Час Морока (2ч)⁠⁠

Друзья вот и продолжение рассказа)
буду благодарен если вы поддержите меня как автора подпиской на YouTube 👇
https://youtube.com/@lucifer999

— Твою мать! - Я проснулся чуть позже обычного, за окном светило солнце. Желудок крутило, к горлу подкатывал отвратительный ком. Попытавшись резко встать я понял, что не донесу содержимое своего желудка дальше своей комнаты. Резким движением я выдернул из-под кровати алюминиевое ведро и моментально наблевал в него смесью из желчи и непереваренных макарон.

— Стоп. Ведро? В последнюю секунду я успел одернуть от емкости руку, но в большой палец уже впилась длинная острая лапка. Остальные конечности “клеща” трепыхались, тянулись к моей руке, быстро-быстро перебирая в воздухе.

— Падла! - Выругался я, быстро вскочил и побежал на кухню, где хранилась газовая горелка для розжига печи. Взяв баллон я немедленно зажег его, держа руку на весу и стараясь следить за тем чтобы лапки не дотянулись до моего тела. Направив струю огня на ведро я приготовился к боли. Существо так резко выдернуло из моей конечности щупальцо, что оторвало мне часть плоти. Перевернувшись дном кверху, оно встало на лапки и попыталось уползти от меня. Загнав “клеща” в угол я продолжил палить его. Металл ведра покрылся кровавыми волдырями, стал свистеть, как закипающий чайник, съеживаться. Гнойники надрывались, жидкость из них разбрызгивалась по всей кухне. В конце концов емкость сжалась, засохла и перестала двигаться.

— Да что со мной происходит? Сука! - Застонал я.

Привычный алгоритм утренних действий был нарушен, нужно было срочно наверстывать упущенное время. Наскоро перевязав палец я сунул останки существа в мусорный пакет я побежал одевать старуху и готовить завтрак. Бабка, не смотря на события вчерашней ночи, выглядела как обычно.

Быстро сварив кашу и покормив бабушку я ускоренно занялся стиркой и уборкой. Сегодня нужно было привести дом в максимальный порядок. Вынести весь мусор, пустые бутылки, вымести грязь. Пытаясь завершить все дела до обеда я максимально выдохся и к моменту, когда нужно было заводить напольные часы уже валился с ног.

Заперев старуху я занял свое привычное место на кухне и открыл банку пива. Залпом выпив ее, я приготовился к часу Морока.

К моему удивления, без всяких лишних эффектов, на кухню прошел Федор Михайлович и, не здороваясь, сел напротив меня.

— Ну, Серега? На чем мы остановились?

— Вспомнить бы ещё, Федь.

— Там что-то про шамана.

— Ах да, точно. - Я встал, прошел к холодильнику, достал и открыл еще одну банку пива. - Если хочешь - сам возьмешь. - Обратился я к Михалычу. - Шаман, значит. Расстреляли его, или запытали до смерти, кто знает? Поставили московского управляющего, да и продолжило село жить дальше. Жителей тут никогда много не было. Сотни четыре в лучшие годы. Некоторые уехали после смерти и похорон шамана, но многие остались. За то время, что они успели здесь провели, они успели привыкнуть, осесть. Завести семьи, построить дома, засеять участки. А потом стали происходить странные вещи: люди пропадали, калечились, рассказывали про странных существ, бродящих по улицам.

— Как интересно. И с чего же это вдруг? - Михалыч оскалился.

— Все из-за шамана. При жизни он черпал силы из этого места. Общался с духами и, видимо, установил какой-то мостик между нашим миром и… иным. Я не знаю подробностей: не разбираюсь в этом. И по этому мостику в наш мир проникло что-то. Мертвый шаман, знаешь, не мог контролировать это, в силу очевидных причин. Тогда-то и начался настоящих хаос: буквально за месяц в деревне осталось не больше двух десятков людей, и я в их числе. Я тогда был еще маленьким ребенком. Лет десяти-одиннадцати. Боялся того, что происходит. Плакал, когда однажды выйдя во двор погулять понял, что никого из моих друзей не осталось. Как сейчас помню: стоял на детской площадке с мячом в одной руке и пластиковым горшком с лопаткой в другой. Я ревел, понимая что больше никто не выйдет поиграть со мной. Слезы лились от осознания того, что я больше никогда не увижу своих друзей.— Ай как грустно. Бедный маленький Сереженька. - Михалыч продолжал скалиться, смотря мне прямо в глаза. - Может быть, если ты выйдешь погулять сейчас, то встретишь их? - В эту же секунду я выглянул в окно и увидел друзей моего детства, гоняющих мяч во дворе. Они смеялись, неловко пасовали друг другу, толкались и падали в песок. Сердце ёкнуло. С большим трудом мне удалось перевести взгляд обратно на Федора.

— Воздержусь. - Я залпом выпил добрую половину банки пива. - И вот, в этой опустевшей деревне, среди единиц выживших, меня стали учить всем этим дурацким правилам. Ты бы знал, Михалыч, как меня это всё достало за столько лет! Каждый день одно и то же! Проснулся, осмотрелся, занялся одними и теми же делами по дому, пересидел, перетерпел этот час! Сколько всего ты со мной делал? Топил, резал, убивал моих родных, поджигал, плавил, морозил! Я в зоопарке столько животных не видел, сколько на этой кухне! А все эти твари, Федя? Мерзкие, из самых темных глубин моего подсознания. Я с самого детства научился не бояться и терпеть. После обеда - одни и те же дела. Каждый вечер - одни и те же развлечения. И по новой, Федя. Почти десять лет одного и того же! День за днём, день за днем! За что мне это? Просто потому что мне не повезло здесь родиться? За какие мои грехи такая жизнь? Если сегодня тебе какая-нибудь хрень не оторвёт руку, так завтра пройдешь по определенному двору не вприпрыжку а обычным шагом и тебе ступни отгрызут младенцы, вылезшие из луж! И я ведь привык. Почти нормой было! А потом я ведь вырвался, уехал…

— Ты знаешь, что делать. Се-ре-жа. - У Михалыча улыбка стала неестественно кривой: верхняя губа почти касалась носа, усы торчали во все стороны а уголки рта растянулись почти до самых скул.

— Знаю, Федя. И когда я уехал отсюда, в тот день, когда я впервые проснулся… Я не мог поверить что это всё взаправду. Что это не очередная иллюзия. Что я могу еще немного поспать. Не заниматься одними и теми же делами. С людьми пообщаться! Отношения построить! Жить так, как нравится мне! Не бояться что-то новое сделать, потому что можно нарушить очередное дебильное правило! И это больно, Федя. Понимать что есть место, где я могу быть в безопасности, могу не зависеть ни от чего, кроме себя. Место, в котором мне не страшно засыпать и просыпаться, где мне не нужно бояться каждого встречного на улице, предмета в моем доме или времени суток!

— Ты. Знаешь. - Кожа на лице Михалыча треснула в районе подбородка и расползлась по обе стороны лица. Глаза закатились, из носа пошла кровь. Его кожа отошла от черепа как будто что-то резко дернуло Федора за загривок. Стуча зубами существо в обличии коллеги продолжало повторять - Ты. Знаешь. Что. Делать. Ты. Знаешь. Что. Делать. Ты. Знаешь…

Я сел и, не обращая внимания на теряющего плоть Федора, продолжил:

— За что вы так со мной? Зачем вы дали мне выбор?

Часы пробили двенадцать.

∗ ∗ ∗

— Здравствуйте, мои дорогие! - Улыбнулся я, тем же вечером приглашая пройти в дом свою девушку Настю и ее сына Артема. - Спасибо, что смогли добраться так далеко! - Чмокнув в щечку подругу я поднял на руки Артема.

— Дядя Сережа! Радостно закричал он, принявшись обнимать меня.

— И я рад тебя видеть, бандит!

Пригласив их на кухню, я наложил им скромный ужин.

— Вот, присаживайтесь. Насть, я очень благодарен тебе, что ты сможешь меня подменить.

— Да ладно тебе - Улыбнулась она. - Чего мне стоит денек посидеть с твоей бабушкой.

— Да даже меньше дня, я уеду на ночь и утром сразу же приеду и заберу вас. А потом поедем, наконец-то, в отпуск! - Выдавил из себя я. - Давайте, располагайтесь. Вот там - Махнул я рукой. - Ваша комната. Я посетил чистое постельное, за бабушку не переживайте, я уложил ее. Вашей помощи не потребуется. Еда в холодильнике, вода свежая, сегодня набрал. Ну, думаю, не пропадете. - Через силу я заставил себя улыбнуться.

— Хорошо, Сереж. Давай, езжай, как-нибудь разберемся! - Она поцеловала меня в щеку.

Помедлив, я взял рюкзак со своими вещами, помахал рукой Артему, жадно уплетающему запеканку, и вышел во двор.

Темнело.Постояв недолго на холоде, я направился к своей машине. Закинув на пассажирское кресло свои вещи я завел двигатель, еще раз посмотрел на свет из окна моего дома и поехал.

Мне с трудом удавалось сдерживать слезы. Проехав мимо выгоревшей таблички с названием деревни я вдавил газ и постарался уехать из этого места как можно быстрей и дальше.

В тот день ведьма рассказала мне все про Оново. Про шамана, про пропавших людей.

По тому мосту между мирами в нашу реальность пришло существо. Это не были какие-то отдельные духи или демоны, нет. Вся деревня, каждый ее дом, камень, листик на дереве и ягода в кустах стали его частью. Мы впускали его в себя употребляя воду, собирая грибы и ягоды, да даже просто дыша воздухом тех мест. Вся эта деревня стала одним огромным монстром. И существо имело разум. Прикончив большую часть людей, оно поняло, что если убьет всех, то вскоре ему нечем станет питаться. И так я, да и все оставшиеся, стали собачками на длинном поводке, выпущенные хозяином и гуляющие до тех пор, пока их не притянут назад. И лучше бы ты к этому моменту был с косточкой в зубах. В этом случае, тебя погладят по головке и пустят гулять дальше. В этот чудесный свободный мир без страха.

Ведьма быстро поняла, что от нее хотят. Поэтому частенько отправляла в “место силы” людей, кто имел несчастье прийти к ней за советом. “Прогуляйтесь там. В церковь зайдите, пообщайтесь с местными! Там такая природа, такая мощь! Все ваши проблемы разом уйдут!” - обещала она. И, в чем-то, даже не врала.

А вот мне осмыслить происходящее не хватило времени. Когда оно позвало меня, я пришел с пустыми руками. Долгий месяц оно мучило меня, показывало какой будет моя жизнь, если я не сделаю то, что оно хочет. И я сдался. Цена чужой жизни - моя свобода. Недолгая, но такая нужная.

Я ехал все дальше и дальше от Оново. Слезы все еще текли по моим щекам. Но назад пути уже не было. Я хотел другой жизни. Я хотел вырваться из этого вечного замкнутого круга.

Но единственное, что я мог почувствовать вместо облегчения, был тот факт, что я - всего лишь червяк на рыболовном крючке. Мой хозяин достал меня из банки, насадил на иглу, плюнул сверху и забросил в глубокие темные воды. Все что я могу - дергаться в конвульсиях. И если на меня хозяин поймает рыбу, то я получу свою долю отдыха, лежа в заросшей земле недалеко от берега. И отдых этот продлится ровно до того момента, пока хозяину не понадобиться новая рыба. И единственное, о чем я могу молиться - чтобы наступил день, когда пойманная рыба окажется ему не по зубам.