Ответ на пост «Гениальная идея»⁠⁠9

Я стою здесь уже триста лет.
Я видел войны, любовь, костры и похмелье.
Я хранил шепот влюблённых, запах шашлыков, забытые презервативы и кроссовки, застрявшие на ветках.
Я — местный лесопарк.

И однажды вы решили использовать меня. Как тайник.

Это началось незаметно.
По вечерам стали приходить подростки — в тихих кроссовках, с пластиковыми пакетами и нервной болтовнёй.
Я чувствовал: они несут что-то важное. Что-то жгучее. Что-то — со вкусом грубой юности.

Они прятали.
Под мох. Под пень. Под камень, который с виду просто камень, но внутри — гроза родительских надежд.

Один термос встал аккуратно у моих корней. Он дрожал.
Другой пакет спрятали между корнями старой липы. Она прошептала мне:
— Что это?
— Бухло, — ответил я.

Мы молчали. Мы ждали.

Но потом… они пришли.

Старые. Рваные. Молчащие.
Сначала просто сидели. Потом — нюхали. Потом — начали копать.

Они были древнее подростков. Древнее страха.
Один из них прошёлся мимо ели и сказал:

— Здесь. Здесь закладка, чувствую на печень.

И закопал руку в мою плоть.

Я вздрогнул.

Но не остановил.
Потому что они были честнее.
Не притворялись. Не маскировались под "мы просто празднуем".
Они пришли за тем, что им нужно.
И взяли это.

Потом снова пришли дети.
Нарядные. С глазами, полными надежды и сахара.
Они ходили по мне, искали.
Поднимали мох. Смотрели на дупла.
Нашли пустоту.

Я молчал.

Тыкают палкой в землю:
— Здесь была. Я же помню.
— Была, — шепчет земля. — Но ты опоздал.

В ту ночь я слышал, как пили.
Как пели. Как ругались. Как вспоминали «осень 99-го».
Это было грубо. Но честно.

Я люблю тех, кто приходит ко мне с тайной.
Но я уважаю тех, кто приходит — честно.

Я — лес. Я не за детей. Не за бомжей. Не за ментов.
Я — за историю.
А в этой истории вы все были красивы. И немного глупы.

Придёте в следующем году — я снова спрячу.
А может, снова выдам. Кому надо.