Первый контакт⁠⁠

Глава 30. Отражение в осколках

Дверь в подвал скрипнула. Сергей резко обернулся, но за спиной была лишь пустота. Голограмма Морозовой мерцала, повторяя фразу: «Прототип готов. Жду тебя». Слова звучали иначе — в них слышался металлический призвук, как в последнем крике Макарова.

Он шагнул к столу, и каблук провалился в пол. Асфальт под ногами дрогнул, превратившись в прозрачную плёнку. Внизу, сквозь трещины, виднелись спирали разлома — те самые, что поглотили бункер. Он всё ещё здесь. Нет, хуже — реальность наслаивалась, как гнилая луковица.

— Не спеши, Серёжа, — голос Морозовой раздался из каждого угла.

Сергей рванул наверх, в лабораторию. Помещение было нетронутым: провода вились по стенам, экраны показывали стабильные 12%. Но в воздухе пахло гарью, а на полу лежали осколки — не стекла, а глаз. Человеческих, с чёрными зрачками. Они таяли, оставляя маслянистые следы.

— Ты вернулся, чтобы всё сломать? — Морозова стояла у прототипа, её руки касались панели управления. Но вместо белого халата на ней был кожаный комбинезон, обвитый синими проводами. На груди — шрам в виде слова «Феникс».

Сергей застыл. Она помнит. Или это другая она?

— Ты видела разлом, — начал он, но Морозова перебила:

— Я его создала. Ты думал, «Феникс» — ключ? Нет. Ключ — это ты. — Она провела пальцем по экрану. Процент завершения пополз вверх: 50... 70... 90. — Ты принёс обратно вирус. Теперь он в каждом атоме этой реальности.

Стены задрожали. Из вентиляции хлынула чёрная жижа, формируя фигуры — дети с глазами-звёздами. Они шагали в унисон, напевая: «Мост рушится, мост горит...»

— Протокол «Урожай» — единственный выход, — Сергей выхватил из ящика термитную шашку. Но Морозова засмеялась:

— Ты уже сжёг нас однажды. Смотри.

Она щёлкнула пальцами. Лаборатория растворилась. Они стояли в шахте, где три года назад Макаров активировал термит. Но теперь пламя было синим, а в дыму метались две Лены: одна кричала, вторая улыбалась, её пальцы удлинялись в щупальца.

— Каждое решение рождает миры-паразиты, — прошептала Морозова. — Ты хотел спасти меня? Теперь спасай их всех.

Сергей нажал на детонатор. Взрыв разорвал шахту, но пламя обошло его стороной, сливаясь в огненного Феникса. Птица клюнула ему в грудь, вырвав сердце — но боли не было. Вместо сердца теперь пульсировал артефакт, которого не должно существовать.

— Ты стал мостом, — голос Макарова прозвучал из пламени. Его тень махнула рукой, и реальность сколлапсировала.

Сергей очнулся прикованным к капсуле в бункере. На руке — свежий шрам «Феникс». Напротив стояла Морозова, но её кожа отслаивалась, обнажая сияющую сеть жил.

— Добро пожаловать в петлю, — она наклонилась, и в зрачках Сергея отразились миллионы глаз. — Теперь ты наш якорь.

За её спиной возникла фигура с лицом Макарова и телом из щупалец. Он протянул Сергею нож:

— Выбор остаётся. Убей её. Убей себя. Или...

Пол прогнулся, поглощая слова. Сергей схватил лезвие.