Повелитель тайн Том 1 Глава 9 - Дневник
Через полчаса отдыха Чжоу Минжуй, который теперь решил считать себя Клейном, окончательно пришёл в себя. И обнаружил, что на тыльной стороне руки появились четыре чёрные точки, которые образовали небольшой квадрат.
Эти точки быстро поблекли и исчезли, но Клейн знал, что они всё ещё скрываются в его теле, ожидая своего пробуждения.
— Четыре пятна, образующие квадрат, соответствуют четырем кускам основной пищи в четырёх углах комнаты? Значит ли это, что в будущем мне не нужно будет готовить еду и я смогу сразу же проводить ритуал? – предположил Клейн.
Казалось бы, всё хорошо, но вещи, в которых человек не разбирается, всегда пугают, поэтому появление пятен выглядело зловеще.
То, что необъяснимые китайские заклинания с Земли могли производить эффект здесь, странное переселение во сне, таинственное бормотание, которое чуть не свело его с ума во время ритуала, загадочный и странный серый мир, о значении которого он не имел ни малейшего представления, заставляли Клейна дрожать в жаркую июньскую погоду.
— Самая древняя и сильная эмоция человечества – страх, а самый древний и сильный страх – это страх перед неизвестным*.
Он вспомнил это высказывание, когда остро переживал страх перед неизвестностью.
В нём возникло беспрецедентное и непреодолимое желание вступить в контакт с таинственной областью, узнать больше и исследовать неизвестное. В то же время присутствовало противоречивое желание сбежать, заставляющее его делать вид, что ничего не произошло.
Сквозь окно на стол падал интенсивный солнечный свет. Казалось, что на стол посыпались золотые песчинки. Клейн смотрел на стол, чувствуя себя так, словно соприкоснулся с теплом и надеждой.
Он слегка расслабился, и на него нахлынуло сильное чувство усталости. Веки были тяжёлыми, как свинец, и то и дело закрывались. Видимо, сказывались бессонная ночь и утомительная встреча. Клейн тряхнул головой и поднялся, опираясь на стол. Спотыкаясь, он направился к двухъярусной кровати, совершенно не обращая внимания на ржаной хлеб, разложенный по четырём углам комнаты. И заснул сразу же, как только лег.
Кх!
Клейна разбудили муки голода. Когда он открыл глаза, почувствовал себя помолодевшим.
“Голова всё ещё немного болит,” - он потёр виски и сел. Клейн был так голоден, что мог бы съесть лошадь!
Моретти вернулся к столу, поправляя рубашку. Он поднял серебряные карманные часы с виноградными листьями.
Пам!
Крышка карманных часов открылась, и секундная стрелка начала тикать.
— Половина двенадцатого. Я проспал три часа… – сглотнув, Клейн положил часы обратно в карман своей льняной рубашки.
На Северном континенте в сутках было 24 часа, в часе - 60 минут, а в минуте - 60 секунд. Проходит ли здесь каждая секунда с той же скоростью, что и на Земле, Клейну было неизвестно.
В данный момент он даже не мог думать о таких понятиях, как мистика, ритуалы или серый мир. Его мысли были заняты только одним – едой!
Он оставит размышления на время после еды! Только тогда он сможет работать!
Клейн поднял с четырёх углов буханки ржаного хлеба и, не задумываясь, смахнул с них мельчайшие пылинки. Он планировал сделать одну из них своим обедом.
Клейн решил покопаться в подношениях, потому что у него с собой было всего пять пенсов, а в его родном городе существовала традиция есть подношения. В конце концов, в хлебе не было заметно никаких изменений. Лучше быть экономным.
Конечно, память и привычки, оставшиеся от прежнего Клейна, тоже сыграли свою роль.
Использовать дорогой газ только для того, чтобы осветить комнату, было большим расточительством. Поэтому Клейн достал печь и, добавив немного угля, начал кипятить воду. В ожидании он расхаживал по комнате.
Любой подавился бы, съев эти буханки ржаного хлеба без воды.
Ужас. Жизнь с мясом только на ужин будет ужасной... Нет, подождите, это уже исключение. Мелисса разрешила бы нам есть мясо только два раза в неделю, если бы не мое предстоящее собеседование, подумал Клейн, оглядываясь по сторонам и чувствуя голод. Ему нечем было заняться.
Его глаза, казалось, стали жадными, когда он бросил взгляд на фунт баранины в шкафу.
Нет, надо подождать Мелиссу, чтобы съесть её вместе, подумал Клейн, покачав головой и отказавшись от идеи приготовить половину баранины прямо сейчас.
Хотя он часто ел на улице, благодаря одинокой жизни в большом городе у него всё же сформировались некоторые базовые кулинарные навыки. Его блюда были не вкусными, но, по крайней мере, съедобными.
Клейн повернулся, чтобы баранина не «соблазнила» его. И тут он вдруг понял, что утром купил ещё и горох с картошкой.
Картофель! У Клейна тут же возникла идея. Он быстро вернулся к шкафу и достал из небольшой кучки две картофелины.
Сначала он почистил картошку в общественной ванной, а затем добавил ее в кастрюлю, чтобы она сварилась вместе с водой.
Через некоторое время он высыпал в воду немного жёлтой крупной соли из контейнера со специями, который нашел в шкафу.
Терпеливо подождав несколько минут, он поднял кастрюлю и разлил «суп» по нескольким чашкам и мискам. Картофель он размял вилкой и положил на стол в конце.
Фьююю!
Он дул на картофель, очищая его от кожуры кусочек за кусочком. В воздухе распространился аромат вареного картофеля. Пахло очень аппетитно.
У него началось бешеное слюноотделение; жара больше не могла его сдерживать. Клейн откусил кусочек, несмотря на то что картофель был очищен только наполовину.
Какой аромат! Картофель имел мучнистую консистенцию и был сладковатым на вкус, когда он жевал. Его мгновенно охватили эмоции, и он с удовольствием съел две картофелины. Клейн даже съел часть кожуры.
Затем он поднял миску и стал наслаждаться «супом». Щепотка соли в воде хорошо утоляла жажду.
“Мне очень нравилось есть так картошку, когда я был молодым…” – воскликнул в голове Клейн. Тем временем он отломил небольшой кусочек хлеба и обмакнул его в «суп», чтобы съесть размякшим.
Возможно, ритуал оказался слишком утомительным, и Клейн съел две буханки хлеба, что составило целый фунт.
Клейн наконец-то почувствовал себя живым. Выпив «суп» и приведя себя в порядок, он почувствовал радость существования и удовольствия от яркого солнечного света.
Он снова сел за стол и начал планировать.
— Я не могу сбежать. Я должен придумать, как вступить в контакт с мистицизмом и стать Потусторонним, о котором говорили Справедливость и Повешенный. Мне нужно преодолеть страх перед неизвестностью. Единственный выход сейчас – ждать следующего «собрания». Мне нужно попытаться услышать формулу зелья «Зритель» или другие вещи, связанные с мистицизмом. До понедельника ещё четыре дня. А до этого нужно разобраться с проблемой владельца тела. Почему он покончил с собой? Что с ним случилось?
Не имея возможности переселиться назад, Клейн хлопнул себя по бедрам и взял в руки блокнот, лежавший на столе. Он хотел найти подсказки, которые помогли бы ему восстановить утраченные фрагменты памяти.
У прежнего Клейна явно была привычка делать записи. Он также любил вести дневники.
Клейн прекрасно понимал, что в шкафу, служившем опорой стола справа, хранится целая стопка заполненных тетрадей.
Он начал свой дневник десятого мая. В начале были вопросы, касающиеся школы и наставника, а также содержание, относящееся к учёбе.
“12 мая. Господин Азик упоминал, что общий язык, используемый Империей Балама на Южном континенте, также произошёл от древнего Фейсака, ответвления Йотуна. Почему это так? Значит ли это, что все разумные живые существа когда-то говорили на одном языке? Нет, здесь должна быть ошибка. Согласно «Откровению Вечной Ночи» и «Книге бурь», великаны были не единственными гегемонами мира в первобытные времена. Существовали также эльфы, мутанты и драконы. В любом случае, это всего лишь мифы и фантазии.”
***
“16 мая. Старший доцент Коэн и мистер Азик обсуждали неизбежность эпохи пара. Мистер Азик утверждал, что это просто совпадение, потому что если бы не император Рассел, Северный континент всё ещё пользовался бы мечами, как и Южный. Наставник возразил, что господин Азик слишком много внимания уделяет вкладу отдельной личности. Он считает, что с развитием прогресса, даже если бы не было Императора Рассела, появился бы Император Роберт. Поэтому эпоха пара может наступить с опозданием, но в конце концов всё равно наступит. Я не нашёл особого смысла в их обсуждении. Мне больше нравится открывать новое и разгадывать скрытое прошлое. Возможно, мне больше подходит археология, чем история.”
***
“29 мая. Меня нашёл Уэлш и сообщил, что приобрёл дневник Четвёртой эпохи. О богиня! Дневник Четвёртой эпохи! Он не захотел просить помощи у студентов кафедры археологии, поэтому обратился к Нае и ко мне, чтобы мы помогли ему расшифровать содержание. Как я могу отказаться? Конечно, я смогу сделать это только после защиты диплома. На данном этапе нельзя позволить себе отвлечься".
Это привлекло внимание Клейна. По сравнению с записями об истории и разногласиях во взглядах, появление тетради из Четвёртой эпохи могло привести Клейна к самоубийству.
Четвёртая эпоха – это эпоха, предшествовавшая нынешней эпохе “Чёрного железа”. Её история была загадочной и неполной. Из-за того, что было найдено очень мало гробниц, древних городов и записей, археологи и историки могли ссылаться только на неоднозначные записи, предоставленные семью основными церквями, сосредоточенными вокруг своих религиозных учений, чтобы примерно составить "первоначальную" картину. Они знали о существовании империи Соломона, династии Тюдоров и империи Трунсуэста.
Задавшись целью разгадать тайну и восстановить историю, Клейн не проявлял особого интереса к первым трём эпохам, чьи корни были ближе к легендам. Его больше интересовала Четвёртая эпоха, также известная как “Эпоха Богов”.
— Хм, значит, Клейн беспокоился о своей будущей карьере и поэтому сосредоточился на интервью. Но всё было тщетно... – Клейн не смог удержаться от восклицания.
Университетов по-прежнему было мало, и большинство студентов были выходцами из знатных или богатых семей. Простолюдин, поступивший в университет, мог, несмотря на предрассудки и исключение из укоренившихся социальных кругов, завести ценные связи, участвуя в групповых дискуссиях и мероприятиях по налаживанию контактов.
В качестве примера можно привести очень щедрого Уэлша Макговерна. Он был сыном банкира из Констант-Сити, Мидшисир, Королевство Лоэн. Привык обращаться за помощью к Найе и Клейну, потому что они всегда ходили на работу в одной группе.
Не задумываясь, Клейн продолжил читать блокнот.
“18 июня. Я закончил университет. Прощай, Хойский** Университет!”
“19 июня. Я просмотрел тетрадь. Сравнив структуру предложений и корневые слова, я обнаружил, что это изменённая форма древнего Фейсака. Точнее, за тысячелетнюю историю Фейсак постоянно менялся, понемногу.”
“20 июня. Мы расшифровали содержание первой страницы. Автор был членом семьи Антигон.”
“21 июня. Он упомянул Тёмного Императора. Это анахронизм по отношению ко времени написания этой тетради. Профессор ошибается? Является ли «Тёмный император» общим титулом для всех императоров Соломоновой Империи?”
“22 июня. Род Антигон, очевидно, занимал очень высокое положение в Соломоновой империи. Автор упоминает, что заключал тайную сделку с человеком по имени Тюдор.”
Тюдор? Имеет ли он отношение к династии Тюдоров?
“23 июня. Я пытаюсь удержать себя от мыслей о блокноте и поездке к Уэлшу. Мне нужно подготовиться к собеседованию! Это очень важно!”
“24 июня. Ная говорит мне, что они нашли что-то новое. Думаю, мне нужно это проверить.”
“25 июня. Из нового расшифрованного содержания следует, что автор принял задание посетить «Нацию Вечной Ночи», расположенную на вершине самого высокого пика горной цепи Хорнакис. О богиня! Как может существовать народ на вершине этого пика, находящегося на высоте более 6000 метров над уровнем моря? Как они выживали?”
“26 июня. Неужели эти странные вещи реальны?”
На этом запись закончилась. Чжоу Минжуй переселился в ранние часы двадцать восьмого числа.
— Значит, запись действительно была за 27 июня, именно эта строчка... Все умрут, включая меня... – Клейн перелистнул страницу, которую впервые увидел, когда пришёл, и почувствовал, как по коже побежали мурашки, пока он делал выводы.
Чтобы разгадать тайну самоубийства Клейна, он решил, что ему следует навестить Уэлша и заглянуть в старинную тетрадь. Однако, имея богатый опыт романов, фильмов и телесериалов, он подозревал, что если они действительно связаны, то этот визит будет очень опасным – те, кто отправлялся исследовать замки, зная, что в них водятся привидения, служили ему предостережением!
Но он должен был идти, ведь побег не решит проблему. Это только усугубило бы ситуацию, пока она не захлестнула бы его с головой и полностью не утопила!
Может быть, позвонить в полицию? Но заявлять, что он покончил с собой, было бы глупо, верно...
Тук!
Тук, тук!
Раздалась серия быстрых и сильных стуков.
Клейн выпрямился и прислушался.
Тук!
Тук-тук!
Стук эхом разнёсся по пустому коридору.