Черный псалом⁠⁠

Глава 1. Рождённый на золе

Его нашли на пепелище.
Деревню сожгли за три дня до того. Наёмники роты «Железные Вороны» проходили мимо, искали, чем поживиться, и услышали плач. Не человеческий, скорее похожий на кошачий. Он шёл из-под обугленной балки.
Под балкой лежала мёртвая женщина. Живот у неё был распорот, а между её ног, в золе и крови, орал младенец.
Он родился уже после смерти матери. Её вспороли, чтобы достать ребёнка, но не для того, чтобы спасти. Рядом валялся нож с вытравленной на лезвии спиралью. Тот, кто резал, ушёл, оставив добычу.
Или не добычу. Просто испугался.
– Добей, – сказал кто-то из наёмников. – Всё равно сдохнет.
– Сам добивай.
Никто не стал. Старый Грох, бородатый обозник с изрубленной щекой, завернул младенца в плащ и сунул за пазуху. Позже он говорил, что просто не хотел слушать этот вой всю дорогу.
На самом деле он заметил другое. Ребёнок не плакал от боли. Он плакал от злости.
Так Торн вырос в обозе, среди лошадей, железа и мёртвых. К пяти годам он умел точить клинки. К семи знал, как умирают раненые: сначала просят воды, потом мать, потом ничего. К девяти впервые убил человека, мародёра, который полез в телегу к больному Гроху.
Он не испугался. Только удивился, как легко это выходит.
К двенадцати у него появилось то, чего не было ни у кого в роте. Чёрная метка на шее, прямо под затылком, в форме спирали. Она не болела днём. Зато по ночам горела, и в эти ночи рядом с ним кто-то стоял.
Торн никогда не видел его. Но каждый раз, когда метка начинала жечь, умирал кто-то из роты.
Грох заметил это первым.
– Мальчик, – сказал он однажды, глядя в костёр, – если я скоро помру, уходи отсюда. Уходи и не оглядывайся.
Той ночью метка жгла так, что Торн кусал руки до крови.
Утром Грох лежал в телеге мёртвый. С улыбкой.
Продолжение следует…

P.S если понравится, выпущу 2 часть