Когда и почему появился патриотизм? Часть I
Всем привет! Кажется, данный вопрос способен вызвать изумление: "Как это мол, когда патриотизм появился? А раньше его что, не было). Но два моих последних поста (читать здесь Стоит ли умирать за государство, если оно позовёт? и здесь: Не путайте Отечество и Ваше превосходительство) и куча комментариев показывают, что в этом вопросе стоит разобраться.
Ну, благо, я - историк, так что пояснить могу.
Но заходить придется со времен седого Средневековья. Касаться мы будем русской истории, но эти процессы протекали в общем-то и во всех остальных государствах. Итак, в Средние века патриотизма как такового....не существовало! Потому что никакого единого государства не было. Было несколько десятков княжеств, среди которых выделялись относительно крупные: Суздальское, Тверское, Рязанское, Ярославское, Смоленское и т.д. Каждое крупное княжество делилось на множество мелких. Князья постоянно воевали друг с другом, стремясь захапать побольше земель, с которых можно было получать доходы. При этом постоянно перемещались с одного престола на другой, в зависимости от того, как складывалась военно-политическая обстановка.
Но, естественно, воевали князья не сами друг с другом (хотя в боях участвовали лично). У каждого князя была дружина. Это было сообщество профессиональных воинов, которые выбрали войну своей профессией. Дружина делилась на старшую (воеводы и бояре, которые помимо непосредственно войны занимались и гражданским управлением на подконтрольной князю территории, и дипломатической службой) и младшую (те, кто собственно махал мечом).
При этом ни о какой абстрактной идеологии среди дружинников говорить не приходилось от слова совсем. Все было предельно рационально. Князь кормил дружину, одевал-обувал ее, раздавал им земли, жаловал холопами и челядью, разного рода наградами (пресловутые шейные гривны дружинников - это отдаленные "предки" золотых цепей, которые в 1990-е будут носить "братки", а "парча, шелка и аксамиты" ценились так же, как в эпоху "дикого капитализма" малиновые пиджаки). Соответственно, дружина за князя воевала и мочила его противников.
Конечно же, у дружинников был свой "кодекс чести", но с книжно-романтическими представлениями о "возвышенном и благородном воине - защитнике сирых и угнетенных" он имел мало общего.
При этом дружинники считались людьми вольными и в любой момент могли покинуть своего князя. Если князь недостаточно хорошо кормил дружину, одежонка была не столь "брендовой", земли жаловал малоплодородные и болотистые, холопок - кривых да горбатых - дружинники спокойно отъезжали на службу к другому князю. Который кормил сытнее, одежду жаловал красивее, деревеньки давал богатые, да холопок пригожих и к ебле ловких. После чего вчерашний дружинник рязанского князя ничтоже сумняшеся сражался против своего прежнего сюзерена в составе войска князя владимирского.
При этом дружинники могли спокойно отъехать на службу и к правителям соседних стран. Например, польские дружинники служили русским князьям, русские - византийским императорам. Это было вообще в порядке вещей. Когда более сильный правитель захватывал земли более слабых - он как правило брал к себе в дружину воинов своего менее удачливого конкурента и тем самым увеличивал мощь своего войска.
Конечно, бывало и так, что дружинники сражались за своего князя, даже если тому изменяла удача. И готовы были за него головы сложить. Но это вовсе не потому, что они так сильно любили Ростовское или Тверское княжество. А потому, что конкретный князь был очень харизматичным правителем, как магнит притягивающим к себе людей. Например, про князя Василько Ростовского (XIII век) в летописи сказано: "А из тех, кто служил ему и уцелел в сражении, кто ел хлеб его и пил с ним чашу, тот уже не мог быть слугой другого князя». Но дело было именно в личных особенностях этого князя.
Что же касается подавляющей части населения - крестьян - то они вообще не мыслили категориями государственными или национальными. Крестьянин мыслил категорией своей деревни или села и ассоциировал себя именно со своей деревенской общиной - маленьким, замкнутым мирком. Об абстрактной идее "Русской земли" мужик почти не имел никакого понятия. Князья же менялись с калейдоскопической быстротой. Сегодня твоя деревня принадлежала смоленскому князю, завтра ее захватывал князь брянский, послезавтра - тверской. А еще через пару лет - какой-нибудь литовский или польский князь.
При этом в военных действиях крестьяне участия не принимали. Ибо банально воевать не умели. Никому и в голову не приходило включать крестьян в войско. Воевали - дружинники. Которые служили князю за материальные блага.
Мужики же выращивали хлеб и овощи, разводили скот, ловили рыбу, били зверя - и платили натуральный оброк своему князю. При этом им было в общем-то глубоко все равно, какому именно князю платить дани. Тверскому, смоленскому, рязанскому. Или вовсе польскому или венгерскому королю. Ибо в дела крестьянских общин никто из них не лез. Да и зачем лезть-то? Даже в о время боевых действий (которые как правило были локальные) и княжеских междоусобиц крестьянские деревни старались особо не разорять. Ибо кто будет потом пахать поля и скотину пасти? Не князья же и не дружинники.
В общем, на протяжении всего Средневековья крестьяне жили в своих деревнях и платили дани тому князю, которому в данный момент подчинялась их деревня. Дружинники воевали за материальные блага. Князья собачились друг с другом. От кочевников они, правда, старались своих мужиков защищать. Ибо если половцы и печенеги угонят всех мужиков в рабство - кто им дани-то платить будет? Кто будет кормить вояк? Поэтому дружинники гоняли кочевников и прочих конкурентов бдительно смотрели, чтобы кормиться в этих деревнях могли только они, а не какие-то там рязанцы косопузые или новгородцы шепелявые.
Абстрактной идеологии патриотизма места в этих условиях не было.
Во второй части посмотрим, как развивалась ситуация в Новое время.