Летопись Магдакары: Лоза и Спора. Глава 2. Старая знакомая⁠⁠

Глава 1. Кромка тумана

Из зарослей показались пятеро лесных стражей в лёгких доспехах из многослойной кожи и плетений лозы. Перед пятеркой бойцов двигалась высокая темная фигура, больше похожая на сплетение растений, принявших облик воина. Корн Далет – глава Корпуса Разведки и Тайного Сыска Северо-восточной Ветви Зеленого Предела. Корн шагал размеренно, опираясь на длинное древковое оружие, напоминавшее копье и серп одновременно. Его тело было словно сплетено из лоз и плюща, принявших очертания человека. В груди мерцало изумрудное кристаллическое сердце, пульсирующее в такт лесу — источник древней силы, связующий Корна с самим Пределом. Маска из коры с двумя глубокими глазницами закрывала лицо; когда он поворачивал голову, в этих прорезях вспыхивали короткие зелёные отблески.

За Корном следовали еще несколько рядовых разведчиков – трое людей и двое эльфов, не выделявшихся ничем, кроме уверенности в движениях. В Зеленом Пределе смешанные отряды были обычным делом: здесь никто не делил служащих по происхождению — важны были опыт и надёжность. Два копейщика несли оружие в обеих руках, широкоплечий и крепкий мужчина со щитом на спине был вооружен коротким мечом, арбалетчик шёл последним с опущенным оружием. Единственным кто не был вооружен был эльф-лекарь. Он нёс за спиной сумку, от которой исходил слабый запах трав и антисептических масел.

Увидев картину на поляне, стражи замерли на миг: перед ними – напряженный Элвин, посматривавший то на группу вновь прибывшей подмоги, то на зеленоватого зомби, окруженного туманом немоты. Осознав, что чужак обездвижен, копейщики и щитник уверенно оббежали Корна по дуге и окружили Каэра треугольником. Арбалетчик поднял оружие и занял позицию между копейщиком и щитником, направив арбалет на обездвиженного мертвеца. А лекарь остался стоять неподалеку от Корна, как бы контролируя ситуацию издалека

Корн Далет опустил свое оружие- кончиком к земле и проговорил гулким, как эхо в пещере, голосом:

— Дозорный Элвин, отступи. Дальше мы займёмся пленником.

Лис почтительно склонил голову и послушно отступил на несколько метров от зомби. Сердце еще колотилось – от всего случившегося и от решимости, с которой он только что нарушал приказ. Он ожидал выговора, за то, что подошел так близко к мертвецу, но Корн, казалось, сейчас был сосредоточен лишь на неожиданной добыче.

В пару широких шагов Корн Далет приблизился к онемевшему зомби. Лианы, составлявшие кисти его рук, шевельнулись, удлиняясь подобно хлыстам. Живые лозы сами собой рванулись вперед и обвились вокруг тела Каэра, скручивая тому руки по швам. Нежить не сопротивлялась – только наклонила голову, будто смиряясь со своей участью. Ожившие лозы полностью отделились от рук Корна и закончили свое движение еще крепче затягиваясь вокруг конечностей Каэра.

Элвин наблюдал с затаенным дыханием. Ему почему-то стало жаль беднягу – еще мгновение назад тот из последних сил доверительно делился с ним откровениями, а теперь стоял, опутанный как дичь. Однако лис понимал: так и должно быть. Какими бы ни были слова чужака, он – потенциально смертельно опасен и не может разгуливать на свободе. В конце концов, он нежить, враг живого.

Корн Далет удовлетворенно кивнул спутникам:

— Оденьте на него блокирующие браслеты. Отведем в форпост. Совет решит, что с ним делать.

Двое стражников поспешили достать из заплечных сумок связанные между собой крепкие кожаные браслеты с вплетенным в них магическим кристаллом и украшенные рунами Лозы. Они должны были блокировать магию, за счет нанесенных на них рун, которые в свою очередь подпитывались энергией вплетенного в браслеты кристалла. Такая мера, особенно учитывая природу изумрудных зомби, явно не была излишней предосторожностью. Стражники накинули браслеты поверх обездвиженных рук мертвеца и затянули удерживающие ремни. Магия браслетов пришла в действие и вырезанные руны зажглись теплым зеленоватым свечением. Корн тем временем подошел к Элвину. Огни в глазницах его маски-визора вспыхнули вопросительно:

— Доложи, как обнаружил его, разведчик.

Элвин вытянулся по струнке. Ком в горле грозил выдать волнение, но молодой лис постарался говорить отчетливо и коротко:

— При дозоре почувствовал сбой дыхания леса, заметил аномальный туман. По уставу ударил по корню-резонатору, подал сигнал тревоги. Затем обнаружил… этого. Он вышел из тумана. Я применил Белое Дыхание, лишил его голоса и движения. Чужак не сопротивлялся. В этот момент вы прибыли.

Лис осознанно умолчал о том, что снял немоту и вступил в диалог. Возможно, позже за это спросят – но при подчиненных Корна он не желал выносить на обсуждение свой проступок. К счастью, нежить все равно сейчас не могла ни подтвердить, ни опровергнуть его слова.

Корн медленно кивнул в такт его докладу:

— Значит, боя не было? Он не атаковал тебя? – Голос разведчика звучал с сухими древесными обертонами, низкий и хрипловатый.

— Никак нет, – ответил Элвин, опуская взгляд. – Стоял на месте. Возможно, был слаб.

Из-под маски Корна послышалось неопределенное бурчание, которое Элвин не смог разобрать. Лис снова поднял взгляд на маску Корна и тот, как бы уловив его взгляд продолжил:

— Хорошо. Дозор продолжит Келлас. Элвин, ты идешь с нами, как первый свидетель. И будь добр не снимай с мертвяка Белое Дыхание пока мы не поместим его в клеть. Неизвестно, как ему удалось обойти защитные заклятия на границе и неизвестно, что еще он может выкинуть.

— Принято! – Элвин коротко кивнул.

— Думаю, что Вейлу очень заинтересует этот случай и она точно захочет осмотреть чужака – Корн еще раз бросил взгляд на связанного и обезвреженного зомби. – Арри, Баэрн не спускайте с пленника глаз. А теперь в путь!

— Так точно, командир! – выкрикнули оба копейщика в унисон и отряд двинулся в сторону форпоста разведчиков.

— Келлас, еще раз обойди все по периметру и, если заметишь что-то странное, незамедлительно сообщай. – на ходу приказал Корн.

— Будет сделано, командир! – мужчина ударил обнаженным клинком о щит выражая согласие, убрал меч в ножны на поясе и двинулся в направлении границы.

— Элвин! Тебе нужно особое приглашение совета? — голос Корна вырвал замершего Элвина из мрачных мыслей, и он поспешил вслед за главным разведчиком.

— Никак нет, командир Далет, — лис послушно перестроился рядом, внутренне содрогнувшись от мысли о предстоящем разговоре с Советом Корней.

Совет Корней Северо-восточной Ветви Зеленого Предела – высший круг лесных старейшин, подчинявшийся Совету Хранителей Кроны – собирался лишь в самых серьезных случаях. А этот случай, несомненно, относился к таковым.

Связанный лозами и браслетами Каэр хромал в середине отряда, понукаемый Арри и Баэрном сзади. Изумрудный блеск его глаз угас – вероятно, туман немоты и блокирующие браслеты совершенно ослабили плененного мертвеца. Элвин несколько раз ловил себя на желании заговорить с пленником еще раз, но рядом шагал Корн и другие разведчики, и такой возможности у лиса, к сожалению, не было. Да и что он мог сказать? Что верит ему? Сам Элвин толком не понимал, верит или нет. В голове вихрем проносились услышанные от Каэра фразы: “камень-гнездо… цепь-руна… узел падёт… почти готово…”.

Они уже приближались к форпосту. Впереди между стволами замаячили частокол и смутные очертания сторожевых настилов на деревьях. Граница Зелёного Предела здесь была укреплена по военному образцу: хотя ни каменных стен, ни тем более крепостных башен лесные не возводили, но по периметру росли древние исполины-дубы, связанные между собой переплетениями колючих кустарников и усиленные охранными рунными узорами. Этот рубеж сам по себе был живой крепостью. В тех местах, где редкие тропы вели в лес, устраивали заставы – форпосты лесных бойцов, небольшие лагеря с парой бревенчатых строений и навесами, где дежурили сменные патрули.

Навстречу отряду уже выбегали еще несколько воинов – им, видимо, было интересно что такое неведомое притащил патруль. Элвин заметил знакомые силуэты: Лейна, лучница из дозорных и Торвен, тяжёлый пехотинец с коротким топором. Они удивлённо таращились на связанного мертвеца.

— Неживой! И не разорван на корню? – недоверчиво пробасил Торвен, вперившись в Каэра взглядом. – Такое не каждый день увидишь.

Лейна шикнула на него, кивая глазами на Корна, и пехотинец осёкся, поняв, что негоже при главном разведчике ставить под сомнение решение не прикончить нежить на месте.

Корн Далет как ни в чем не бывало продолжал движение, и все посторонились, пропуская его с пленником. Элвин вошел следом на территорию форпоста. Здесь, под пологом самых больших дубов, располагалась открытая площадка, выложенная гладкими спилами древесных стволов – вроде площади. По краям её виднелись укрытия для бойцов: шалаши, мастерские, оружейные стойки. У дальней стороны, у самого ствола векового дуба, темнел провал пещеры-кладовой. Но сегодня главным объектом форпоста была клетка для пленников, выращенная из живых ветвей. Обычно в ней держали пойманную крупную дичь и явно давно не использовали для удержания пойманных вражеских солдат. Сейчас клеть стояла распахнутая – вероятно повара недавно увели из нее пойманного оленя, чтобы приготовить из него рагу, и клеть не ждала нового узника так скоро.

— Ммм, рагу из оленины, – от мыслей о еде у Элвина заурчало в животе. Всю ночь лис патрулировал лес и собирался сытно позавтракать, вернувшись на форпост, но судьба распорядилась иначе, подкинув ему на завтрак, не любимое рагу, а изумрудного зомби, который каким-то чудом смог пересечь границу Предела.

Корн, услышав странные звуки поначалу вопросительно наклонил голову к Элвину, но тут же сместил фокус своего внимания на подбежавших стражников.

— Поместить внутрь, – коротко приказал Корн.

Стражи просунули Каэра через низкую дверцу, усадили или скорее втолкнули вовнутрь. Деревянные прутья вперемежку с толстыми сучьями образовывали прочный переплет. Дверца захлопнулась, Торвен бросился закрывать тяжелый засов снаружи. Тот закрылся с громким шумом, и только тогда Корн Далет опустил ладонь к земле, касаясь пальцами-лианами почвы. Элвин знал, что это значит: разведчик отменил тревожный сигнал, пустив по корням успокоительный импульс. Опасность локализована.

Лис, стоя неподалеку, перевел дух. Всё произошло так быстро: обнаружение, пленение, доставка. Но главное еще предстояло. Совет Корней наверняка уже уведомлен, возможно, его члены спешат сюда. Волнение сдавило грудь: ему, зеленому молодому разведчику, придется при всех докладывать обстоятельства. И – скрывать, что он разговаривал с пленником, или нет? Он бросил взгляд на Каэра. Тот сидел внутри клетки, понурив голову. Сгорбленная фигура мертвеца выглядела жалко и устало, хоть и внушала отвращение своим внешним видом. Элвин в душе почувствовал странную ответственность за него. Ведь только он один пока слышал предупреждения нежити, только он понимает смысл обрывков. А значит, от него зависит, дойдет ли до Совета суть. "Но поверят ли они?" – тут же усомнился он в себе. Как он может быть уверен, что не стал жертвой какого-то обмана или чар?

— Элвин! — голос Корна снова вырвал лиса из раздумий. — Скоро прибудет Вейла, чтобы наложить дополнительную защиту на клеть. До тех пор держи мертвяка под контролем Белого Дыхания. Потом можешь пойти отдохнуть и поесть. Вижу, что эта ситуация несколько выбила тебя из колеи. Приказ ясен, дозорный?

— Так точно, командир Далет! — Элвин выпрямился и утвердительно кивнул.

— Арри, Баэрн, вы дежурите у клети, позже я назначу вам замену, — обратился Корн к бойцам, потом повернулся к столпившимся вокруг клети другим разведчикам и стражникам форпоста и продолжил. — Всем остальным разойтись и заняться выполнением своих прямых обязанностей.

Арри и Баэрн заняли позиции по сторонам клетки, а Элвин прилег на землю справа от нее, чтобы немного передохнуть, однако поддержание Белого Дыхания все равно требовало от лиса определенной концентрации и поэтому ему приходилось постоянно держать мертвеца в поле зрения.

Не успел Элвин перевести дух после ухода Корна Далета, как на поляну легкими шагами вышла Вейла Рунница – советница, искусная в магии рун. Она выглядела молодо и даже озорно, несмотря на солидный возраст. Стройная, сухощавая, с овальным лицом и матовой кожей с едва заметной древесной текстурой. Рыже-каштановые волосы были собраны в практичный хвост, одежда — короткая туника, штаны, ремни с подсумками и инструментами — говорила о ней красноречивее любых титулов: перед Элвином стоял не символ и не жрица, а человек дела, привыкший думать и принимать решения. Глаза Вейлы светились бледно-зелёным, мягким, но проницательным огнем. В выражении – спокойствие и сосредоточенность учёного, хотя в уголках губ играла улыбка. Вейла приблизилась к клети, и руны Лозы проступили на коже дриады, слабо замерцав – так магия леса отзывалась на присутствие чужеродного колдовства.

— Ну и ну, Элвин, — негромко произнесла Вейла с лукавинкой, оглядывая пленника в клетке. – Ты, вижу, решил кухне Луво сюрприз подкинуть! И что у нас сегодня на ужин? Отбивная из мертвяка?

Лис опомнился и выпрямился, продолжая держать Каэра под действием Белого Дыхания. От напряжения его лапы слегка дрожали – слишком долго приходилось поддерживать заклятие.

— Привет Вейла, — с облегчением откликнулся он, стараясь не потерять концентрацию от смеха. – Ага, осталось только выбрать гарнир. Правда, не уверен, что мне захочется попробовать это новое блюдо.

— Спасибо тебе, что так быстро прибыла, — продолжил Элвин. — Я уже изрядно устал держать его под Белым Дыханием.

— Всегда пожалуйста, Элвин — Вейла кивнула, все еще с улыбкой разглядывая обездвиженного зомби. — Что ж, давай посмотрим, кого ты нам привел.

Не теряя времени, дриада принялась за работу. Она шагнула ближе и изящным жестом предплечья очертила в воздухе рунный символ. Ее тонкие пальцы, исписанные едва видимыми знаками, двигались быстро и уверенно. Зеленые рунические узоры под кожей Вейлы вспыхнули ярче. Арри и Баэрн, все это время безмолвно наблюдавшие за Вейлой и Элвином, теперь с интересом следили за действиями дриады.

— Держи его еще секунду, — предупредила она Элвина и вскинула левую руку ладонью вверх, а ее пальцы как будто обхватили какую-то невидимую сферу.

Пленник дернулся было, но новая сила сковала его крепче прежнего. Вейла наложила собственное обездвиживающее заклятие и теперь узник не мог пошевелить ни единой мышцей.

— Готово. Можешь пока ослабить дыхание. — произнесла она спокойно.

Элвин с облегчением выдохнул и отступил назад, снимая Белое Дыхание. Магия рассеялась, и лис пошатнулся от накатившей слабости. Пленник внутри клетки остался неподвижен – чары Вейлы удерживали его надежно.

— Благодарю… — тихо пробормотал Элвин, ощущая, как ноет все его тело.

Но Вейла уже не слушала. Она приблизилась вплотную к плетеным прутьям и прищурилась, разглядывая Каэра. Тот сидел скорчившись, безмолвный и на первый взгляд совершенно обычный для нежити: иссохшая серовато-зеленая кожа, тусклые зеленые огоньки глубоко в глазницах, подгнившая плоть с прилипшими клочками мха. Только в груди зомби поблескивал неправильной формы кристалл, едва заметно испускающий зеленоватый туман. Вейла протянула правую руку, и не касаясь прутьев, и начала водить ладонью из стороны в сторону, как бы сканируя пространство внутри клетки. Руны под ее кожей заскользили, меняя рисунок.

Через полминуты дриада опустила руку и выпрямилась, вынеся свой вердикт:

— Что ж… перед нами самый обычный изумрудный зомби. Ничем не примечательный, — констатировала она негромко и чуть разочарованно. – Разве что у него в груди осколок плетения, переполненный магией Споры. Но это тоже вполне обычная практика для подобных существ.

— Осколок плетения… — повторил лис, вспоминая лекции. – Это ведь части той самой ткани, что когда-то соединяла узлы между собой?

— Верно, — кивнула Вейла, не отрывая взгляда от груди пленника. – После Разлома нити распались, и остались такие вот осколки — нейтральные по природе, но жадные до магии. Их можно зарядить любым аккордом.

Она подняла ладонь и медленно провела над клеткой; тонкие руны на коже вспыхнули зелёным.

— Мортимицеры давно этим пользуются: вживляют заряженные фрагменты в тела мертвецов. Обычная нежить держится чисто на силе Споры, — такие просто ходят и гниют, — а вот изумрудные вроде этого носят в себе осколок, напитанный энергией, и способны даже колдовать.

Элвин согласно закивал.

— Странно другое, — продолжала Вейла, прищурившись. – Как эта тварь вообще прошла через пограничное защитное заклятие?

Она обернулась к Элвину, и во взгляде ее мелькнула серьезность:

— Изумрудные зомби не бродят просто так по лесу. Предел должен был почуять угрозу и разорвать чужака задолго до того, как он перешел границу. Однако тревога прозвучала лишь когда ты его обнаружил. Получается, заклятие на границах почему-то не сработало. Надо будет проверить плетение защиты – не ослабло ли где-то.

Элвин кивнул. Он и сам задавался этим вопросом. Пленник появился словно ниоткуда. Если в охранном плетении действительно появилась брешь, то это очень плохой знак.

Вейла тем временем уже принималась усиливать защиту клетки и попросила стоявших рядом дозорных отступить на шаг назад. Она обошла вокруг деревянной конструкции, ведя ладонью по переплетению ветвей. Там, где ее пальцы касались узлов лоз, вспыхивали и оставались светящиеся руны. Когда она замкнула круг и вернулась к дверце, вся клеть уже была опоясана свежими чарами. Руны на поверхности прутьев мерцали, словно светляки, образуя дополнительный контур защиты.

— Теперь все, — удовлетворенно сообщила Вейла Ее левая рука облегченно опустилась вниз, руны на теле Вейлы погасли, а кожа приобрела обычный древесный оттенок. – Можно его больше не держать. Думаю, что этих чар достаточно для защиты.

Зомби безвольно опал на пол клетки, а потом медленно поднялся и занял сидячее положение. Из груди пленника вырвался хрип – то ли стон, то ли вздох. Он окинул мутным взглядом Элвина и Вейлу, но ни слова не произнес, будто затаил обиду, за такое с ним обращение.

— А теперь, Элвин, мы с тобой присядем вон на то бревно и немного передохнем, — сказала Вейла. Она легко махнула рукой куда-то в сторону опушки. – А мальчики тут пока что подежурят и проследят, чтобы этот мертвяк ничего не натворил. Правда, мальчики?

— Конечено, Вейла! Так и сделаем! – хором откликнулись Арри и Баэрн, восхищенно наблюдавшие за только что творившей магию дриадой.

— Вот и славно! — Вейла премило улыбнулась уставившимся на нее дозорным и продолжила, уже обращаясь к Элвину. — Идем, лис, пора устроить небольшой перерыв.

Элвин послушно проследовал за ней к поваленному стволу дерева, что лежал у края поляны. Они сели. Только сейчас дозорный почувствовал, как вымотался: все тело гудело, а голова слегка кружилась от перенапряжения.

Вейла взглянула на него внимательно, и в ее сияющих глазах промелькнула забота. Но дриада начала разговор не об этом:

— А вообще ты большой молодец, Элвин, — мягко проговорила она. – Целого мертвеца пленил практически в одиночку.

Элвин смущенно опустил уши. Ему казалось, Вейла сейчас начнет отчитывать за то, что он не убил нежить сразу. Но в голосе собеседницы не было осуждения, только дружеская поддержка.

— Я… просто сделал то, чему меня учили, — пробормотал лис. – Обездвижил и позвал подмогу.

— То-то и оно, — усмехнулась дриада, подмигнув. – Многие ли из наших вообще рискнули бы к нему приблизиться? Молодец ты, говорю же.

Элвин не ожидал похвалы и потому еще больше смутился. Чтобы скрыть неловкость, он спросил то, что волновало его на протяжении всей утренней суматохи:

— Вейла, а что будет с пленником теперь? Совет Корней решит, верно?

— Верно, — кивнула она и слегка погрустнела лицом. – Остальные уже в пути, скоро будут здесь. Думаю, ничего хорошего его не ждет, уж прости за прямоту. Да и не может ждать – мы не держим нежить в лесу, сам знаешь. Опросим – и обратим в пепел.

Элвин поежился и снова почувствовал на себе груз ответственности: только он один пока слышал слова Каэра о надвигающейся беде. Но поверят ли?

— Кстати, о Совете, — внезапно сменила тон Вейла, откидываясь и упираясь руками в бревно. – Слыхал, какое нам счастье привалило?

— Ты о том, что Астиль назначили главой корпуса дриад?

Ага, — Вейла тяжело вздохнула. – Стала она, значит, нашей главной Стражницей Узлов. Теперь командует вовсю.

Элвин заметил по голосу Вейлы: та явно не в восторге. Он с усмешкой спросил:

— Недовольна ее назначением?

Вейла выпучила глаза и изобразила строгую гримасу:

— “Каждый побег в лесу должен знать свое место, а каждая ветвь склоняться перед узлом!” – проговорила она напыщенным, чуть скрипучим тоном, старательно имитируя интонации Астиль.

Элвин невольно хохотнул. Получилось очень похоже на манеру молодой дриады вещать на собраниях. Вейла улыбнулась ему в ответ и уже нормальным голосом продолжила:

— Она, конечно, умна и одарена, спору нет. Но такая серьёзная – ни улыбки, ни шутки. Всё у неё по протоколу, всё строем ходи… Эх.

Дриада обреченно махнула рукой.

— А почему тогда тебя не выбрали? Ты ведь гораздо старше ее и значительно опытней… – осторожно уточнил Элвин. Он не был до конца уверен, сколько лет Вейле, но одно он знал наверняка – Вейла точно была гораздо старше и мудрее Астиль.

— Элвин! – в голосе дриады проявились стальные нотки. — Неужели ты не знаешь, что это невежливо уточнять у девушки ее возраст!

Эээ… Прости я не хотел… — Элвин смущенно опустил голову.

— Да шучу я, расслабься! — Вейла расхохоталась и по-дружески хлопнула Элвина по спине. — Да я ведь и сама не помню сколько мне уже лет.

Стражники, стоявшие рядом с клеткой удивленно обернулись на задорные вопли дриады. Вейла же тем временем отсмеялась и продолжила:

— А если серьезно, Элвин, я никогда не стремилась никем командовать. Это ж ответственность какая – целый народ за собой вести. Я люблю в одиночку работать: книжки, руны, магия Предела… Астиль наоборот, с малых пор рвалась в лидеры. Ей бы только приказы раздавать, да всех на учёт ставить. Упорная девчонка, добилась своего. Пусть уж, раз так хочет.

Элвин, все еще немного ошалевший от такой эмоциональной реакции дриады, тихо кивнул. Ему действительно было трудно представить веселую Вейлу во главе строгой иерархии дриад. Астиль для этого подходила куда больше.

— Ладно, — заключила Вейла, вставая с бревна. – Хватит сплетничать. Ты, дружок, выглядишь уставшим – еле на ногах стоишь, уши поникли. Ступай-ка на кухню, поешь чего-нибудь. Попроси у Луво горячего рагу, кажется, он как раз наварил котёл к обеду. И часок отдохни. Потому что когда соберется Совет, то будет уже не до отдыха.

Элвин замялся, поглядывая на пленника:

— Вейла… Я хотел еще кое-что у тебя спросить.

— Ну давай. Что тебя еще гложет? — отозвалась дриада с уверенной улыбкой. – А потом сразу отдыхать. Договорились?

— Конечно, — тут же отозвался Элвин и подняв глаза на дриаду продолжил. — Просто… не понимаю. Мы ведь тоже используем осколки, да?

— Используем, верно, и очень активно.

— Например в блокирующих наручах, в оружии дозорных. Теневые следопыты вот, например вставляют заряженные осколки в свои посохи. — Элвин замолк на секунду, стараясь правильно сформулировать свой вопрос.

— Я все еще не слышу вопроса Элвин, — Вейла опустила глаза вниз и внимательно посмотрела на лиса. — К чему ты клонишь?

— Сумрачные Разведчики, вроде Корна Далета, ведь тоже получают свою силу из осколка в груди, — продолжал Элвин, собираясь с духом. — И Сумрачные Разведчики… тоже были раньше обычными людьми и эльфами, как и…

Элвин осекся и поднял глаза на Вейлу, будто опасаясь ее реакции. Но та лишь посмотрела на него внимательнее, будто оценивая, готов ли он услышать ответ.

— Ты не ошибся, — наконец произнесла она спокойно. — Да, Корн когда-то был обычным. Таких, как он, называют избранными Лозой. Это не магия ради силы, Элвин. Это возвращение.

— Возвращение?

— Да, лес не любит потерь, — Вейла медленно сжала ладони и скрестила пальцы. — Когда умирает тот, кто жил с Пределом в унисон Лоза иногда сама тянется к нему. Сохраняет дыхание внутри, через осколок. Так рождаются Сумрачные Разведчики.

Элвин нахмурился.

— Значит, их… оживляют?

— Нет. Не совсем. — Вейла покачала головой. — Они не умирают в привычном смысле. Их тело становится как бы продолжением узла, частью Зеленого Предела. Осколок, напитанный магией Лозы, соединяет сердце с потоком. Душа остаётся своей. Всё, что делает Лоза — даёт возможность остаться.

— А кто решает, кого оставить?

— Сам Предел. И… сам воин. Это нельзя навязать. Ритуал Возвращения совершается только по согласию. Лес предлагает, человек принимает. Или не принимает. Если бы Корн отказался, Лоза бы просто не смогла его вернуть, и никакая магия бы тут не помогла, — она слегка усмехнулась. — Лоза не терпит насилия.

Элвин опустил уши, стараясь осмыслить.

— Но ведь и Мортимицеры связывают мёртвых с осколками. Чем это отличается?

Вейла приподняла бровь.

— Разница, как между садом и кладбищем, Элвин. Мортимицеры вбивают осколок в мёртвое, заставляют магию служить гнили. Мы вплетаем живое в живое. У них — приказ, у нас — договор. Они подавляют волю, мы усиливаем её. Поэтому наши Разведчики могут думать, шутить, спорить… в общем все то, что может обычный живой человек или эльф.

Элвин долго молчал, переваривая сказанное.

— То есть, Сумрачный Разведчик — это не мёртвый хранитель, а часть леса.

— Вот именно. Часть, которая выбрала остаться.

Он кивнул, глядя на клетку с Каэром.

— Тогда понятно, почему тебе так противны Мортимицеры. Они делают то же самое, но против воли.

— Да, — мягко подтвердила Вейла. — Что-то вроде того.

Некоторое время оба молчали. Ветер донёс запах варёного мяса с заставы, и желудок Элвина предательски заурчал.

Вейла усмехнулась:

— Вот и правильно. Лес любит, когда его защитники не только умничают, но и едят вовремя. Ступай, кажется, Луво как раз снял котёл с огня.

— А ты?

— Я? — она качнула головой. — Побуду с нашим гостем. И прослежу, чтобы Спора не решила пошевелиться раньше времени.

Элвин встал на все четыре лапы, и сладко потянулся.

— Вейла… А дриады ведь тоже…

— Элвин! — усмехнулась она. — Иди уже, достаточно с тебя на сегодня легенд и баек!

Элвин тихонько кивнул и направился в сторону кухни, чувствуя, как с каждым шагом напряжение отпускает его тело.