Опасно для вашего здоровья (часть вторая из трёх)⁠⁠

Начало: Опасно для вашего здоровья (часть первая из трёх)

К пруду Артём явился слегка загодя. Неторопливо прогуливаясь по заснеженным тропинкам заброшенного парка, окружавшего водоём, он погрузился в детские воспоминания. Тогда это место было развлекательным центром города, и в любое время года тут кипела жизнь. Ему нравилось гулять здесь с отцом. Теперь же в этом некогда красивом шумном месте царили тишина и запустение. Искорёженные останки аттракционов, прячущиеся за проржавевшей сеткой Рабица, и разломанные скамейки, уродливо бугрящиеся под снежным покрывалом, погружали в тоску и уныние. Раньше было лучше, раньше отец был жив… И без того паршивое настроение окончательно испортилось.

Наконец, Артём заметил двух человек, направляющихся к берегу застывшего пруда. Один из них катил другого на инвалидном кресле. Тимофеев поспешил в их сторону. Подойдя ближе, он тактично кашлянул. Сидящий в коляске обернулся и пристально посмотрел на него.

— Артём?

— Да. А к вам как?..

— Пётр Сергеевич, — перебил старик и обратился к сопровождавшей его молодой женщине. — Дашенька, погуляй немного, нам с юношей нужно кое-что обсудить.

Та молча отпустила ручки коляски и медленно побрела вдоль берега, уткнувшись в телефон.

— Дочка? — вежливо поинтересовался Артём.

Старик разразился каркающим смехом, который перешёл в надсадный кашель. Женщина встревоженно обернулась на звук, но старик успокаивающе поднял руку, давая понять, что всё нормально. Достав мятый платок, он вытер ладонь, которой прикрывал рот во время кашля. Прежде чем старик спрятал платок в карман, Тимофеев успел заметить на светлой ткани тёмные пятна.

Пётр Сергеевич поднял на него слезящиеся глаза.

— Не дочка. Жена. Совсем плохо выгляжу, да? А ведь едва пятый десяток разменял.

Артём удивлённо уставился на собеседника. Измождённый тяжёлой болезнью человек с пожелтевшей кожей и впалыми глазами горько усмехнулся.

— Куришь?

— Да.

— Зря. Надо бросать. О чём хотел поговорить?

Артём чувствовал, что скрывать от этого человека ему нечего, и вывалил всё, что было известно, включая вчерашний эпизод со внезапным нападением. Мужчина слушал очень внимательно, не перебивая, лишь изредка понимающе кивал. Закончив свой рассказ, Тимофеев выжидающе посмотрел на собеседника.

— Вы что-то об этом знаете?

— Что-то знаю, но это больше догадки и предположения.

Он приглашающе махнул головой и указал на что-то под колёсами своей коляски. Артём нагнулся. Сначала он даже не понял, на что именно хочет обратить внимание его собеседник. Однако внезапно взгляд сфокусировался на кучке крохотных тёмных точек, деловито снующих по утоптанному снегу.

— Ледничники, они же бореиды, — ответил собеседник на немой вопрос. — Весьма забавные существа. Одни из немногих насекомых, комфортно чувствующих себя зимой. Температура свыше десяти градусов по Цельсию для них губительна, однако и сильные морозы они тоже не переносят, поэтому холода пережидают под снегом. Активны с поздней осени до весны. Дальние родственники блох. Способны одним прыжком преодолевать гигантские для их размеров расстояния.

— А какое отношение?.. — Тимофеев осёкся. — Постойте. Хотите сказать, что убийца — огромное насекомое?

— И да, и нет. Для обычного насекомого у неё слишком хорошо развит интеллект.

— У неё? Это самка?

— Именно. Жало, которым она атакует, есть только у женских особей.

— Откуда вы всё это взяли?

— Во-первых, я энтомолог. Во-вторых, я сам чуть не стал её жертвой четыре года назад.

— Вы пережили встречу с этой тварью? — удивлённо уставился Артём на собеседника.

— Порой я об этом жалею, — мужчину снова сотряс приступ кашля.

— Как у вас получилось?

— Побрезговала, — с горькой иронией произнёс Пётр Сергеевич. — Видимо, она почувствовала пожирающий меня изнутри рак раньше, чем я сам об этом узнал. Дырку в животе врачи заштопали, тогда же и болезнь обнаружили.

— Всё равно не понимаю, — Тимофеев помотал головой. — Все очевидцы описывали человеческую фигуру. Я и сам видел своего отца. Это что, гипноз?

— Нет, всё намного проще. Бореиды по своей природе — падальщики. Проткнув добычу, она выделяет ядовитое вещество через жало, растворяя этим ферментом внутренности жертвы. Так питаются многие насекомые. Полученный бульон высасывается, а внешняя оболочка остаётся нетронутой. Её-то она и использует в дальнейшем как камуфляж, мимикрируя под человека.

— Жуть, — Тимофеева передёрнуло. — Теперь понятно, зачем тёмные очки. Прячет пустые глазницы.

— Именно.

— Почему мужчины? Я пытался найти какую-нибудь закономерность, но…

— Всех убитых объединяла общая слабость. Все они были заядлыми курильщиками. А кто у нас основные потребители табака? Правильно. Уверен, среди жертв встречались и женщины, но это скорее редкое исключение.

Собеседник прервался и зажал рот рукой, сдерживая рвущийся наружу кашель. Плечи его спастически затряслись, покрасневшие глаза подёрнулись влажной пеленой. Артём тактично отвёл взгляд, терпеливо дожидаясь, когда очередной приступ отпустит нового знакомого.

— Началось всё в середине девяностых, — утерев губы, хрипло продолжил тот. — Именно тогда в продажу поступили первые партии генетически модифицированного китайского табака. Вообще, табак был первым трансгенным растением, выведенным людьми. В него внедряли различные химерные элементы, призванные, в том числе, отпугивать вредителей, но на некоторые живые организмы эти изменения произвели обратный эффект. В нашем случае табак действует подобно приманке или феромону. Влечение оказалось настолько сильным, что насекомое кардинально поменяло кулинарные предпочтения.

Артём механически залез в карман и, достав начатую пачку сигарет, покрутил её в руках.

— Курение убивает, — задумчиво пробормотал он.

— Многие понимают это слишком поздно, — выдавил Пётр Сергеевич, борясь с подступающим кашлем.

— Откуда она вообще взялась? Какая-то мутация?

— Этого я сказать не могу. Однако полагаю, что развитие интеллекта — весьма длительный процесс. Возможно, это существо намного древнее, чем мы можем себе представить.

— И что теперь делать? Нам никто не поверит.

— Не поверят. Я пытался. Не раз. Заслужил репутацию сумасшедшего.

— Но какие-то идеи у вас есть? Найти логово, уничтожить? Я хотел вычислить…

— Ледничники — большие любители влажности и мха, — Пётр Сергеевич указал рукой на противоположный берег. — Видишь кучу хвойных веток, сваленную у воды? Думаю, под ними можно обнаружить кое-что интересное. Например, замаскированную нору. Я, знаешь ли, тоже всё это время без дела не сидел — искал, следил, вёл наблюдение.

Тимофеев с надеждой посмотрел на собеседника.

— Вы мне поможете?

— Чем смог, помог. В моём состоянии... Мне ведь совсем немного осталось… Хочется ещё пожить. Могу дать небольшой совет на прощание. Пережди зиму в другом городе. Судя по всему, ты её сильно разозлил. Теперь не остановится, пока не доберётся до тебя. Вернёшься, как потеплеет, тогда она не сможет выбраться на поверхность. Если мои догадки верны, то весной тварь погрузится в спячку и не сумеет оказать достойного сопротивления.

— Я так не могу, — тихо произнёс Артём, бросив взгляд в сторону припорошённой снегом хвойной кучи. — Сколько людей она ещё убьёт за это время?

— Это курильщики. Они осознанно подвергают здоровье опасности.

— Всё равно так неправильно. Каждый вправе сам распоряжаться своей жизнью.

— Тебе решать, в конце концов, — раздражённо буркнул Пётр Сергеевич и тут же неожиданно громко крикнул. — Даша, я устал! Поехали домой!

Тимофеев проводил взглядом супругов, медленно удалявшихся от него по берегу пруда, посмотрел на пачку сигарет в руке, со злостью смял её и швырнул в урну. Чуть поразмыслив, отправил следом и полупустую зажигалку.

— Значит, жару не любишь? — зловеще прошептал он, глядя в сторону противоположного берега. — Ну-ну.

Артём достал телефон и, выбрав из списка нужный номер, нажал вызов.

— Здоров, Тёма. Как сам? — раздался из динамика жизнерадостный голос старого приятеля.

— Привет, Русик. Пойдёт. Слушай, помнишь, ты как-то говорил, что можешь из монтажного пистолета огнемёт смастерить?

— Могу, а тебе зачем?

— Ну-у-у… Надо, короче. Только это прям срочно. Сможешь?

— Не вопрос. Надо так надо. С тебя пол-литра и материалы. Список сообщением вышлю.

— Договорились, — подытожил Артём и убрал телефон в карман.

Хмурое небо над заброшенным парком, предвестник приближающейся бури, казалось воплощением его душевного состояния. Стремительно нарастающая тревога достигла пика и готовилась утащить Тимофеева за собой в бездонную пропасть ужаса. Сердце замирало в предвкушении развязки и предательски сжималось тугими кольцами подступающей паники. А ведь ещё не поздно скрыться и переждать опасность по совету Петра Сергеевича. Сейчас, когда Артём, наконец, осознал, с чем ему предстоит столкнуться, это решение выглядело вполне разумным, однако… Нет! Ну, не мог он просто сбежать, даже не попытавшись предотвратить очередное убийство. Отец бы такое не одобрил.

— До скорой встречи, мразь, — пробормотал он, и, бросив полный ненависти взгляд на противоположный берег, поспешил к воротам.

Руслан ждал его в своём просторном гараже.

— Неси в дальний угол, — он кивнул в сторону закутка, оборудованного под мастерскую. — Всё купил?

— Повышающий модуль не нашёл, — виновато пожал плечами Тимофеев. — Без него никак?

— Блин! — приятель расстроенно вздохнул. — Это ж, считай, главный элемент. Ладно, у меня тут где-то шокер поломанный валялся. Ща поищу. А ты не тормози. Иди пока поляну накрывай.

Выложив на верстак закуску и спиртное, Артём по привычке сунулся за сигаретами, но тут же отдёрнул руку. Встреча с Петром Сергеевичем оказалась куда результативнее предупреждающих надписей на пачках. Перспектива закончить жизнь медленно угасающей беспомощной развалиной совсем не входила в его планы. Хотя в сложившихся обстоятельствах дело могло обернуться куда более плачевным результатом, но думать об этом совершенно не хотелось.

— Во! — Руслан торжествующе взметнул над головой кулак с зажатым в нём шокером. — Как знал, что пригодится. Хорошо, не выкинул. Не хочешь рассказать, зачем тебе огнемёт вдруг понадобился?

— Нет, — мотнул головой Тимофеев. — Потом как-нибудь.

— Ну, нет так нет, — слегка обиженно буркнул приятель. — Главное, чтоб ничего такого, а то, знаешь ли, очень бы не хотелось в криминальные новости попасть.

— Русик, мы сколько лет знакомы? Где я и где криминал? Просто небольшую шалость придумал. Если всё получится, то обязательно тебе расскажу.

— Ладно, наливай. Завтра выходной. Тут дел на пару часов, в принципе. После обеда заберёшь.

Когда, слегка пошатываясь, Артём вышел с территории гаражного кооператива, город уже окутали вечерние сумерки. Под воздействием спиртного настроение, вопреки ожиданиям, не только не улучшилось, а даже будто бы стало ещё хуже. Хотелось задушевной беседы. Русик — технарь со всеми вытекающими, с ним на отвлечённые темы особо не поговоришь. Только и может, что про железяки свои… Эх!.. Вот Маринка — другое дело! С ней о чём угодно… Кстати…

Тимофеев достал смартфон и, прищурившись в расплывающийся перед глазами дисплей, прокрутил список контактов. «Опять будет ругаться, что пьяный звоню, — вздохнул он, но всё же нажал кнопку вызова. — Ну и пусть ворчит, потерплю». Марина не отвечала. «По-любому с этим Козловым сейчас, — раздражённо мелькнуло в голове. — Откуда он только вылез?» Густо смазанная алкоголем игла необоснованной ревности исподтишка кольнула в сердце. Остатками затуманенного разума Артём понимал, что ведёт себя как собака на сене, но поделать с этим ничего не мог.

Позади внезапно раздался ритмичный хруст снега. Тимофеев резко развернулся, схватившись за карман с газовым баллончиком. Плотный мужичок в спортивном костюме, пыхтя и отдуваясь, пробежал мимо, чуть не столкнув Артёма с протоптанной дорожки. «Вот разберусь со всем и тоже спортом займусь», — с лёгкой завистью провожая взглядом подпрыгивающий на шапке помпон, пообещал он себе.

Мужик исчез за поворотом, но ощущение опасности так и не прошло. Тимофеев огляделся по сторонам. Вроде пусто. Нестройная звонкая многоголосица взвилась в тёмное небо. Галдящая стайка подростков вынырнула из-за окружающей гаражи ограды, обдав Артёма влажными вейповыми парами. Тот посторонился, пропуская их вперёд, и поспешил следом. Оставаться одному в безлюдном месте, учитывая обстоятельства, — не самая лучшая идея. На верхушке дерева, издав разочарованный стрёкот, шевельнулась сгорбленная фигура. Лунный свет отразился на стёклах больших солнцезащитных очков.

***

Ночь прошла беспокойно. Старый кошмар о бегстве через ледяную пустыню оброс новыми подробностями. Теперь Артём смог разглядеть своего преследователя. Сквозь мельтешащее перед глазами снежное крошево на него неотвратимо надвигалась огромная женская фигура. Лицо… Оно было таким знакомым и родным, но в то же время холодным и безжизненным. За мгновение до того, как проснуться, Тимофеев понял, кто перед ним…

— Маринка! — хриплый крик отголоском сна заметался по пустой квартире.

Артём сел на кровати, с трудом сглотнул вязкую слюну и поморщился. Пересохшее после вечерних возлияний горло отозвалось болезненной сухостью. Маринка… Кажется, вчера он звонил ей несколько раз. Тимофеев проверил телефон. Так и есть, восемь вызовов. Последний — в начале второго часа ночи. Ой, балбес! Хорошо, хоть трубку не взяла. Он бы ей такого мог наговорить...

Кое-как приведя себя в порядок, Артём набрал Руслана. Приятель не отвечал. Меж тем перевалило за полдень. Решив, что, скорее всего, его заказ уже готов, Тимофеев залпом опрокинул в рот остывший кофе и выскочил за дверь. Спустя полчаса неспешной ходьбы, позвякивая пакетом с пивными бутылками, он добрался до ворот территории ГСК.

— Вы к кому? — высунулся в окошко дед-охранник.

— К Руслану… Кузьмину.

— Это который?

— Honda Accord семнадцатого года… синяя.

— А-а-а, этот?.. Так не было его сегодня.

— Может, в гараже заночевал? Мы вчера немного отдохнули, если вы понимаете…

Тимофеев щёлкнул себя по горлу и заговорщицки подмигнул.

— Чего ж тут не понять? — ухмыльнулся дед. — Пятница же. Ладно, проходи. Только не безобразничайте там.

Он подозрительно покосился на пакет.

— Не-не, — заверил его Артём. — Мы тихонько.

Дверь гаража Руслана была слегка приоткрыта, однако изнутри не доносилось ни звука. Нехорошее предчувствие скользнуло в животе холодной змейкой. Что-то не так. Тимофеев ощущал это интуитивно, на уровне инстинкта. Потянув на себя тяжёлую створку, он осторожно заглянул внутрь. Никого.

— Русик, ты тут? — вглядываясь в полумрак помещения, позвал Артём.

Тишина.

Тимофеев задумчиво посмотрел по сторонам. Из гаража, в паре десятков метров справа, сквозь неплотно прикрытую дверь слышались приглушённые мужские голоса. Стало немного спокойнее — в случае чего можно позвать на помощь. Он глубоко вдохнул и шагнул за порог.

— Руслан!

Тусклая лампочка над верстаком мигнула и погасла. Чёрт! Света, проникающего с улицы, вполне хватало для того, чтобы не споткнуться о разбросанный на полу мусор, но Тимофеев всё же решил дождаться, пока глаза привыкнут к пыльному сумраку. Если лампа не выключена и дверь не закрыта, то Руслан должен быть где-то здесь. С точки зрения логики такой вывод выглядел вполне убедительно, однако нарастающее с каждой секундой чувство тревоги отметало все разумные доводы. Артём знал — с Кузьминым что-то случилось.

Он медленно приблизился к захламлённому верстаку. Носок ботинка задел продолговатый предмет, валяющийся на полу. Огнемёт! Тимофеев нагнулся и, подняв оружие, покрутил в руках. С виду вроде готов. Мастерить его Руслан начал ещё вчера, попутно объясняя нюансы сборки и принцип действия. Артём отсоединил зарядное устройство. Не сказать, что безупречная конструкция, конечно. Кривенько, да и в руке не очень удобно сидит. Ладно, главное, чтобы работал. Он немного сомневался в целесообразности использования очистителя для промывки монтажной пены в качестве топлива, однако, в конце концов, всё же решил довериться конструктору. В этих вопросах Руслан явно разбирался лучше него.

Снег у порога хрустнул. Тимофеев вздрогнул и резко обернулся. Тёмный силуэт, заслоняя солнечный свет, застыл в дверном проёме.

— Фух… — облегчённо выдохнул Артём, разглядев знакомые очертания. — Напугал, зараза. Ты где ходишь?

Кузьмин молчал.

— Ты в порядке? — Тимофеев шагнул навстречу и замер.

В полумраке блеснули очки, скрывающие глаза Руслана. Пакет с пивом выскользнул из ослабевших пальцев, глухо лопнуло бьющееся стекло, тёмная фигура с места взмыла вверх молниеносным прыжком и исчезла за притолокой. Крыша гаража содрогнулась, с потолка посыпались пыль и труха.

— Стой, мразь! — рванулся было Артём наружу, перехватив огнемёт двумя руками, но у порога замешкался.

Взгляд его зацепился за валяющуюся на снегу яркую тряпицу. Сердце пропустило удар, дыхание перехватило от жуткой догадки.

— Нет, нет, нет, нет, нет… — забормотал он, уставившись на красный вязаный берет.

Бросив быстрый взгляд наверх и убедившись, что существо, притворяющееся Русланом, пропало, Тимофеев выдернул из кармана мобильник и застучал по дисплею онемевшим пальцем.

— Давай, давай… — как заклинание повторял он, прижимая к уху холодный экран.

— Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети, — отозвался наконец из динамика равнодушный голос.

— Сука! — в бессильной злобе Артём швырнул телефон под ноги. Разлетевшийся вдребезги гаджет осыпал осколками пластика и электронными внутренностями утоптанный снег. Тимофеев подобрал перепачканный землёй головной убор, прижал к лицу и шумно втянул носом воздух. Кашемир всё ещё хранил запах хозяйки. Такой родной и знакомый. Запах Маринки.

— Не дай Бог, слышишь!.. — заорал Артём в морозное небо. — Не дай Бог, ты с ней что-то сделала! Я тебя на куски…

Он закашлялся, зло сплюнул и решительно шагнул в полумрак гаража. Если есть хоть малейший шанс, что Марина ещё жива, нельзя терять ни минуты! Закинув запасные баллоны для промывки и сам огнемёт в найденную под верстаком грязную спортивную сумку, Артём поспешил к выходу с территории гаражного кооператива, прихватив по пути висящий на ржавом гвозде у входа налобный фонарик. Он был уверен — тварь знает, что ему известно местонахождение логова. Берет — это приглашение. Марина — приманка. Возможно, существо намного умнее, чем предполагал Пётр Сергеевич. Оно будет ждать, но это уже не так сильно пугало Артёма. Поднимающаяся изнутри ярость выжигала страх клокочущим инферно.

Парк встретил его безлюдными заснеженными аллеями. Голые деревья едва слышно скрипели и позвякивали обледеневшими корявыми ветками. Тимофеев приблизился к обветшалому мостику и замер. Человекоподобная фигура в одежде Руслана на другом берегу горбилась под небольшим отвесным склоном у кучи лапника. Тварь хотела убедиться, что Артём клюнет на приманку. Рука скользнула в висящую на плече сумку, ладонь сжала рукоять монтажного пистолета. Существо, словно почувствовав угрозу, шустро юркнуло под кучу еловых веток, скрывающих проход в нору.

Раскидав смёрзшийся лапник, Тимофеев заглянул в тёмный провал. Из дыры доносился едва уловимый неприятный запах, так часто пахнет на чердаках и в подвалах старых домов: тошнотворный сероводородный привкус, образующийся при гниении останков животных. Артём обмотал нижнюю половину лица шарфом — вероятно, по мере продвижения вглубь вонь только усилится. Резинка налобного фонарика плотно прижала ткань шапки к голове. Голубоватое пятно светодиодной лампы скользнуло по бугристым, увитым узловатыми древесными корнями стенам прохода. «Эх, сейчас бы сигаретку», — предательски мелькнуло в голове. Перехватив огнемёт поудобнее, Тимофеев скользнул вниз.

Через десяток метров пологий спуск расширился, это позволило ему выпрямиться в полный рост. Убежище выглядело довольно старым. Удивительно, что его до сих пор никто не обнаружил. Хотя, может, слишком любопытные просто не возвращались обратно? Слоистая порода блестела подмёрзшей влагой. Артём коснулся пальцами инея на гладкой поверхности стены, понюхал и тут же брезгливо вытер руку о штаны. Склизкая субстанция явно животного происхождения застыла на ткани слюдяной соплёй.

Тоннель под небольшим уклоном вёл вниз, в мёрзлую зловонную тьму. Тимофеев неумело перекрестился и медленно двинулся вперёд, выставив перед собой сопло самодельного оружия. В темноте время течёт иначе. Артём не знал, сколько уже продолжается спуск. Он непрестанно корил себя за импульсивность, благодаря которой остался без телефона. Сейчас бы тот пришёлся очень кстати. Порой казалось, позади раздаются подозрительные шуршание и шарканье — словно кто-то ползёт по его следам. Тимофеев прекрасно понимал, что это всего лишь игра разыгравшегося от нервного напряжения воображения, но легче почему-то не становилось.

Вскоре проход расширился ещё больше, а на пути стало попадаться сваленное неаккуратными кучками тряпьё. Пуховики, пальто, куртки, шапки, штаны, различная обувь — всё это было на первый взгляд бессистемно разбросано прямо на земле. Однако при ближайшем рассмотрении каждая отдельная кучка являла собой полный комплект зимней верхней одежды. По одному набору на пропавшего. Жутковатый гардероб для маскировки. Видимо, до логова оставалось совсем немного. Артём замедлил шаг. Свет фонарика беспокойно заметался по нависшим над головой сводам пещеры.

Подошва ступила на что-то упругое, и нога немного проехалась вперёд. Едва сохранив равновесие, Тимофеев опустил взгляд. Ему пришлось тут же зажать рот рукой, чтобы удержать рвущийся наружу крик. Из-под ботинка на него пустыми глазницами пялилось бледное человеческое лицо.

Резко отдёрнув ногу, он подался было назад, но тут же взял себя в руки. Подцепив пустую оболочку кончиком ствола огнемёта, Артём поднял её на уровень глаз и, брезгливо скривившись, коснулся пальцем. На ощупь останки напоминали латекс. Вдоль спины тянулся длинный разрез, а в центре живота зияло круглое отверстие, видимо, оставленное жалом насекомого.

— Думаешь примерить? — скрипуче прохрипело за спиной.

Артём крутнулся на сто восемьдесят градусов. Пальцы сжали курок монтажного пистолета. Очиститель с шипящим свистом брызнул из сопла. Голубоватая искра блеснула меж изогнутых контактов. Темноту багровым всполохом озарила огненная вспышка.

— Эй-эй, аккуратнее! — Пётр Сергеевич заслонился рукой, болезненно морщась. — Свои.

— Твою ж!.. Вы-то тут какого хрена забыли?

Тимофеев изумлённо вытаращился на скорчившегося у входа в пещеру энтомолога.

— Мимо проходил, — буркнул тот. — Нашёл что-нибудь?

— Только вот… — Артём двумя пальцами приподнял дымящуюся у ног кожаную оболочку.

— Дай-ка.

Пётр Сергеевич протянул дрожащую ладонь. Было заметно, что каждое движение даётся ему с большим трудом. Удивительно, как он вообще смог самостоятельно сюда добраться.

— Значит, это вы там шуршали? — Тимофеев приблизился и бросил к ногам учёного оплавленные останки. — Думал, показалось.

— Старался не шуметь. Я тебя со вчерашнего вечера караулил. Предполагал, что рано или поздно появишься. Замёрз как собака, б-р-р-р…

Он повертел в руках почерневшую кожу, поскрёб ногтями копоть и скривился.

— Ну и вонь… Интересно… Заметил, как изменилась структура эпидермиса? Определённо, из-за воздействия ферментов. Так, а это у нас что?.. Ага! Через разрез на спине она, вероятно, удаляет непереваренную костную ткань…

— Это всё безумно интересно, — прервал его Артём, — но, кажется, время для исследований сейчас не совсем подходящее.

— Конечно-конечно, просто хотелось, так сказать, поближе изучить… Одному спускаться боязно, а так… Раз уж случай подвернулся, грех не воспользоваться.

Пётр Сергеевич зажал рот рукой, пытаясь заглушить рвущийся наружу кашель.

— Итак, ты всё-таки решился, — отдышавшись, констатировал он.

— Я думаю, она схватила мою… близкого мне человека, короче. На сто процентов я не уверен, но…

— Боюсь, ты прав.

— Вы что-то видели, да? — вскинулся Артём.

— Говорю же, с вечера тебя поджидаю.

— Она… была жива?

— Трудно сказать. Издалека не разглядел, да и темно уже было. Возможно, без сознания.

— Твою мать! — громкий возглас заметался под сводами пещеры гулким эхом.

Тимофеев досадливо поморщился. Уж теперь-то застать тварь врасплох точно не выйдет.

— Что думаешь делать? — осведомился Пётр Сергеевич. — Есть какой-то план?

— Есть, — угрюмо процедил Артём. — Найду суку и поджарю как следует.

— Так я и думал. Глупость и отвага всегда идут вместе. На-ка вот…

Он что-то достал из рюкзачка и протянул Тимофееву.

Тот с интересом уставился на резиновую полумаску с двумя противогазными фильтрами по бокам.

— Это ещё зачем?

— Пригодится, — загадочно ухмыльнулся собеседник. — Оголовье отрегулируй, чтоб плотно прилегала.

Артём послушно нацепил респиратор, затянул ремешок, немного повозившись с пластиковой пряжкой, и глубоко вдохнул. Сероводородный смрад, к которому он почти привык, не ощущался совершенно. Куда как эффективнее натянутого на нос шарфа.

— Спасибо.

Тимофеев благодарно кивнул. Голос, искажённый разговорной мембраной, звучал слегка приглушённо, но вполне разборчиво.

— А можно спросить, почему вы передумали? Ну, то есть, как-то не ожидал, что вы всё-таки решите помочь.

— Я тоже не ожидал, если честно, — энтомолог привалился спиной к стене. — Может, захотелось сделать что-нибудь хорошее перед смертью? Не знаю. Фух… Устал. Тут подожду. Сам понимаешь, помощник из меня так себе, только задерживать буду. Ты это… аккуратней там, шибко не геройствуй.

— Постараюсь.

Артём поправил на плече сумку и двинулся вглубь пещеры. Осознание того, что он не один, придало сил и уверенности. Вместе всегда проще. Даже если в напарниках всего лишь полуживой калека, шансы на успех теоретически увеличивались.

— С Богом, — пробормотал Пётр Сергеевич, украдкой перекрестив удаляющуюся спину, и принялся сосредоточенно копаться в плотно набитом рюкзачке.

Окончание: Опасно для вашего здоровья (часть последняя)