Попрыгунья
Попрыгунья Порося
Жизнь беспечную вела
И за счёт чужой трубы
Жила сытно, без нужды.
Но покоя не искала,
То Медведя проклинала,
То кричала: «Не сосед!
Никакой уж дружбы нет!»
Мол, с Европой мы едины,
Нам Медведь теперь чужой,
Скачем под чужую дудку ныне —
Лишь бы не дружить с тобой!
А Медведь трудился в чаще,
Дом свой крепкий возводил,
Запасал дрова и пищу,
И с соседями дружил.
Порося ж скакала звонко,
Поднимала пыль и гам,
И кричала очень громко,
Что Медведь — злодей и хам.
Но промчались дни лихие,
Полыхнул пожар кругом,
И надежды золотые
Обернулись горьким сном.
Опустели закрома,
Ветер воет за сараем,
И пришла свинья сама,
Слезы горькие роняя:
«Мишка, миленький, прости!
Я была, конечно, дурой.
Ты меня теперь пусти,
Не гони в мороз угрюмый.
Мы соседями ведь были,
Столько лет в ладу прожили!
Может, зря мы враждовали?
Может, зря мосты сжигали?
Дай еды хотя бы малость,
Дай в берлоге уголок.
Я на Запад опиралась,
Да расчёт мой не помог.
Я, признаться, заскакалась..."
Мишка хмыкнул, усмехнулся,
Улыбнулся ей слегка:
«Что ж, кума, дела плохие?
Не до скачек нынче, а?
Ты ж скакала, не стеснялась,
Москалём меня звала,
От меня ты отвернулась,
К чужакам в друзья пошла.
Ты кричала: "Кто не скачет —
Тот москаль и тот не наш!"
Ну, так что ж теперь ты плачешь?
Где же праздничный кураж?
Ты всё прыгала? Прекрасно!
Веселилась от души.
Раз уж скачешь ты так страстно —
Так пойди же, поскачи!
