Гностические корни образа Незнайки. Мистическое (не)везение
В предыдущей статье мы начали исследование общества коротышек из книг Носова о Незнайке и телефильма 1983 года "Незнайка с нашего двора".
И вот здесь образ рассеянного неудачника Незнайки перекликается с другой звездой кинематографа 1970–80-х — Пьером Ришаром, точнее с образом неудачника и растяпы по имени Франсуа Перрен (Пиньоль), которого играл не только Ришар.
Этого героя создал писатель и режиссёр Франсис Вебер. Скопировал он Франсуа Перрена с самого себя и естественно не мог не наградить положительными качествами.
Помимо прекрасной чистой души и неунывающего доброго характера (на фото самого режиссёра 1970-х годов это возвышенный человек с необычным взглядом) Франсуа Перрен обладает фантастической везучестью.
Герой кинокомедии «Невезучие» — везучий? Звучит парадоксально.
Но вспомним «Высокого блондина в чёрном ботинке» — неудачливый по мелочам герой, невероятно удачлив в деле спасения своей жизни, причём совершенно не зная на первых порах о том, что его хотят убить.
Всякий иной человек — и очень умный, и обыватель, давно погибли бы, а Франсуа Перрен благодаря стечению обстоятельств, необычным привычкам и даже бытовой, как ни странно, везучести, остаётся жив.
И примерно такой же Незнайка, по крайней мере, в третьей части этой трилогии — в скандальной (в наши дни) повести «Незнайка на Луне», где он поначалу неудачлив: попадает в полицейский участок, а экономическая гостиница съедает все его деньги, но постепенно ему везёт, уже не без обычного трудолюбия и целеустремленности он идёт вверх в чуждом ему обществе (напоминая путь страданий и просветления пары наших людей в фильме «Кин-дза-дза»).
У Незнайки всё идёт по восходящей, в отличие от крутого зигзага в карьере его толстого земляка Пончика, который случайно разбогател, подметив закономерность, что на Луне соль не употребляют в пищу, но потом погорел от конкурентов и из богачей скатился в нищие и чернорабочие и ворочал чёртово колёсо…
Образ Незнайки стал особенно популярен в XXI веке, с развитием интернета. Сыграла роль и мультипликационная экранизация «Незнайки на Луне» 1997 г., которая так актуально срезонировала с наступившим капитализмом в России, так и возможность каждому интернет-пользователю высказать идеи которые, на первый взгляд выглядят натянутыми или даже безумными.
Так, с конца 2010 годов, существует версия христианского истолкования вселенной Незнайки, где мэр Цветочного города Знайка — царь Ирод. Незнайка, осмеянный его жителями (Распни его!), верящий в иррациональных Волшебников —это Иисус Христос, а влюбленнная в него Кнопочка — Мария Магдалина.
Соответственно, Незнайка борется с фарисейской властью воплощения иудейского царя Ирода — Знайкой (библейскому толкованию образа Незнайки и его окружения посвящены две статьи Василиска в Живом Журнале).
Есть и версия гностического (манихейского) истолкования образа Незнайки, где Знайка — архонт, точнее, Яхве — бог Ветхого Завета, который с точки зрения манихейцев, лжет, что он Бог, а на самом деле он — Верховный Архонт, Демиург, владыка мира сего. В нем присутствует злое начало, ибо он сотворил материю, отягощённую злом. (Подробнее drugoe-kino.livejournal.com/3251384.html)
А Незнайка в этой гностической трактовке фильма — опять-таки Иисус.
Хоть и прозвали Чертяйкой роль Незнайки в исполнении Валерика Сонгина, он эдакий Святой Грешник, сохраняет связь с сакральным, ибо напрямую ищет вход в потусторонний мир, на мгновение видит двух волшебников и впоследствии, как предсказывает его подруга Кнопка, находит их (она даже вперед Незнайки устанавливает с ними близкий контакт).
Выходит, Незнайка и грешен, и свят — совсем как пара молодых разгильдяев из французского фильма 1974 г. «Вальсирующие», где молодой Депардье и Девэр играют двух бунтарей без причины. Непонятно как, но Вальсирующие навевают мысли о сакральном, хоть в сюжете скандального фильма семидесятых и нет зримого фант. элемента. Незнайка как и герой Депардье в той ленте, борется против этого мира, чтобы его разрушить, потому что мир — порождение злого начала создателя этого мира — Демиург (подробнее в статье «Вальсирующие по жизни против Мироздания, или Бунтующий Незнайка сбегает от иллюзии»
Знайка даже именем своим претендует на всеведение и власть.
Но он, подобно Демиургу гностиков, ошибается, ибо несовершенен как и прочие коротышки. Но в отличие от них, даже более грешен, так как делает громкие безапелляционные заявления наподобие «Волшебников нет, я гарантирую это!» в продолжении спора о Душе на площади Цветочного города в фильме Рауш – Апасяна.
Казалось бы, в двух книгах Носова описано общество всеобщего достатка, изобилия, близкое Золотому веку. Но подвёл, так сказать, кадровый потенциал.
Ведь идеальное общество должно руководствоваться Благодатью: нормами, основанными на любви, и таким образом творить историю, писал русский философ Борис Вышеславцев, который опирался на учение апостола Павла. Любовь по мнению философа, должна стоять выше закона.
Но никакой любви к изгою нет и в помине, и враждебное отношение к Незнайке людей из якобы идеального будущего прослеживается не только в фильме, но и в первой книге трилогии Н. Носова «Приключения Незнайки и его друзей». Коротышки там нетерпеливы, суетливы, мелочны, ограничены духовно и нравственно, не принимают ни стихов Незнайки, ни его портретную живопись, не понимая содержащихся там авангардизма и сюрреализма, а требуя лишь буквализм.
И ведь недаром во второй части трилогии, Незнайка волшебным образом обретает знание французского языка. Уж не затем ли, чтобы приобщиться к нонконформистским идеям французского философа Жан Поля Сартра, расцвет творчества которого пришёлся на те же годы(1950-х – 1960-е), что и написание Носовым повестей о Незнайке.
Как и герой «Степного волка» Германа Гессе, Незнайка живёт среди людей, но социальные связи с ними нарушены.
Как тут не вспомнить Александра Дугина: «Нормальным государством и нормальным обществом должны править венценосные младенцы, или, на худой конец те, кто ближе всего стоят к детскому состоянию души: провидцы, мудрецы, святые, пророки, так же как дети, чисто верующие во вселенную чудес, сохраняющие связь с миром души…»
А Вышеславцев утверждал, что историю творят странники и пришельцы на земле, которые вечно ищут отечества, стремятся к лучшему, их ведёт Вера.
Неприятие чуждого мира западного прагматизма носило у Незнайки на Луне физический характер: у него словно налились свинцом руки и ноги. Но это описание напоминает ощущения русского религиозного философа Павла Флоренского.
Знайка (как учёный и мэр) – символ бюрократической науки, претендующей на всезнайство. Сценарист Веткина в годы застоя высмеяла догматиков и иатериалистов.
Но образ Незнайки как главного оппонента догматика-материалиста Знайки, не продуман до конца. Вместо образованного эзотерика, он грубиян и невежда.
Всё же Незнайка бунтарь-гностик, т.к.:
— Верит в Чудеса
— Видит иррациональное — Волшебников
— Борется с системой словом и делом (подбрасывает коммуне Знайки вещи великана).
— Показывает презрение к институтам, нормам, обычаям и ценностям общества.
Персонажи братьев Торсуевых (Волшебников) похожи на устроителей реалити-шоу наподобие идеи фильма «Шоу Трумэна» или существ из «Темного города» (фильм, США, 1998), или Наставников из «Града обреченного» А. и Ю. Стругацких. Это аналогия человечества, не знающего, но толкующего, что такое иные миры.
Продолжение: Демонология мира Незнайки.
Оглавление: