Лихо⁠⁠

Экспериментальный текст.

Все утро бомжиха Света ходила по двору и кричала: «Чёрт! Чёрт! Пришёл!».

— Белочка! - философски рассудил старик Иван, глядя на мечущуюся бабенку, - У меня однажды было такое. Давно… Я тогда старшего сына хоронил. Пил месяц… Или больше. А потом – разом! Все, не могу больше. День не пью, два не пью. А потом смотрю – полезли…

—Кто? - тетка Соня слышала эту байку не раз, но не обижать же деда?

— Черти, черти, милая.

— Ну! С рогами?

— Вот те крест! Как у оленей.

Слушавший их разговор Чёрт, невольно коснулся головы.

— Где ты, дед, таких видел? – спросил Нечистый.

— Знамо дело. В углу, над шкафом. Мелкие такие. На огурцы немножко похожие. Только с рогами.

Чёрта затрясло от смеха.

— Огурцы с оленьими рогами?

— Вот те крест!

— Да не надо, не надо… Давай только без этого.

Дед несколько секунд смотрел в одну точку, а потом словно очнулся.

— Соня, а кто говорил?

— Никто, - тетка вздрогнула, отгоняя дурные мысли. – Пойду я, дочке что ли позвоню. А то ишь, засранка, сама-то не в жизнь…

И тетка Соня ушла, старик остался на лавочке один. А бомжиха все голосила:

— Чёрт! Ловите его, люди добрые!

А потом села под дерево и тихонько заплакала.

***

Скука одолела Нечистого.

Он походил по двору, но там почти никого не было, только эта дурная пьянчужка, да дед в маразме. Тогда он присел, сложив мохнатые лапы на коленях и принялся выслушивать Зло. Вот на первом этаже всё плакала и плакала женщина, которой муж сказал убираться из его квартиры. Она никогда в жизни не работала и привыкла считать себя частью своего мужчины. Теперь она ревела, проклиная суку-соперницу и свою никчемную жизнь. Она не была по-настоящему злой, просто глупой. Но Чёрт слегка кивнул ей, и она твердо решила, что плеснёт сопернице кислотой в лицо.

А вот в другом подъезде, на третьем этаже, дилер фасовал по пакетикам траву. Чёрт кивнул ему с уважением – мол, молодец, множишь зло на земле. На секунду у парня прихватило сердце. Чёрт вздохнул – жить мóлодцу оставалось где-то полгода. Прирежут.

Мимо прошла женщина с собачкой, оставив шлейф бытовых склок и обид. Ей ужасно хотелось всеми командовать, но все ужасно этому сопротивлялись. В результате, она копила в себе зло, вынашивала – и рано или поздно оно выйдет. Наорет на дочку, припомнив все обиды, а та уйдет, хлопнув дверью и на много лет оборвет общение с матерью. В свою очередь, вымещая старую обиду на окружающих. Чёрт зевнул. Круговорот Зла и так работал отменно. В жизнь людей практически можно не вмешиваться. Свары, обиды, желание забраться на ручки к другим людям… А еще распространение халявного кайфа, мстительность, сутяжничество, предательство. Вещи старые, но такие рабочие, что залюбуешься, как славно все устроено в этом мире. Как все хорошо!

Но у Чёрта было дело. Он явился не ради того, чтобы разглядывать семена Зла, тень Сатаны.

И когда подошёл час, Нечистый встал. Неторопливо нарисовал на земле Знак. Линии, прочерченные массивным копытом, зажглись зеленоватым светом. Чёрт стукнул ногой три раза – и три раза вздрогнула земля. Во всём районе завыли собаки, а птицы всполошено принялись метаться по небу. Сразу несколько человек в своих квартирах скончались от сердечного приступа.

Бомжиха Света кинулась наперерез Чёрту, хотела его толкнуть, но лишь поймала взгляд – в котором полыхало пламя Геенны и упала, окаменев.

А из Знака лезло Нечто.

А потом свет угас и Чёрт, радостно засмеявшись, поднял с земли посланца. Он выглядел как очень маленький, хилый человек – лысый череп, пустые, бессмысленные глаза. Нечистый бережно понес его в один из подъездов.

— Не буди Лихо, пока оно тихо! – смеясь, сказал Чёрт, - Клянусь, скоро здесь начнут твориться интереснейшие дела, не чета предыдущим. Да, Лихо?

Человечек сонно моргнул.

— Ничего, скоро тебя разбудят, - успокоил Чёрт. – Тогда уж нарезвишься.

Мимо них, матерясь и гремя бутылками прошла толпа подростков. Чёрт проводил долгим взглядом и пламя Геенны блеснуло ярче.

— Совсем скоро.