Очерки из теории кино #1⁠⁠

В современном обществе мы учимся кинематографическому языку с детства. Но так было не всегда.

Известный теоретик кино Бела Балаш вспоминал:
«Этот случай произошел в начале 20 века. Один из моих старых московских друзей рассказывал мне однажды о своей домработнице, которая недавно приехала в город из какого-то сибирского колхоза. Это была умная молодая девушка,окончившая школу, но по разным причинам она еще никогда не видела одного кинофильма.Хозяева отправили ее в кинотеатр,где показывали какую-то комедию. Вернулась она бледная, с мрачным лицом.

-Ну,как тебе понравилось?-спросили ее?

Она все еще находилась под впечатлением увиденного и некоторое время молчала.

-Ужасно,-сказала она наконец возмущенно.-Не могу понять,как это здесь,в Москве,разрешают показывать такие гадости.

-А что ты видела?

-Я видела людей,разорванных на куски. Где голова,где ноги,где руки.»
Девушка,о которой пишет Бела Балаш, действительно видела отрезанные головы, руки и ноги,потому что воспринимала пространство кино более прямолинейно,грубо говоря, как последовательность фотографий реальной жизни. Но кинематограф не может быть представлять собой просто "отпечаток реального мира", потому что кадр трижды ограничен (по периметру-краями экрана, по объему-его плоскостью и по последовательности-предшествующими и последующими кадрами). Из этой ограниченности и возникает такая особенность кинематографа как условность- т.е  способность кадра превращаться в знак и придавать отснятым изображениям новые значения, необходимые для повествования.