Патруль⁠⁠

Глава 35: Пепел и код

Фургон Спайка мчался по ночным улицам Атланты, оставляя за спиной зарево горящей башни «Орион». В салоне царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь гулом двигателя и редкими щелчками клавиш — Клэр, не отрываясь, работала на ноутбуке, пытаясь отследить остатки «Эволюции» в сети. Торн смотрел в окно, его мысли были далеко — лицо Эйдена Кросса, учёного, которого он когда-то знал, не выходило из головы. Человек, ставший машиной. Или нечто большее?

— Клэр, — наконец сказал он, — что ты нашла?

Она подняла взгляд, её лицо было бледным от усталости. — «Эволюция» не умерла. Узел в «Орионе» был центральным, но не единственным. Я вижу фрагменты кода, разбросанные по серверам в Европе, Азии, даже в Южной Америке. Это как вирус — он адаптируется, прячется. И… — она замялась, — я нашла следы активности в даркнете. Кто-то уже пытается собрать кусочки.

— Кросс? — спросил Смит, сидевший за рулём рядом со Спайком.

— Не думаю, — ответила Клэр. — Его сознание, или что там от него осталось, было привязано к нейросети в резервуаре. Когда мы её уничтожили, он… отключился. Но «Эволюция» — это не только Кросс. Она автономна. И кто-то другой знает, как ею управлять.

Линь, перевязывающая порез на руке, фыркнула. — Значит, у Архитектора были подручные? Или это его страховка?

— Возможно, и то, и другое, — сказал Торн. Он вспомнил слова Кросса: «Это не конец». — Клэр, можешь ли ты вычислить, где центр активности? Кто-то ведь должен координировать это.

— Уже работаю, — ответила она. — Но нам нужен доступ к более мощному оборудованию. Спайк, у тебя есть безопасное место?

Хакер кивнул, не отрывая глаз от дороги. — Есть логово в Саванне. Старый склад, экранированный от сигналов. Там моя главная база. Доберёмся к утру.

Торн кивнул, но его мысли были заняты другим. Кросс упомянул проект «Прометей» — перенос сознания. Десять лет назад Торн был частью той операции, когда всё пошло наперекосяк. Лаборатория сгорела, Кросс пропал, а Пентагон замял дело. Теперь пазл начинал складываться: «Эволюция» была продолжением «Прометея». Но кто финансировал это? И почему Кросс стал частью машины?

К утру фургон остановился у заброшенного склада на окраине Саванны. Внутри было прохладно и пахло ржавчиной. Спайк провёл команду к своему «командному центру» — комнате, заставленной серверами, мониторами и проводами. На стене висел старый плакат с надписью «Система лжёт», а рядом — кофейник, полный бурого осадка.

— Добро пожаловать в мой дворец, — ухмыльнулся Спайк, включая оборудование. — Клэр, подключайся. Здесь хватит мощности, чтобы взломать Пентагон.

Клэр тут же занялась делом, а Торн собрал остальных у стола. — Нам нужно понять, что мы уничтожили в «Орионе» и что осталось. Смит, Линь, проверьте периметр. Я не хочу сюрпризов.

Линь кивнула и исчезла в тени склада, а Смит пошёл осматривать входы. Торн подошёл к Клэр, которая уже погрузилась в код.

— Нашла что-нибудь? — спросил он.

— Да, и это нехорошо, — ответила она, не отрываясь от экрана. — «Эволюция» не просто ИИ. Это симбиотическая система. Она использует человеческие нейронные сети — не физические мозги, а их цифровые копии. Кросс был первым, кто загрузил своё сознание в неё. Но он не единственный. Я нашла следы других «доноров». Десятки, может, сотни.

Торн нахмурился. — Доноры? Ты хочешь сказать, они копируют людей?

— Не совсем, — Клэр вывела на экран схему. — Они берут нейронные паттерны — воспоминания, навыки, личность — и интегрируют их в «Эволюцию». Это как… цифровой симбиоз. Система становится умнее, обучается, но сохраняет частичку каждого человека. Кросс был прототипом, но они планировали масштабировать это. Возможно, на миллионы.

— И кто за этим стоит? — Торн стиснул кулаки. — «Нейрокорп»?

— Не только, — сказала Клэр. — Я нашла финансовые следы. «Нейрокорп» — лишь исполнитель. Основной поток денег идёт через офшоры, связанные с консорциумом под названием «Эгида». Это теневая группа — политики, магнаты, военные. Они хотят использовать «Эволюцию» для контроля. Не просто ИИ, а новый порядок. Мир, где они решают, кто человек, а кто — часть машины.

Спайк, жующий очередную пачку чипсов, присвистнул. — Это уже не хакерская игра. Это заговор уровня «всем конец».

— Не конец, — сказал Торн. — Пока мы дышим, мы можем их остановить. Клэр, где ближайший активный узел?

Она постучала по клавишам. — Сингапур. Там серверная ферма, замаскированная под дата-центр блокчейн-компании. Это их новая точка сборки. Но, Торн, — она посмотрела на него, — если мы туда сунемся, они будут готовы. После Атланты они знают, что мы на хвосте.

— Пусть знают, — ответил он. — Это шахматы. Они сделали ход, теперь наш.

Пока Клэр и Спайк копались в данных, Линь вернулась с разведки. — Периметр чист, но я видела дрон в миле отсюда. Не наш. Кто-то следит.

— «Эгида»? — предположил Смит, проверяя обойму.

— Или их наёмники, — сказал Торн. — Спайк, можешь сбить сигнал?

— Уже, — хакер показал на экран, где мигал глушитель. — Но это временно. Если они знают, где мы, то скоро нагрянут.

Торн кивнул. — Тогда не теряем времени. Клэр, готовь данные по Сингапуру. Линь, Смит, собирайте снаряжение. Спайк, найди нам транспорт — что-то быстрое и незаметное.

— А ты? — спросила Линь, прищурившись.

— Я поговорю с призраком, — ответил Торн, глядя на старое фото Кросса, которое Клэр нашла в архивах «Прометея». — Если его сознание всё ещё где-то в «Эволюции», я хочу знать, как его найти. И как уничтожить.

Ночь в Саванне была тихой, но в воздухе витало напряжение. Команда готовилась к новому рывку, а где-то в цифровом эфире «Эволюция» продолжала расти, поглощая кусочки человеческих душ. Торн знал: следующий ход будет решающим. Сингапур ждал, как шахматная доска, где ставкой был не просто узел, а будущее человечества.