Часть 3. Коморбидность
2009 год. После событий второй части я оказался в коридоре Республиканского онкологического диспансера. Обстановка удручающая, пожилые люди смотрят на меня с сочувствием, а я сижу с товарищем, который по случаю пошёл со мной, и в ожидании приглашения придумываю шутки про полип и сигмовидную кишку. Я в отличном настроении, меня не беспокоит никакой ответ, мне кажется меня вообще невозможно побеспокоить любыми новостями.
Здесь нужно сделать ремарку. Я обращаю внимание на свое тогдашнее восприятие, потому что это будет важно для анализа дальнейшего течения заболевания.
Итак, выходит врач и зовет меня на разговор, с серьезным видом, и даже с какой-то таинственностью. Когда оказался за столом, спрашивает меня: зачем я сюда пришел. Я недоуменно отвечаю, что голос в телефоне так сказал. Со вздохом начинает рассказывать, что беспокоится не о чем и на колдунском сообщает результаты биопсии. Я ничего не понимаю, но согласно киваю: так и знал, что ничего серьезного.
Из заключения гистологии: фрагменты гиперпластического полипа слизистой оболочки толстой кишки. В конце врач добавляет: нужно хотя бы раз в год проходить ФКС (фиброколоноскопию). Вот эта новость меня немного расстроила. Мало того, что процедура унизительная, так еще адски болезненная, особенно, когда всё внутри воспалено. Про себя думаю "возможно через лет десять повторю, но это не точно".
Так получилось, что через три месяца я ушел с госслужбы с желанием заняться бизнесом (это отдельная история). Через два года меня снова пригласили, но уже в другое ведомство. Там нужно было проходить серьезную медкомиссию, которую я, естественно, с непогашенным НЯКом не прошел. Тут я понял, что второй раз допустил ошибку, принеся всю свою историю болезни (хотя думаю, что если бы захотели, узнали бы и так). В итоге отправился в первоначальную клинику с требованием снять дурацкий диагноз, который еще и морально давил на меня постоянно. Меня отправили к профессору гастроэнтерологии, которая заведовала отделением. Там меня встретила доброжелательная спокойная пожилая женщина, которая категорично отказалась снимать диагноз. Никакие аргументы, что у меня особо нет симптомов после полипэктомии, что НЯК так не должен проявляться, не принимались. Я смирился и просто отказался от госслужбы, уже навсегда.
В 2011 году снова сильные боли, кровь в стуле. К этому времени я снизил потребление алкоголя, стал более умеренно питаться. Занимаюсь спортом (в основном тренажерка).
Иду к врачам: все смотрят диагноз и отправляют на ФКС. Упираюсь до последнего. Ретроманоскопия, ирригоскопия, узи, осмотры проктологов, разных хирургов (один из которых, сказал, что это всё ваши штанги, от них у кого угодно кровь будет) -- прохожу всё, только бы не ФКС. Почти год хожу по врачам, состояние то хуже, то лучше.
В 2012 году стало как-то полегче. Возможно одно из рандомно назначенных лечений помогло. И до 2016 года, не считая небольших эпизодов спазмов, вздутий, диарей и повышенной утомляемости, особенно ничего не беспокоило. Тут отмечу, что с 2009 года нормального стула по бристольской шкале у меня не бывает. Но в целом стул один-два раза в день -- жить можно.
В 2016 году наступает новый поворот, который разделяет мою жизнь, на до и после. Я уже женат и у меня двухлетний ребенок. Я работаю в крупной компании, и все идет неплохо, по крайней мере в социальном плане я двигаюсь в нужном направлении.
Заболеваю сильной простудой, температура под 40, приходит врач (как оказалось фельдшер) и ей показалось, что одно легкое она не расслышала в стетоскопе. Назначает антибиотики срочно и в хороших количествах, потому как это точно воспаление легких (как потом оказалось никакого воспаления не было).
Два дня приема антибиотиков, в результате которых произошло следующее: я проснулся ночью, в панике стал ходить по квартире и упал в обморок со скрюченными, со слов жены, пальцами. Жуткое зрелище. Жена вызвала скорую, приехавшие врачи покачали головами, послушали, потрогали и списали на перепад температуры. Перед сном было под 40, когда они замерили было 35,6. Может ибупрофен так подействовал? Может. На следующую ночь все повторилось, паника усилилась. Так началось мое знакомство с Генерализованным тревожным расстройством.
Такой вот поворот. Не спешите думать, что теперь речь пойдет о заболевании не связанном с ЖКТ. Сегодня я понимаю, как это работает и почему это не так. Но тогда, ясное дело, таких мыслей мне прийти в голову не могло. Но тут нужно рассказывать подробнее, о чем напишу в третьей части.