Головные мюсли :)⁠⁠

- Поезд до станции... Отправляется с... платформы через... минут, - объявили на перроне. Небольшой поток опаздывающих поспешил занять места согласно купленым билетам. Я же, скучая, смотрел в окно, думая о том, что в очередной раз совершил ошибку, придя на вокзал за полчаса до отправления. Раньше положенного электричка не уедет, а я мог бы меньше времени придавать сидалищу квадратную форму.
Слева, у окна по обе стороны от столика ещë раньше меня устроилась пожилая пара. Между ними стояла тележка на колëсиках, плотно набитая чем-то, сверху стоял кожаный рюкзак светло-коричневого цвета.
На столике лежит смятый бумажный пакет, а так же две бутылки: его коньяк и еë сок.
Электричка тронулась, пейзаж за окном начал медленно меняться, отвлекая моë внимание от старичков. Бетонные и кирпичные постройки постепенно сменялись лесом. В такие моменты приятно размышлять. Мысли идут одна за одной без всякого сопротивления, не задерживаясь, не оставляя осадка. Наиболее приятные можно растянуть, а неприятные заставить проскочить так быстро, что о них тут же забываешь.
Из приятной задумчивости, переросшей в дрëму, меня вывел несколько раздражëнный голос, принадлежавший старику. Вновь обратив внимание на пожилую пару, я отметил, что и сока, и коньяка заметно поубавилось. Стараяясь не смотреть на них слишком долго, я обратился в слух.
Она пила много сока, он не уступал в количестве выпитого коньяка. Чем больше она пила, тем чаще выходила в туалет. По недовольному бурчанию старика стало понятно, что бегает старушка в туалет уже не второй, и даже не третий раз. Пока еë не было, позволил себе рассмотреть старика.
Он так и не повернул головы, смотрел куда-то на стол, должно быть, там у него лежала газета, книга или смартфон. Оторвавшись, выпил рюмку, налил снова и уставился в окно.
Наконец, старушка пришла, с некоторым трудом втиснулась на своë место. Старик, казалось, только этого и ждал. Не успела она сесть, как он принялся еë отчитывать. Как я ни старался, не смог разобрать ни слова. Старик говорил негромко, сливаясь с окружающим гулом.
Спустя некоторое время, когда я почти решил отвернуться, старушка снова вышла в туалет, старик проделал то же, что и в первый раз: что-то читал, выпил рюмку, налил, посмотрел в окно, вернулся к занятию.
Вскоре вернулась старушка, протиснулась к месту и, казалось, не заметила ворчание мужа, который, несомненно, снова еë отчитывал по тем же причинам.
Стало интересно, сколько ещë повторится эта ситуация.
Время шло, коньяка и сока оставалось, думаю, одинаковое количество, по половине ëмкости. За это время старуха покинула своë место один раз.
Заметив количество оставшегося алкоголя, старик убрал бутылку, старуха поспешно повторила то же с соком. Через десять минут пара сошла на остановке, электричка тронулась дальше, показывая мне повторяющийся сюжет.
Бетонная станция сменялась кирпичными домами, кирпичные дома сменялись деревянными, а те, в свою очередь уступали место деревьям.
Я сидел, лениво провожая глазами очередной пейзаж, когда мою голову посетила очередная мысль: лучше энурез, чем маразм. На этом поток мыслей закончился и я, наконец, уснул.