Были ли бомбардировки Хиросимы и Нагасаки военными преступлениями?⁠⁠

Да, бомбардировка была военным преступлением. Для ясности, согласно установленным на тот момент правилам войны, это не было строго военным преступлением, поскольку соглашения о воздушных бомбардировках городов еще не были приняты, так что это не нарушало Женевские конвенции того времени, хотя сейчас это определенно было бы нарушением.

Однако это все равно было военным преступлением, и я объясню почему. Это один из основополагающих уставов Нюрнбергских процессов, который определил преступления против человечности.

Статья 6(c) Устава Международного военного трибунала:

Убийства, истребление, порабощение, депортация и другие бесчеловечные действия, совершенные против любого гражданского населения до или во время войны; или преследования по политическим, расовым или религиозным мотивам в связи с любым преступлением, подпадающим под юрисдикцию Трибунала, независимо от того, нарушали ли они внутренние законы страны, где были совершены.

Также было установлено, что независимо от того, считала ли страна это законным на момент совершения, это все равно было преступлением. Таким образом, преступления против человечности подлежали преследованию ретроспективно.

Если посмотреть на карту прицеливания выше, вы увидите, что точка прицела находилась в центре города. И не на доках, фабрике или военных складах, расположенных на юго-востоке, отмеченных цифрами 2 и 4, которые практически не пострадали от взрыва, что, по мнению некоторых, ретроспективно делает город военной целью.

Таким образом, ядерная бомбардировка представляет собой массовое убийство и бесчеловечные действия, совершенные против гражданского населения, наряду со всеми другими актами террористических бомбардировок городов во Второй мировой войне.

Никто не был привлечен к ответственности за эту практику после Второй мировой войны, потому что было бы невозможно оправдать политику самих союзников.

Это также отдельный вопрос о том, заслужили ли японцы это, или о лицемерии в том, что некоторые преступления не преследовались в Нюрнберге. Послевоенная обстановка была больше озабочена прагматизмом и целесообразностью, чем справедливостью. Многие избежали правосудия даже на стороне проигравших, потому что это было целесообразно.