Океан вечный 3⁠⁠

Кошмар курьера (прод)
1971 слово (10-15 мин)


Рычаг, сорвавшись, громко щелкнул и Эдену обожгло ладонь. Он вздрогнул и сразу понял, что арбалетная тетива сорвалась. Защищаться теперь было нечем. И все же он попал, он подстрелил кого-то из них.

- Уходи! – вжимаясь в угол, крикнул он, боясь даже пошевелиться. – Я буду еще стрелять!

В ушах гулко бухало, и все вокруг казалось каким-то смазанным, нереальным. Но руки крепко держали цевье. Он почти не сомневался в том, что теперь они и носа сунуть в дом не посмеют, попросту не захотят рисковать. Если, конечно, они не хотели, чтобы подстрелили еще кого-то. Эден сам себя убедил что, если сунется еще кто-то, он и его подстрелит, даже не пытаясь подумать о том, из чего, он, собственно, собирается в кого-то стрелять.

- Парень, не дури. – услышал он за дверью хриплый голос. – Выходи давай, никто тебя…

Последние слова утонули в нечеловеческом вопле и Эден, содрогнувшись, вдруг почувствовал, что внутри него все разом оборвалось. Волосы болезненно поднялись на затылке и в глазах заплясали бледные мушки. Он не хотел, но ногам побежала теплая струйка.

Человек не мог так кричать, это не мог быть хриплый голос майора и, вообще, никого из этих пришлых. Протяжный и низкий, он резонировал так, словно бы двое кричали одновременно, только у кого-то из дуэта все время немного проседал голос. Дребезжавшее стекло в окне вдруг треснуло и покосилось. Это могло быть только какое-то звуковое оружие.

Зажимая ладонями уши, Костя сжался в комок. Мысли в голове путались, он все пытался представить оружие, способное извлечь такой звук. Отец рассказывал ему о чем-то похожем, только там человек сразу терял слух и из ушей струйками бежала кровь. Звуковой импакт - как-то так это называлось.

По щекам Эдена побежали глупые и совершенно пустые слезы. Если бы он был не один, может быть, было бы не так страшно умереть.

Только когда в разбитом окне мелькнул свет, Костя понял, что источник звука не был снаружи. Он был в самом доме. Выгнувшись невероятным образом, этот источник, запустив, черные как уголь, пальцы-плети себе в пасть, мелко дрожал, издавая низкий вибрирующий звук. Плоский оранжевый глаз на морде, которая не могла иметь ничего общего с лицом Дарены Лемех, моргнул и уставился в окно, где мельтешил факел. Что-то было не так с этим рыбьим глазом, с его, словно бы размазанным по оранжевому белку, бледновато-красным зрачком. В своем раздраженном сознании Костя никак не мог уловить в чем же заключается странность, до тех пор, пока свет факела не сместился выше, на потолочные балки. Глаз, визжащего двумя голосами, чудовища, не был влажным и ни блеска, ни отражения на нем не угадывалось. Совершенно сухой, мертвый, он бессмысленно пялился в пустоту. Костя видел, как по чернеющей прямо на глазах, натянутой до предела, коже, на простыню стекала смола. Под мертвым рыбьим глазом черная гангрена поедала растянутый коричневый кружок. С нарастающим ужасом Костя понял, что это была родинка, совсем такая же, как и у него на левой ключице.

И вдруг, с непрекращающимся воплем, существо бросилось на стены.

***

- Что это? – спросил Илья и едва не выронил факел. Остекленевшими глазами глядя по сторонам, он вдруг заскулил и руки сами поянулись вверх, чтобы закрыть уши.

- Дверь! – оттолкнувшись от стены, выкрикнул дядя Сережа. Илья не слышал его голоса, но прочитал по губам и, схватившись за ручку, хотел было потянуть дверь на себя, но майор опередил лейтенанта, прижав ее плечом. Илья тут же оказался рядом, подпирая ручку и совершенно не понимая, что происходит. Санитар и стрелок, испуганные и растерянные, подбежали савтоматами на изготовку. По бледному, заострившемуся лицу Гори и по его обреченному взгляду, дядя Сережа понял, что только санитар знает с чем они столкнулись. Только он один не побежит в лес махая над головой руками от ужаса.

- МАЛИК! – проорал дядя Сережа с надрывом и на этот раз Илья услышал его хорошо. – СЕНО!

Стены дома содрогнулись и майора с лейтенантом припорошило сверху опилками и пылью. На стену один за одним, посыпались короткие удары, каждый из которых, едва не выбивал бревно из стены. От дальнего угла, удары неумолимо приближались к двери. Что-то там внутри отыскивало в темноте выход. Оно было уже совсем рядом, когда Илья вдруг резко дернулся.

— Это же сомнамбула, - вскрикнул он и отпрянул от двери. — Это же она, да?

Только сейчас он увидел торчавший из живота дяди Сережи оперенный конец болта, с которого непрестанно капало. Под ногами у майора была небольшая черная лужица. Грохнула о стену дверь амбара и Гори с Маликом, схватив по пуку соломы, запинаясь и матерясь, бросились к дому.

- Держи дверь, сукин ты сын. – выдавил из себя дядя Сережа, умоляюще глядя Илье прямо в глаза и сержант понял, что старик до сих пор считает, что у него все под контролем. Он даже сейчас хотел вернуться домой непобежденным, этот полулегендарный дорожный волк. Но Илья слишком хорошо понимал, что на этот раз старику уже не выкрутиться, удача отвернулась от него, а значит отвернулась и от них всех.

Обреченно глядя на дверь, лейтенант скинул винтовку с плеча и бросил факел дяде Сереже. Майор охнул от боли, но факел все же поймал и уже в следующий миг он кубарем катился вниз по тропинке мимо лейтенанта. Дверь разлетелась в щепки, исполосовав лицо Ильи, целившегося в дверной проем. Там извивалась тьма.

Завороженные, Гори с Маликом остановились возле дяди Сережи, который с трудом поднимался с земли. Древко болта больше не торчало у него из живота, оно обломалось и оставшийся кусок ушел под кожу. Дэс не поднимал затуманенный взгляд, не смотрел в дверной проем, потому что знал, что там увидит. Остальные с удивлением и покорностью во взгляде, смотрели как, цепляясь руками-плетями, наружу выползала сомнамбула, в пасти которой, словно кукольное, болталось женское лицо с распахнутыми глазами и ртом.

- Сержант! – взревел дядя Сережа и, стиснув зубы, едва не потерял сознание. – Открыть огонь!

- Есть открыть огонь! – не своим голосом проблеял Илья и, казавшийся чужим и далеким, указательный палец, медленно потянул спусковой крючок. Автомат, выплевывая пули в цель, весело заскакал в дрожащих руках.

Грохот стрельбы подействовал на застывших Гори и Малика как рубильник, подающий питание. Выхватив у дяди Сережи факел, Гори подпалил пук соломы и, удерживая его перед собой, бросился к дверному проему, из которого, защищая руками-плетьми, рыбью морду с безвольной головой в пасти, выплывала на свет сомнамбула. Со смешанным чувством омерзения и жалости, Гори увидел в свете огня, что под черной смоляной юбкой существа, просвечивают бледные женские ноги. Прежде чем он успел подумать, каким образом части двух совершенно разных существ могут функционировать вместе, несколько пуль просвистели прямо у него над головой и автомат позади утих. Времени на мысли не осталось. Врезавшись на всей скорости с пуком соломы в сомнамбулу, Гори сам едва не влетел в дом, но успел ухватиться за края дверного проема. Ласково, почти нежно, руки плети скользнули по его лицу и чудовище, объятое огнем и искрами, влетело внутрь, нелепо распластавшись на полу.

- Посторонись! – выкрикнул за спиной Малик и Гори едва успел отскочить. Еще один горящий пук соломы накрыл извивающееся тело сомнамбулы и в короткой вспышке огня Гори увидел вжавшегося в угол, мальчишку. Тот, казалось, не замечал происходящего. С какой-то маниакальной целеустремленностью он пялился на треснувшее окно, пока рядом во все стороны от существа, которое еще час назад пыталось быть его матерью, летели искры. Спасти его было уже невозможно. Единственное, что мог сделать для него Гори сейчас, так это переключить внимание. Мальчишка мог спасти себя сам.

Выдернув из висевшей на поясе, коробки, пистолет, Гори шумно выдохнул и почти не целясь, пальнул мальчишке в руку, которой тот вцепился в выпирающее из стены, бревно. Пуля прошила ладонь насквозь почти по центру. Мальчишка дернулся и завопил вместе с сомнамбулой в унисон, освобождая рвущийся наружу, немой ужас. И, прежде чем Гори успел сделать хоть что-нибудь еще, он почувствовал, как что-то туго стянуло ему шею. Пистолет, словно сам по себе выскочил из его руки, сломав попутно указательный палец. Мальчишка, глядя на происходящее вокруг немигающим взглядом, с диким воплем вскочил на ноги и слепо бросился к окну.

Звон разбитых стекол донесся до Гори, словно бы откуда-то издалека. Ему казалось, что его голова вот-вот взорвется. Он чувствовал, как глаза медленно выползают из орбит и их иссушает горячий воздух. Руки безвольно повисли вдоль тела и, пытаясь сдавленным горлом протолкнуть в лёгкие хоть глоток воздуха, Гори вдруг посетила мысль о том, что он вот-вот обделается в свои любимые походные штаны. Он бы засмеялся если бы мог, но на душе отчего-то стало грустно. С тупым равнодушием он отметил, как прямо перед его лицом что-то сверкнуло и хватка руки-плети тут же ослабла.

Не чувствуя под собой ног, санитар рухнул назад, на притоптанную тропинку, как подкошенный. Поднимая за собой пыль, мимо пронесся Малик еще с одним пуком соломы. Его борода тлела, испуская тонкие струйки дыма, но стрелок этого, кажется, не замечал. Горло горело огнем и никак не могло втянуть достаточно воздуха, сломанный указательный палец пульсировал болью.

Усилием воли удерживая себя в сознании, словно бы балансируя на одной ноге, Гори увидел прислонившегося к стене дома бледного дядю Сережу. Опираясь о стену, майор держался за черенок косы чтобы не упасть. Бледный и с косой в руке, он осматривался вокруг, как будто бы пытаясь понять, что здесь происходит. «Похоже на смерть» – было последней мыслью санитара, после чего все вокруг накрыл мрак.


**


Обложенный со всех сторон сухой соломой, старый деревянный дом горел ярко. Огонь быстро захватил стены и крышу и подобно дикому животному, метался из стороны в сторону, стараясь успеть везде. Сомнамбула, исчезнувшая в пламени, не подавала хоть каких-нибудь признаков жизни и для Малика это было не сказать, чтобы плохо. У него и без того хватало чем заниматься.

- Вояки, размать вашу, – ругался он, выплескивая на обожжённое лицо Гори воду из своей фляги. – Отцы-командиры хреновы.

Тяжело закашлявшись от воды, попавшей в нос, Гори с трудом разлепил глаза и застонал. Малик спешно закрутил фляжку и кинул ее мальчишке, который буквально пожирал его взглядом. Поймав фляжку изрезанными руками, мальчишка поморщился от боли, но тут же скрутил колпачок и плотно приложил холодное горлышко к губам.

- Малик, неси обезбол. – слабым голосом проговорил Гори и стрелок, поджав губы, поспешил к костру, где санитар оставил весь инвентарь. Вернулся он почти сразу, с небольшим красным пеналом в руке.

- Где-то здесь? – открывая пенал и опуская перед Гори, спросил Малик.

- Да, здесь. – кивнул Гори и, подхватив пенал, вынул самоукалывающий пластиковый шприц.

- Гори, может Дэсу тоже вколоть? – спросил стрелок, глянув в сторону амбара, где в свете огня Гори сумел различить серое пятно, которое могло быть только лицо майора.

- Не очень хорошая идея, Малик. – прокряхтел санитар, снимая со шприца колпачок-ограничитель и прикладывая шприц к плечу. Иголка безболезненно вошла под кожу. Эффекта пришлось ждать недолго и, почувствовав, что тошнота и головокружение отступают за ширму наркотического дурмана, Гори приподнялся и огляделся по сторонам. Нужно было делать свою работу.

- Где там Илья? – поинтересовался Гори, с Маликовой помощью поднимаясь на ноги. Перед глазами у него заплясали маленькие черные мушки, но он тряхнул головой и они начали пропадать.

- Крыша уехала. – пожал плечами Малик и брови санитара поползли вверх.

- Как это? – спросил Гори, оглядываясь по сторонам в поисках лейтенанта. Взгляд его зацепился за носки сапог, торчавшие из сарая. Малик, должно быть перенес Илью подальше от огня.

- Не знаю, – снова пожал плечами стрелок. – Лежит бормочет про дверь, вроде как удержать ее надо. Надолго у него это теперь, как думаешь?

Гори оставил вопрос без ответа. Приблизившись к майору, он опустился перед ни на корточки. Дядя Сережа открыл глаза и уставился сквозь стрелка и санитара.

- Завтра умру. – прошелестел он и, задрожав как осиновый лист на ветру, закрыл глаза и откинул назад голову.

- Ну, это уже мне решать. – печально хохотнул Гори и взглянул на возвышающегося рядом, стрелка. – Малик, принеси мое барахло. Сыграем с дядей Сережей в его любимую игру. Да, Дэс?

- Похоже, что я вытянул короткую. – слабо улыбнулся моргающим в небе звездам, Дядя Сережа

Когда стрелок ушел к костру за медикаментами , Гори поглядел на мальчишку, державшего пустую флягу в руке и невесело ему улыбнулся.

- Ну что, мальчик по имени Эден. Будем вытаскивать из Дэса твою долбанную деревяшку?