Реданию, разве стоят этого тысячи людских жизней? А экономика? На войну уйдет все золото. Зачем рушить мир, когда вам ничего не угрожает?

– Не угрожает и не будет, потому как я всех соседей завоюю. Я буду Великим, Величайшим королем!

– Погибнут невинные люди, женщины и дети, счет пойдет на сотни, тысячи…

– Это случайные потери, их жизни ничего не стоят. Кто-то должен умереть, чтобы избранные могли править!

– Повторяю. Это – неразумно.

– Молчать! Я велел показать будущее, а не разглагольствовать, не то я прикажу страже насадить тебя на пики! – Славомир перешел на фальцет и топнул ногой.

– Прошу прощения, – чародейка поклонилась. – За Вас, ваше величество, – она поднесла ему кубок с вином.

– За Славомира Великого, – он отхлебнул из чаши, но тут же захлопал ресницами в изумлении и рухнул в кресло, глаза его стекленели. Девушка махнула рукой и иллюзия исчезла. Она забрала пустую склянку из руки монарха.

– Кто-то должен умереть…Визимир тоже не хочет этой войны.

Поток свежего воздуха из открытого окна закружил желтое с черным перо по комнате, опуская его на пол, к одинокой фигуре короля.