Назад в СССР. Попаданец. Рассказ
Рассказ не мой, давно уже наткнулся где-то в инете.
Женя проснулся от бодрых утренних звуков - горны и барабаны!
Глаза сфокусировались. На стене чеканка - Есенин курит трубку. И обои с тусклыми пышными розами.
Задорный голос отрапортовал:
- Здравствуйте ребята! Вы слушаете "Пионерскую зорьку"!
Руки рванули под одеяло! А оно - верблюжье, зелененькое такое! Трусы черные, сатиновые. И синяя майка похожая на солдатскую. А главное - на ногах волос нет! Вернее чуть –чуть! Он лихорадочно ощупал себя. И лицо гладкое! Только над губой пушок!
- Жен-я-я-я-я! Умываться и завтракать!
Е-мае! Это же мамин голос! В глазах защипало, и он больно укусил себя за руку, чтобы не заплакать от счастья, и бешено повел глазами. Вокруг было тусклое утро. Бормотал что-то бравое радиоприемник и пахло из кухни чем-то пригорелым. На письменном столе учебники. И тетрадка лежит открытая, а в ней - ПРОМОКАШКА! Их же сейчас нет! Он и забыл, что она существует! ПРОМОКАШКА! Женя вскочил, жалобно скрипнул "вертолет"! Диван-раскладушка! Он вспомнит, как его собрать! Обязательно!
Слова предательски застряли в горле, но он откашлялся, и крикнул:
- Я встаю мам!
И голос такой ломающийся, мальчишеский! Сомнений нет - он в СССР! ОН ДОМА!
Как это случилось? Он заснул вчера в 2018 году. Они с соседом пили за СССР, ругали гребанную власть и пели, приобняв друг друга за плечи, понизив для сокровенности голоса :
"Ты только не помри на полдороге,
Товарищ Сердце, товарищ Сердце!"
А потом заболело в груди - как насквозь прострелило! И кружащееся, удаляющееся лицо соседа. Обеспокоенное: "Ты чо, Жека?" И темнота!
- Я умер? Инфаркт? Если так, то это рай!?
Жека тряхнул головой и вдруг ощутил, что нет боли в пояснице и живот не свешивается тяжкой ношей!
В комнату заглянул …отец?! Какой он молодой! Еще только начинающий лысеть. Через плечо полотенце.
- Встал? Ванная свободна. Ты чего такой взъерошенный? - Взглянул поверх черных роговых очков и потрепал по макушке. И тут же отвернулся, крикнул на кухню: - Мать, я молоко буду!
Женька, сдерживаясь, проскочил в ванную. И тут увидев себя в зеркале, не выдержал и закрывая трясущимися руками дверь, расплакался от счастья. Хотел было включить кран, что бы шумом воды заглушить всхлипывания, но кран издал сухой свист. Он постоял несколько секунд, судорожно втягивая воздух, переводя дух и привыкая к своему отражению в зеркале. Воды не было. Но ванна была почти полной. Отец видно искупался. Вода была с мыльной пеной. Мутная. У Женьки что-то в голове переключилось и он вспомнил, что воды часто не было. Потому-то и ванную держали набранной. Но мыться в этой воде после отца? Или так и делали? Он посмотрел на висящие на трубе влажные трусы. Он их тут стирал?
Еще влажное мыло лежало на умывальнике. Серо-коричневого цвета. Брусочек. Он посмотрел в шкафчике - еще два брусочка "про запас" в обложках. Туалетное мыло "Теремок". Он понюхал. Оно никак не пахло.
Тюбик зубной пасты лежал весь перекрученный Он впомнил, как в детском саду съел чуть ли не весь тюбик! Оно было пахучим и вкусным!
Но этот "Эффект" больше походила на тюбик с какой то мазью. И зубная щетка была не такая. Она торчала из специальной подставки в виде мухомора, вместо пятнышек у которого на шляпке были отверстия для зубных щеток. Но что-то было не так.
Женька несколько раз мигнул и протер глаза. Как будто цвета чуть приглушили. В новом мире не хватало красок. "Эффект" был мутно-зеленым. Щетка была грязно фиолетовой. Мухомор-подставка - бурой. Мыло - серым.
Он тряхнул головой и, смело взяв "Теремок" в руки, долго плескался в ванной, зачерпывая воду пригоршнями.
"Сколько мне лет? 13?"
Женька во все глаза глядел, как мать суетится на кухне. Кетчупов и соусов 20 видов-то нет. Нет супермаркетов! Но зато есть яйцо всмятку и жареная колбаса! Мать ставит на стол масло в блюдце. И нарезанный белый хлеб. Снова предательски защипало в носу.
"Смотрите все злопыхатели! Я, Советский Человек, ем белый хлеб с маслом!"
Вспомнились омерзительные нападки в фейсбуке на СССР.
"Голод? Смотрите!"
Женька запихал в рот колбасу, откусил хлеба, и тут же укусил яйцо, которое потекло желтком.
- Как с голодного края!
Мать осуждающе покачала головой.
- Ну, что ты мать, - сказал отец , отколупывая крышечку из фольги на бутылке молока. - Жалко что ли?
- Ладно, - мать вздохнула, - ешь. Только на колбасу не налегай. Она немного липкая и скользкая. Где они ее держат? Почему не выбросить в продажу пока свежая? Люди заберут же тут же. Я ее зажарила. Не выкидывать же.
У Женьки желудок озабоченно пробурчал и затих.
Отец покрутил головой и сказал:
- Сегодня на работе пельмени будут давать, с китовым мясом. Брать, что ли?
- Он их не ест, - мать мотнула головой на Женьку. - Но бери на всякий случай...
- Говно! - заорал вдруг отец. Молоко, которое он только что отпил из стакана, брызнуло у него из носа. Он отпрянул от стола, заскрежетал табурет. - Говно, блин!
- Да, что случилось? - всполошилась мать.
- Ты смотри, что в бутылке!
По кухне разлился смрад. В бутылке, в молочно-желтой мути, плавали какие-то темные кусочки.
- Можайское, - бушевал отец, - я им на завод напишу! Что это такое - дерьмом поить трудящихся!
- Значит настоящее, молоко-то! Коровка над бидоном где-то хвостом махнула, - успокаивала мать
- Да откуда тут настоящему взяться! - раздраженно крикнул отец.
- Раз киснет за день - то натуральное, - робко сказала мать.
- Молоко киснет не от натуральности, а от наличия в нём грязи и бактерий! Моя бабка знаешь, как сдает молоко государству? Оставила баллоны на скамейке возле дороги - раз в день проезжает молоковоз, собирает их, и прямо в цистерну выливает. Если думаешь, что "бочковое" молоко проходит кучу ГОСТов - то сильно заблуждаешься! Штампик поставил - и всего делов. Сукин сын какой-то насрал туда! Заверни бутылку, я это так не оставлю!
Отец внезапно замер, стараясь подавить позывы к рвоте:
- Ты бы видела на "консервном" что они вытворяют! Где помидоры солят... Там такая вонь, что... И плюют, и ссут в консервы!
Мать замахала на отца руками:
- Жень, давай я тебе чай сделаю. И быстрее собирайся, опоздаешь!
Чай грузинский. Пачка, на ней мужик в тюрбане на слоне. Вкус... эээээ... половой тряпки.
И запах Можайского молока еще не выветрился!
Он вышел из парадного - в одной руке портфель в другой "сменка" - и вдохнул глубоко воздух. Он был другим! Может бензина меньше? Женя крутил головой направо и налево. Дома помолодели. Как будто свежее стали! Не осыпается штукатурка, не выбиты стекла в окнах! Наоборот, они кажутся умытые! Нет этого гадского граффити. Нет валяющихся шприцев в парадном. Правда, нет и двора с деревьями. Кругом рыжие кучи глины. Все перепахано гусеницами бульдозеров. И набросана из кирпичей и фанеры тропка среди строительного месива. Но будет субботник! Люди выйдут с саженцами! Веселые, дружные! Сколотят стол для домино. Высадят деревья. Все будет!
Он осторожно двинулся по картонной тропке. На лице его блуждала улыбка, голова разбухла от мыслей, стучало в висках, лихорадочно вспыхивали и тут же гасли безумные и счастливые идеи.
Какую роль он должен сыграть? Что ему уготовило Провидение? Может ли он остановить надвигающийся хаос Перестройки? Может заявить, что ты видишь будущее? И сразу заинтересуется КГБ?
Женька представил, как его сразу заберут в секретный отдел, и он, обмотанный датчиками, будет сидеть в кресле и пророчествовать, а седой майор носить ему чай в подстаканнике. И родители будут бледные и счастливые. Им скажут: "Теперь ваш сын будет жить в Кремле!"
Главное о себе заявить! А как, предсказать что-либо? Смерть Брежнева? Когда она случится? Осенью 82-го? Или не осенью? Если начать сейчас мрачно вещать, что Брежнев умрет, то ему раздраженно скажут: "Ясен красен, помрет! Его уже под руки держат, когда на людях показывают!" Так и дядя Витя, старый моряк на пенсии, может сказать. Он же живой еще в этом времени! Сидит в окошке на первом этаже и матерится на весь свет! Женька хохотнул. Они часто бегали послушать дядю Витю.
"Лучше вашего Интернета был дядя Витя!" - любил говорить Женька, в 2018.
Пацаны тусовались рядом с его окошком и слушали, развесив уши. Безногий моряк (по пьяни попал под трамвай) беспрестанно смолил "Приму" и запихивал окурки в литровую банку, харкал под окно и учил их премудростям взрослой жизни. От него Женька впервые услышал о сексе, вернее "о е@ле":
- По первой на руку себе плюнь и ей пи@ду смочи , что бы не на сухую "качан парить"! И наяривай!
Он мотнул головой, отгоняя неуместные воспоминания
- Так, ладно, а другие, что скажут, если он начнет рассказывать про то, что Брежнев умрет? Еще родителей в школу вызовут. Или…
У Женьки всплыло нехорошее словосочетание "карательная психиатрия". Выдумка либерастов конечно, но ведь могут отправить в дурдом? Или нет? Лучше не рисковать.
Хорошо. Прочь политику. Если не Брежнев, то кто? Высоцкий? А когда он умер? Тоже в 80-м? Или нет? Женька напрягся. Вспомнил фотографии с Интернета - заваленный цветами зал. Огромные очереди по-летнему одетых людей. Белые рубашечки с короткими рукавами. Сидели тогда чуть ли не на деревьях. У соседки тети Любы, ярой поклонницы этого хрипуна, была самиздатовская книга стихотворений, посвященных Высоцкому. Его когда-то разозлили такие строчки из этой книги:
"И пусть по радио твердят, что умер Джо Дассен,
И пусть молчат, что умер наш Высоцкий —
Что нам Дассен! О чем он пел - не знаем мы совсем,
Высоцкий пел о жизни нашей скотской."
У кого скотская жизнь?
Тьфу! Не помню когда умер Высоцкий! Вот черт!
Катастрофа Челленджера? Когда у пиндосов взорвался шатл? Это, кажется, много позже, со Штатами тогда уже отношения вроде как хорошие становились. Вот черт, не помню! Чернобыль и "Адмирал Нахимов" в 1986, еще 7 лет ждать!
Что же в этом Союзе было? Ничего не помню! Все хорошо было! Битвы за урожай, отел, надои - больше-то по телевизору ничего и не показывали! А разоблачения эти новомодные я предпочитал не читать! Фув! Но можно же еще другое предсказывать! Ээээ... Например что скоро выйдет комедия "Три мушкетера"! Или уже вышла? Или у Пугачевой новая песня! Я все слова ее знаю!
Женька чуть не поскользнулся на грязных досках:
- Ого, я же знаю все модные песни! Которые еще не написаны! Можно стать знаменитым композитором! Возьму и напишу "Земля у дома"! Правда, слуха у меня нет! А к кому пойти с этими песнями? И нот я не знаю… Вот черт.
А если предсказывать по событиям, которые произойдут со знакомыми? Вот соседская девчонка должна попасть под машину. Это было в аккурат когда похороны Брежнева были…
Или вот еще - у нас во дворах школьник погиб! Свалился в котлован с водой и потонул!
Или свадьбу сестры? Она выйдет за видного человека, Зав.базой...
Вдали виднелась школа. Прямо перед ней расположился котлован. Тут была стройка. Рабочих не было. Котлован раскис и размяк за зиму. А сейчас что-то прорвало в трубах - из ямы слышалось шипенье и стояло облако пара.
"Вот почему воды в кранах нет…" - решил Женя.
- Че ты шнифты щуришь, козел? - сипло произнесла фигура из тумана, и появился Сява.
- Ооооо! - благоговейно произнес Женька.
Сознание Женьки разделилось: в одной жизни он Сяву боялся и ненавидел, в другой - боготворил.
Сява был из многодетной семьи. Безотцовщина. Мать - некрасивая, большеротая, с колючими глазами - работала в гастрономе продавщицей. И дети у нее были как на подбор - некрасивые и злые. Сява был самым младшим из них. Его четверо братьев "из тюрем не вылазили". Сам он выглядел как и мать - большое плоское лицо, маленькие глазки и большой рот. Сява был на год младше Жени, но в школу не ходил, околачивался возле нее и "трусил" старшеклассников. Никто не осмелился "рыпнуться" - ведь за Сяву могли вступиться его сидевшие братаны. Все покорно выворачивали карманы и, заискивающе улыбаясь, отдавали ему мелочь: "Все, что есть Сява! Чес пионерское!"
Сява был еще печально знаменит тем, что убивал кошек. Дворовую Мурку повесил на дереве, а на ее котят помочился и сказал: "Кто их теперь тронет - тот опущенный!"
Этого Сяву Женя отчаянно боялся.
А в 2018 году Сява уже умер. Он погиб на Донбассе, был ополченцем 7-й Славянской бригады с позывным "Отморозок". Четыре года воевал. Был знаком с "Моторолой" и ВСУшники знали, что "Отморозок" пленных не брал.
В тот вечер, когда все и произошло, они с соседом как раз пили за упокой души Сявы, которого взорвали в машине. И вот он тут! Живой!
- А вот и чухан, на суп пойдет! - каркнул Сява непонятно.
Жека криво усмехнулся. Во первых - он Сяву теперь уже считал героем, а во вторых - он сам был уже не только мальчиком в школьной форме, но и пузатым пятидесятилетним мужиком. И ему как-то несподручно было перед этим малолеткой прогибаться.
- Слушай Сява, - он постарался говорить доверительно-покровительственным тоном. – Ты еще сам не знаешь какой замечательный человек из тебя выйдет.
Сява уставился ему в глаза, молча взял его за ворот рубашки - он был на голову ниже Жеки - и дернул, приказывая сойти с картонной тропинки.
- Он меня и не слушает даже… - подумал Женька.
У Сявы был фингал под глазом, видно кто-то из братьев вернулся из тюряги и спьяну "отоварил" - никто из школьников Сяву побить бы не осмелился.
- Все будут гордится тобой!
Женька сошел с тропинки в топкую грязь. Видно Сява решил даже деньги с него не "трусить", просто пройдет сейчас мимо. И все.
Сява молча слушал его, стоя на дорожке из кирпичей и картона.
- Я знаю, что с тобой случится! Я все знаю! - забормотал Женька заглядывая в пустые глазки Сявы. У того был приоткрыт большой слюнявый рот.
Вдруг он хмыкнул:
- Я тоже знаю!
- ???!!
- Щас будет суп из петуха!
Сява оглянулся по сторонам - никто ли не идет - и изо всех сил лягнул Женю ногой в грудь. Тот шарахнулся назад, заскользил в грязи, и вдруг начал падать в котлован. Он отчаянно взвыл, попытался уцепиться за мокрую глину, и рухнул в воду, окутанную паром. Там не было дна! Он его не почувствовал! Яма была заполненна кипятком и - боль, невероятная!
- И-и-и-и! - из него вырвался какой-то визг и он бешено забил в кипятке руками... Последнее, что он видел - это лицо Сявы, торочащее над обрывом, на котором наконец-то появилось какая-то эмоция - любопытство.
В газетах о смерти школьника ничего не написали. Появилась только немедленно статья «СТОЙКУ ЗАКОНЧАТ В СРОК!» с размытой фотографией котлована.
