Материальный мир и другие фокусы ума
Для начала немного цыферок.
Как известно, вся масса солнечной системы практически целиком сосредоточена в самом Солнце. Если Википедия не врёт, это 99,84%. Преимущественно водород.
Планеты, их луны, астероиды и прочая мелочевка делят оставшиеся 16 сотых процента, причем бо́льшая часть от этих долей процента принадлежит газовому же гиганту с условным наименованием Юпитер.
Прямо скажем, не особо много тут материи, если смотреть с относительно объективной точки зрения астрономии. И разделены эти микроскопические крупинки такими дикими расстояниями, которые адекватно себе представить почти невозможно: от той же Земли хотя бы до Марса столько пустоты, что лететь к нему полгода. Лететь. В самых идеальных условиях — почти полтора месяца, с постоянной скоростью 16 км в секунду, если кому интересно. А до ближайшей звёздной системы расстояние такое, что про него даже думать смысла нет: за человеческую жизнь всё равно не долетишь.
И в той материи, которую можно пощупать или удариться о нее мизинцем — пустоты этой самой тоже немеряно.
Если бы условно материальное ядро атома, в котором вся его масса и заключена, был размером с грецкий орех, тогда ближайший к нему электрон находился бы от него примерно в километре. А от атома до атома там в этой "материи" пустоты столько, что принципиальное различие "пустоты" и "материи" как-то теряет всякий смысл. Если на чувства не ориентироваться, конечно.
Мир, данный нам в ощущениях, удивительно не совпадает с тем, что о том же самом мире известно благодаря телескопам, микроскопам и физике с астрономией.
Можно представить себе условия, когда в химически разнообразной среде и при относительно гуманных температуре, давлении и влажности, эта слепленная из пустоты материя доусложнялась бы под воздействием простых закономерностей до умеренно сложных структур, способных к самокопированию. И, после миллиарда лет эволюции и отбора, эти самые самокопирующиеся куски протоплазмы могли бы, например, стать самоходными агрегатами, ищущими материал для постройки своих копий и поддержания собственной цельности — в окружающей их среде.
Ясно же, что на ощупь это делать не особо эффективно, в конкурентной-то среде. По-любому должны преуспевать такие варианты конструкций, которые себе постепенно развили из чуть более фоточувствительных клеток своей внешней оболочки — т.н. глаз той или иной конструкции. А из химически чутких — какой-нибудь там воменазальный орган. Или из органа равновесия — орган слуха, со всем полагающимся обвесом. А в оптически непрозрачной среде обязательно должны со времени завестись такие, которые собственным свистом окружающие поверхности могут ощупывать. Или вибриссами. Ну и так далее.
Сложенные, по сути, пустотой, действующие в пустоте — как бы эти условно живые формы ориентировались? Мало ведь уловить доступный раздражитель, его ещё как-то в общую систему с прочими увязать надо, построить виртуальную модель среды и себя в этой среде, требуется отличать позывы и прочие внутренние стимулы от объективно внешних обстоятельств...
Переживать сложно сконфигурированные комбинации полей и напряжений в качестве плотных непроницаемых объектов, имеющих непрерывную "поверхность", цвет, вкус и запах — намного же проще и эффективней, чем целый учебник физики и химии воспринимать на месте потенциальной добычи, партнёра или хищника. Пусть и грубое упрощение, зато просчитывается быстрей: оно ж ещё и движется всё постоянно, одно относительно другого. Каждое мгновение всю обстановку перерисовывать надо, иначе каюк.
А с возникновением очередной полезной адаптации — т.н. интеллекта — этот невозможный в реальности предметный мир пополняется ещё и всякими на его счёт абстрактными представлениями. И под гипнотическим воздействием этих представлений, отдельные сгустки пустоты начинают изобретать инструменты и одежду, открывать и переоткрывать новые континенты, летать на луну и строить всемирные халифаты, интернационалы и прочие царства окончательной справедливости, согласно распространенным в той или иной местности повериям. Могут даже полностью всё живое извести, включая себя, или хотя бы повытаптывать всё разумное-доброе-вечное, что там и сям успевает у них пробиться сквозь асфальт — ни на секунду при этом не покидая той самой пустоты, в которой весь этот их воображаемый балаган происходит.
Ну разве не удивительное сновидение, эта так называемая жизнь?
Вопрос был риторический, а КДПВ просто так.
Спасибо за внимание.