16

Наследник колдуна

Наследник колдуна Колдунья, Колдун, Деревня, Крипота, Авторские истории, Кошмар, Вселение, Длиннопост

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
- Ну как там, в городе - то? - начала расспрашивать Елизавета Сергеевна, не успела дочь войти в дом. - А Егорка куда девался? Чего не зашел? У меня тут чайник горячий, солянка свежая.
- Мам, он домой уехал. Сказал, какая - то бабка из соседней деревни прихворала, помочь надо.
- Ааа... - протянула женщина и гордо кивнула головой. - Тогда ясно. Эх... и до чего хороший парень!
Нина улыбнулась, увидев мамино мечтательное лицо и шагнув в дом поставила рюкзак на табурет возле кухонного стола, и начала доставать покупки.
- Вот мам, как и просила. Когтеточка для нашего кабаняки.
- Ой, как хорошо! - всплеснула руками Елизавета Сергеевна, разглядывая полметровую, обмотанную льняной веревочкой трубу на подставке.
- А это тебе. Думаю, твоя уже поизносилась вся, вот и взяла новую. - Нина достала из пакета шаль и раскрыв ее, показала матери.
- Ой... да зачем? Мне и в старой - то неплохо было.
Нина вскинула бровь и подметила.
- К хорошим переменам нужно готовиться в хороших вещах. Надеюсь понравилась?
- Да не то слово! - Елизавета Сергеевна незаметно смахнула слезу и приняла подарок, тут - же прижимая к щеке и проверяя на мягкость.
- А где Алинка? - Нина посмотрела в сторону комнаты.
- В огороде она. Помогает мне рассаду высаживать.
- Ну ничего себе. - приятно удивилась Нина. - Пойду, позову ее. Наливай чай, мам. Я вкусняшек купила.
Девушка вышла на улицу и повернула в сторону бани, справа от которой находился небольшой "задний" огород. "Передний" был в передней части дома, оттого и название такое. Нина выглянула из - за дровника и посмотрела на девочку, которая нагнувшись к грядке, с покрасневшим от старания лицом, аккуратно высаживала молоденькие кустики редиса и кабачков, доставая по одному из пластиковой коробки и стараясь не повредить корешки, помещала в отведенную ямку на грядке, и бережно прикрывала землей.
- А ты прирожденный огородник. - решила похвалить ее Нина, шагнув ближе.
- Спасибо, Нина Олеговна. - ребенок смутился и откинул от лица косу, щекотавшую нос. - Я случайно сломала два кустика. Только тете Лизе не говорите, она ругать будет.
- Не будет. - улыбнулась Нина.
- Но все равно не говорите.
- Не скажу. Честное слово. Давай, я помогу тебе, и мы вместе пойдем пить чай. - Нина встала возле Алины и поставив коробку между ними, начала вытаскивать кустики.
- Нина Олеговна. - как - то неуверенно начала девочка.
- Что? Устала?
- Не - а. Я спросить хочу.
- Конечно, спрашивай.
- Вы любите дядю?
От такого вопроса девушку бросило в жар. С чего вообще Алина такое спросила?
- А почему ты спрашиваешь?
Алинка тоже смутилась, но пояснила, раз уж начала.
- Просто я хочу, чтоб вы поженились. Дядя один всегда и ему скучно одному, а с вами он вон, какой веселый. А еще... - Алинка долго боролась с желанием сказать, или промолчать, но все - таки призналась. - А еще... мне будет очень здорово, если вы поженитесь и будете помогать мне с уроками...
- Так вооот в чем дело? - Нина не удержала смех. - Все дело в уроках, да? Ну ты и хитрюша!
- Нет, не в уроках. Честно. Просто вы меня понимаете, а он - нет. Например я ему говорю, что платье хочу, как у Светы Зуевой, а он говорит, что в нем будет неудобно за клюквой ходить... и на рыбалку тоже. С сапогами резиновыми сочетаться не будет.
- Ой, не могу! - ухохатывалась Нина, представляя лицо Алинки, когда он ей это сказал. Алинка молчала и Нине стало неудобно смеяться над ее проблемой, которой та искренне поделилась.
- Хорошо Алин, я поговорю с твоим дядей, и обязательно куплю тебе платье, как у Светы Зуевой. И напомню Егору, что оно не для того, чтобы ходить в нем на рыбалку.
Девочка аж посветлела от слов учительницы.
- Правда?
- Конечно.
- А жениться будете?
- Буд... ой... - запнулась Нина, но Алинка уже ликовала.
- Урааааа! ! !
Намотав пару кругов по огороду, девочка наконец уняла свой пыл, и хихикнув, шепнула Нине на ухо:
- Только знаете чего? Дядя везде свои носки бросает и поет в бане песню "следи за собой". - Алинка спародировала голос Виктора Цоя, и окончательно сделала Нинин день.
- Ладно уж, пошли чай пить. Приму к сведению.
Во время чаепития позвонил Егор и сообщил, что заедет через час и заберет Алинку, а до тех пор женская команда из Елизаветы Сергеевны, Нины, и собственно Алины, решила высадить остатки редиса и кабачков.
Егор приехал в указанное время. Алинка к его приезду вырубилась прямо возле колодца, на лавке для ведра.
- Бедняга. Умоталась. - с сочувствующей улыбкой прокомментировал он и почесал затылок под кепкой.
- Да, перетрудилась. Помогала нам высаживать рассаду. - призналась Нина и добавила. - Только не думай, что мы ее эксплуатировали. Она сама захотела. Честно.
Егор с улыбкой посмотрел на Нину и сказал.
- Пятьдесят процентов от урожая пойдут на базу Егора Епифанова.
Нина только улыбнулась и шепнула.
- Знаешь, что она отчебучила?
Мужчина повел бровями.
- Сказала, что нам надо пожениться. Позже призналась, что ей не помешал бы собственный, бесплатный репетитор на дому.
- Ах вон, в чем дело. - гыкнул Егор, узнавая свою племянницу и довольно заулыбался. - Вся в дядю. Умная и рассчетливая. А вы, Нина Олеговна думали, что я на вас за красивые глаза что - ли жениться собрался?
Нина наигранно округлила глаза.
- И не стыдно, да?
- Вот если бы соврал, было бы стыдно. А хотя... ладно, приврал чуток...
Нина прищурила глаза и тоже решила подшутить.
- Что скрывать, признаюсь, мне тоже очень даже удобно будет иметь под рукой собственного лекаря. Один - один. И да, купи уже ей платье, как у Светы Зуевой. Или я его куплю сама.
- И до чего интересные подробности раскрываются . - хохотнув подметил Егор и шагнул к Алинке.
- Отнесу ее домой, пусть отоспится в своей койке.
- На чай не останешься? - предложила Нина, на что Егор ответил, что бабка со своей хворью здорово его вымотала и надо бы отдохнуть и выспаться. Нина помогла ему поднять девочку на руки и проводила до калитки. Егор не стал брать мотоцикл, и решил отнести Алинку до дома на руках, чтобы не будить. Нина проводила их взглядом и ушла домой. Дома Елизавета Сергеевна снова завела шарманку про замужество.
- Мам, и не надоело тебе? - возмущалась дочь, сквозь улыбку.
- Эх, молодые. Любите вы резину тянуть. Ну полюбились друг другу, узнали уже, чего медлите - то?
О том, что они с Егором уже подали заявление Нина молчала, как партизан, по общему соглашению решив сделать маме сюрприз, эдак, за недельку до свадьбы, до которой еще полтора месяца.
- Рано еще. - только и отвечала Нина, стараясь сменить тему, чтобы не выдать себя. До вечера Нина разбирала в тераске и повыкидывала половину маминых старых кастрюль и сковородок, совершив серьезную ошибку, когда сообщила маме в лоб об утилизации данной утвари, ибо с ней чуть плохо не стало.
- Матушка Заступница! Дак как же так - то? ? ? - взвыла женщина, хватаясь за сердце.
- Ничего страшного мам. Купим новые. Этим уже лет триста. - начала оправдываться Нина.
- В том - то и дело! Да ты хоть знаешь, как они мне дороги? ? ? Это ж еще от моей покойной бабки посуда! А знаешь, какими силами она им досталась?
- Это уже не важно. - стояла на своем Нина, волоча мешок с посудой в сторону крыльца.
- Не важно ей! Да бабка хранила эти сковороды и чугуны пуще глаз своих! ! !
- Мам! - не выдержала Нина, но решила спокойно и адекватно объяснить матери. - Послушай. Я понимаю, это память. Но вот этот вот чугунок, - Нина демонстративно достала его из мешка и сунула маме под нос, чтобы та разглядела. - он же уже до дыр истерся. Ты посмотри на дно! Покойный отец уже не знал, куда алюминиевые заклепки вбивать, чтобы дно не подтекало! Это уже не чугунок для еды, а решето какое - то!
Елизавета Сергеевна помолчала с полминуты, ища подходящий аргумент, а потом выдала:
- Ну и пусть! Раз еду не сваришь, так хоть хранить что можно в нем! Хошь крупу, хошь макароны, хошь лавровый лист! Или горшок сделать под герань!
- Мам... - Нина улыбнулась, даже не зная, что еще сказать. - У тебя же полтераски разных баночек, в которых ты хранишь и крупу и макароны и дурацкий лавровый лист. А герани у тебя вообще нет. Один алоэ, который у тебя в лечебных целях прорастает. Все, не спорь. Еще говорят, что накапливая в доме всякий ненужный хлам, жалости ради, можно накликать нищету.
- Да ну тебя. - сдалась Елизавета Сергеевна, и махнув рукой ушла на улицу. Нина проводила ее взглядом и вздохнула. Она знала, через что прошла мать, и какими трудами ей доставались вещи домашнего обихода, да еще и в послевоенное время. Когда Нина уволокла мешок с хламом за калитку, со стороны курятника раздался визг Елизаветы Сергеевны. Нина даже еще неприкуренную сигарету из рук выронила и рванула на крик.
- Караууул! Да как же? - со слезами на глазах причитала женщина, похлопывая себя по коленкам и причитая.
- Мам, что такое? Что случилось? - забеспокоилась Нина.
- Вон, глянь. Зверь какой - то всех цыпок передушил! ! ! Ни одного не оставил! ! ! И хоть бы съел кого, так нет! ! ! Просто удавил! ! ! Ой, бедааа! ! !
- Мам, успокойся. Купим новых! - решила успокоить мать Нина, погладив ее по плечу.
- Чем новых покупать, надо сперва проверить, где лазейка, через которую эта гадина сюда пролезла.
- Сейчас посмотрю. - девушка вошла в курятник и начала откидывать сено от края стен, полагая, что лазейка где - то между полом и стенами, но нет! Даже и намека на прогрызенное, или прогнившее отверстие нет. Все чисто, сухо и ровно сколочено. Доски крепкие. Даже щелей нет.
- Мам, обрадовать тебя, или расстроить, но в курятнике ни единой щелки нет. Может дверцу на ночь открытой оставляли?
- Не может такого быть! Я всегда проверяю.
- А днем? Может эта лиса, или крыса, днем пробралась?
- Сроду такого не было! - закачала головой Елизавета Сергеевна.
- Ох... уж не Рыжий ли? - предположила Нина.
- Да что ты! Он их в жизни бы не тронул! Один раз залез к ним, а потом принял их, как мамка! Они у него по спине и морде лазали, да так и уснули! Добрый он, не тронул бы!
- Ладно. Что сделано, то сделано. На неделе съездим с Егором на рынок и купим новых цыплят. Другого варианта нет. - Нина вздохнула, и с тоской посмотрела на маленькие желтые, бездыханные комочки. После этого инцидента настроение здорово испортилось и до самого вечера мать и дочь почти не разговаривали. Елизавета Сергеевна смотрела Малахова, а Нина занялась книгой. В начале двеннадцатого, после телефонного разговора с Егором, Нина сходила покурить и легла спать. Сон начался почти сразу. В нем Нина как будто продолжала спать, пока ее не разбудило тонкое пищание. Нина "проснулась" во сне, и увидела сегодняшних цыплят, барахтавшихся по одеялу. Пока она рассматривала их в полутьме, которую едва разбавлял тусклым светом фонарь под окном, из угла комнаты начал доноситься мерзкий скрежет. Нина насторожилась, и под стук биения сердца медленно приоткрыла шторку. В углу что - то шевелилось и Нина была уверена, что видела грязные, с черными прогнилинами, старушечьи руки, которые скребли стену, сдирая обои в том месте, где раньше это делал Рыжий...
- Кто тут... - выдавила полушепотом - полухрипом девушка, еще больше отодвигая шторку в сторону, чтобы убедиться, что с мамой все хорошо. Слава Богу, женщина мирно спала на своей койке.
- Это я. - пропел из угла молодой девичий голос, отчего Нину враз окатило волной ужаса. Снова галлюцинации? Это не сон, сны такими не бывают.
- Иди прочь, ведьма! ! ! - рявкнула Нина, вцепившись пальцами в покрывало. Наступила тишина. Мертвая тишина. Фонарь за окном мигнул и потух, заливая комнату густым мраком. Нина начала судорожно, наощупь искать свой телефон на полке, но задела чью - то сухую, холодную руку и в ужасе отдернула пальцы и всхлипнула.
- Уйдешь тыыыы... - проскрипел старушечий голос где - то над ее ухом. Нина взвизгнула и заткнула уши ладонями.
- Это неправда! ! ! Ты ушла! Тебя нет! Ты сама оставила меня! ! ! Чего тебе еще надо? ? ?
Снова тишина. Нина убрала ладони, и озираясь по сторонам начала вслушиваться в эту тишину, пытаясь угадать, где эта гадина.
- Прячешься в темноте... боишься показаться, да? - вдруг осмелела Нина. - Если я до сих пор жива, это значит, что я сильнее! А раз я сильнее и все еще жива, значит, я все делаю правильно! ! !
Из мрака раздалось поросячье рыканье.
- Хватит! - крикнула Нина и схватив подушку, швырнула в сторону источника звука. Секундой позже возле ее щеки прошла волна холода и гнилостной вони, а еще через секунду ледяные, костлявые пальцы впились в горло и ржавый, утробный голос прохрипел на ухо:
- Ты больше не нужна...
- Тогда... - пытаясь отцепить хватку ведьмы выдавила Нина. - Тогда чего тебе надо...
- ОНИ... ты уже не та... я сумела... ты в заблуждении... он тоже... радостно... скоро... скоро ОН вернется ко мне... я наслаждаюсь ожиданием... наслаждайся и тыыыыы...
Не сдержав крик Нина напрягла тело и дернулась в сторону. Затем раздался приглушенный удар и она очнулась... на полу. Было ясное утро. Солнце уже поднялось, а из тераски доносился грохот кастрюль. Нина перевела дыхание и осмотрелась. Все реально. Она проснулась. Медленно поднявшись с пола, девушка поспешила в тераску. Мама сидела возле сундука и чистила картошку на суп.
- О, Нинка. Встала уже? А я вот, картошку чищу. Спустись в подпол, принеси моркови.
- Ага. - отозвалась Нина, еще пребывая в растерянности. - Мам.
Женщина подняла на нее глаза.
- Чего?
- Да нет, все нормально.
Нина умылась, переоделась и достала из подпола моркови. В это время в комнате зазвонил ее мобилтный. Нина шустро преодолела ступеньки и поспешила ответить.
- Доброе утро, Епифанова Нина Олеговна! Неужто спишь еще?
- Я? Нет. Нет, не сплю. Встала уже. - девушка заметила, как жалко звучит ее голос. Егор тоже это заметил.
- Случилось что? Голос неважный.
- Нет, ничего. Я в подпол спускалась, запыхалась немного.
- Понятно. Елизавета Сергеевна затеяла щи?
- Как всегда.
- Это хорошо. Значит я, как всегда, нагряну на ее щи.
- Было бы здорово. - Нина впервые ощутила расслабление, и позволила себе улыбнуться.
- Учись готовить такие же. У тебя в запасе полтора месяца.
- Это предупреждение?
- Разумеется. А как иначе?
- Будет тебе, Епифанов. Когда придешь? Тут вчера какие - то ребята проходили мимо и знаешь, так косо на твой мотоцикл посмотрели... даже и не знаю, стоит ли он там сейчас.
- В деревне каждая ворона знает мою "ласточку", и никто ее не тронет.
- Ну смотри. Вот "улетит" твоя ласточка, будешь знать.
Егор хохотнул в трубку и спросил.
- Елизавета Сегреевна еще не пронюхала про наше заявление?
- Пока нет. Но если продолжит допытывать, я могу и сболтнуть.
- Не сболтнешь, прорвемся. Ладно, мне снова к этой бабке съездить надо. Я заберу мотоцикл, а на обратном пути заеду. Надеюсь, к тому времени щи будут готовы?
- Надеюсь. А Алинку не завезешь?
- Она сегодня что - то измотанная какая - то. Никуда идти не хочет. Говорит, всю ночь дичь всякая снилась.
- Она будет целый день одна?
- Ей не привыкать. И потом, она сегодня хочет заняться стиркой своих кукольных платьев и игрушек. Не хочу мешать ей в таком серьезном и ответственном деле.
- О да. Дело действительно серьезное. - хихикнула Нина, и пожелав удачной поездки завершила разговор. С минуту она побродила по комнате, чувствуя, как неприятное послевкусие сна постепенно забывается, и ушла в тераску, помогать маме готовить щи. Сказано же, надо тоже учиться.
Через час крупный пузатый чугун уже томился в печи. Нина занялась прополкой в переднем огороде, а Елизавета Сергеевна сидела у открытого окна и перешивала старую, любимую юбку. Рыжий валялся на тропке, между грядок и млел на солнышке. На подоконнике радио исполняло песню про то, что нужно любить отважных летчиков и моряков, а Нина соглашалась со словами песни подпевом. Когда песня закончилась, Елизавета Сергеевна ушла проверить щи и громко воскликнула. Нина навострила уши и прошла к окну, убавляя звук радио.
- Мам, что там? Щи убежали?
- Какие щи? Ты глянь, что этот Рыжий опять натворил! Вся стена разодрана! А я только заметила! - возмутилась женщина. Нина нахмуриалсь и приподняла тюль, чтобы рассмотреть с улицы. Ей стало жутко, когда она увидела глубокие полосы от когтей на стене и драные обои. Девушка сглотнула и закусила губу. Елизавета Сергеевна попыталась прислонить отрванный кусок обоев на место и ойкнула.
- Нин, смотри - ка. Ноготь чей - то. Фу. Черный какой.
- Стой! Не трогай! - крикнула Нина и залезла в дом через окно.
- Дай мне, я посмотрю.
Женщина с пренебрежением протянула Нине мерзкую вещь.
- Небось еще строителям принадлежал. - предположила она, но Нина прекрасно знала чей это ноготь. Длинный и черный, он всем своим видом давал понять, что сон Нины вовсе не сон и Евдоха действительно была тут ночью. Но как? У нее нет физического тела. Она дух... или нет?
- Нин... - позвала мать, заглядывая дочери в лицо. - Ты чего побледнела? Не переживай ты так. Просто рабочие, когда сруб ставили, видимо зацепились где - то и оставили, а мы потом, когда стали отделывать не заметили и загородили. Бывает такое.
- Да, бывает. - Нина изобразила облегчение и улыбнувшись, вернулась в огород, засунув ноготь в карман. Дела не клеились. Радио больше не бодрило, а все мысли были о вчерашнем сне. Что это было? Нина уже смутно помнила слова, произнесенные ведьмой. Она говорила, что ей нужны ОНИ. Кто они? Или что? Ответить на эти вопросы может только Егор, которого и стала дожидаться Нина. Он приехал через полтора часа и сразу же был уволочен своей невестой за баню, пока Елизавета Сергеевна накрывала на стол.
- Что случилось? Нин, на тебе лица нет. Я еще с утра заметил, что у тебя голос подавлен.
- Я и сама пока не знаю, Егор. Думаю, что надо тебе рассказать все, что происходило за все это время. То, о чем я предпочла не рассказывать.
Егор негодующе вздохнул и в ожидании уставился на Нину.
- Пошли присядем. - она уволокла Егора на пень от сливы и нервно закурив начала рассказывать.
- В общем сегодня ночью я видела сон жуткий. Это было, как тогда, с иллюзиями.
- Что ты видела? - Егор тоже закурил и начал серьезно слушать девушку.
- Она в углу сидела и скреблась. Я ее прогнать пыталась криками, а она сказала, что я больше не нужна... и еще... сказала, что ей нужны ОНИ и еще какой - то бред, а потом... душить начала...
- А ты что сделала?
- Я? - Нина с полными слез глазами посмотрела на мужчину. - Я проснулась... а недавно... мама заметила, что обои на том месте, где по нашему мнению Рыжий когти точил - грубо порваны. Увидели следы и... нашли вот это... - девушка достала из кармана ноготь и протянула Егору. Тот изменился в лице и напряг скулы, изучая ноготь.
- Это ее, да? - проскулила Нина.
- Не знаю. Сложно сказать.
- Мама говорит, что это могло остаться от строителей и если честно, то я хочу верить во второй вариант, потому, что первый приводит меня в ужас. Мы ведь уверены, что она оставила меня и... она ведь действительно мертва? - Нина замолчала и после паузы, заглянув Егору в лицо, спросила. - Или нет?
Мужчина поджал губы.
- Если я попрошу тебя не спрашивать об этом, ты ведь все равно спросишь, верно?
- Егор, не тяни! - настаивала Нина, серьезно забеспокоившись. - Она мертва или нет?
- Фактически - да. Но в других смыслах... вопрос спорный...
- Так. - Нина выдохнула и поднялась на ноги, начав наматывать круги за баней.
- Значит вот, почему ты не ответил мне, когда я спросила, где похоронены Евдоха с мужем? Она ЖИВА? ? ?
- Да нет, говорю! Я не знаю, как это назвать правильнее! ! !
- Говори, как есть! - Нина нависла над Егором, ткнула ему на ноготь и чуть не плача проскулила. - Боже, Егор. ЕЁ ногти у меня в стене! ! ! Она была в моем доме! Ты понимаешь ? ? ? Это уже не галлюцинации, которые она мне показывала! Это уже ОНА! Она сама! В моем доме! ! !
Нина сорвалась и усевшись на пень, тихо заплакала, утопив пальцы в волосах.
- Нин. Я не лгу тебе. Просто не могу объяснить. Есть вещи, которых я и сам не знаю. Или ты думаешь, что они с Григорием могли научить меня абсолютно всему, что знают? Так какой же мастер будет учить своего ученика самому тайному? Самое сокровенное они унесли в могилу с собой.
- Так где они?
- Григорий на церковном кладбище закопан. Чтобы возле покойных священников ему тошно было.
- А Евдоха?
- С ней сложнее.
- Егор! Мужчина вздохнул, понимая, что без ответа его в покое не оставят.
- Помнишь, я рассказывал тебе, что отравил Евдоху?
- Да.
- Так вот. Она сдохла у меня на глазах. Пришлось хоронить. Все шло хорошо недели три.
- А потом?
- Не перебивай. - Егор закурил еще сигарету. Нина тоже. - А потом по ночам в стены скрестись начала. Пустить просила, дьяволица. Благо, я уже весь дом очистил от ее "духа" и проникнуть она не могла. Вот только самого себя не застрахуешь. Куда не пойду, кругом она мерещилась. Понял я, что в серьезное дело встрял, лишив эту гадину жизни и большое проклятье на себя навлек. Пошел я на кладбище, хотел могилу ее святой водой залить, да кресты разложить и песком присыпать, а там могила провалена. Да так, будто год или больше прошло с похорон. Обычно тогда могилы заметно проваливаются. Той же ночью явилась она ко мне. Ливень был жуткий. Стоит там, под окном, в стекло скребется, войти хочет. Хрипит мне оттуда, мол, не будет мне от нее покоя. Навсегда я ей принадлежу, ибо жизни ее я лишил. Тут уж я совсем одурел, схватил топор, да крест стальной. Пошел и в грудину ей топор засадил и за дворами уволок до озера. Там крест в разрубленную грудину воткнул и сбросил в озеро. Потом долго не являлась. Вообще. - Егор на минутку замолчал, решив затянуться. Нина смотрела на него и не могла поверить, что все это правда.
- А потом, - продолжил Егор, - снова начала. Уже и не знал, куда деваться. Хоть руки на себя накладывай. Не за себя страшно было, а боялся, что Алинка в приюте окажется из - за сумасшедшего дядьки. К тому уже шло. Знаешь, она и мне такую дрянь показывала, что сумасшествие - было бы поблажкой. Решился я еще кое - что попробовать. Выпил с поллитра своей кедровки, для смелости, и подался на озеро. Нарочно для меня всплыла на поверхность, змея. Выловил ее, завернул в черный мешок и поволок в их дом, который после смерти Маши уже был заброшен. Утащил в подвал, свалил вниз и запер там, да еще и на западню хламья навалил, чтобы уж точно не вылезла... с тех пор и тишина. Видать, недавно снова выбралась, с помощью силы нечистой.
- Выходит... вот, почему ты меня отругал тогда, когда я в тот дом заходила.
- Разумеется поэтому.
Нина поежилась, представляя, как ходила по дому, в подвале которого "живой" труп лежит.
- Теперь ты знаешь все. - выдохнул Егор.
- Да... вот только, что делать теперь? И зачем она все - таки ко мне приходила? И почему не довела дело до конца? Столько вопросов! Знать бы заранее!
- Эх, Нинка. - усмехнулся Егор с тоской в голосе. - Увязла ты в такой трясине, что до конца жизни будешь отплевывать. А может повременим пока, с заявлением - то?
Девушка округлила на Егора глаза.
- Ты серьезно?
- Да уж куда серьезнее - то.
- Нет уж! Мы оба в этой "трясине" и если надо, вместе тонуть будем! Или ты струсил?
Егор довольно закатил глаза.
- Вот я на тебе только за эти слова бы и женился! Дай обниму! - он притянул Нину за руку и положил ее голову себе на грудь.
- Чтобы я больше такого не слышала. Даже шутка звучит как - то мерзко.
- Согласен. - Раз согласен, пошли щи есть. Потом еще поговорим на эту тему...

Найдены дубликаты