Аномализа⁠⁠

Нам покажут один день из жизни Майкла Стоуна. Того самого, кто написал бестселлер-пособие по работе с клиентом. Ну, знаете: как разговаривать, с какой интонацией, где улыбаться, чтобы было к месту и не раздражало. Майкл Стоун прекрасно знает людей, понимает их, и если прислушаться к его написанным советам – бизнес пойдёт в гору. Да?

Он летает из штата в штат с выступлениями. Сидит в самолёте, а вокруг как будто одинаковые лица и голоса. В кармане – письмо от бывшей. Очень-очень бывшей. Открывает это письмо, полученное 11 лет назад, с сожалением читает. Ловит такси, а там одинаковое лицо и голос. Бестолковый разговор по дороге в отель. В отеле – чтобы вы подумали? Бинго! – обслуживают одинаковые лица и голоса. Вашу же мать. Бестолковый разговор на пути в номер для курящих. Из окна номера – совсем уж депрессняк: небоскрёбы с тысячами одиноких и одинаковых душ. В кармане всё ещё письмо от очень-очень бывшей. Что же не так, Майкл Стоун?

Всё так скучно и опротивело, будто ты заранее знаешь каждого человека, вот что. Знаешь, как он с тобой будет говорить и о чём. Или, правильнее сказать – ниочём? Был момент в жизни, когда вдруг они все слились. Стали чем-то неинтересным, безликим, угнетающим, преследующим во снах. И близкие теперь такие же – незнакомцы в собственном доме.

Большая трагедия – не просто потерять вкус к жизни, а думать, будто вокруг всё поломалась. Ты остался последним нормальным, ещё не поломанным человеком, да и то – надолго ли? Сколько можно протянуть, если сомневаться в истинности мира и ощущать себя марионеткой? Вокруг – фарс, и почему-то тебя сюда запихнули, не сказав, где выход.

Как сбежать из этого никчёмного мира копий? Они говорят о погоде, о тупой рекламе нелепой безделушки, о каком-то зоопарке с редкими видами животных. Где разговоры о политике? О войнах, что развязываются на наших глазах? О высоком? Да хоть о чём-то, требующем размышлений. Никчёмный мир. Мелочный. Скучный. Мир без любви. Мир, в котором я остался в одиночестве. Майкл Стоун буквально готов рассыпаться на части – настолько больно и паршиво. От самого себя паршиво. Не ясно – депрессия это или кризис. Чёрт знает, может, депрессивный кризис. Такое бывает?

А потом он встречает Лизу. Сперва – её голос, выбивающийся из общей безликой массы: мягкий и бархатный. Голос обалдеть какой успокаивающий, и не возможно этим голосом насытиться. Слушать, слушать, слушать. О, как это прекрасно – видеть новое, свежее, уникальное лицо и тело. Майкл краснеет, влюбляется, тащит в номер после ужина. Лиза – та самая, она ещё не поломана.

Вас ждёт одна из лучших постельных сцен с точки зрения динамики эмоций: от неловкости и стеснения до пассивной агрессии и полного симбиоза. Вдох жизни. Любовь, как она есть. Ощущается и выглядит нереально круто! Да и вообще, визуал здесь – разъёб!! Знаете, у Кауфмана одинокие персонажи становятся под конец более одинокими, и их проблемы по-прежнему не решены. Всё так. И Майкл Стоун – ещё один персонаж Чарли Кауфмана, который не может понять: мир совсем уже рехнулся или я? Кто я и что со мной не так? Задаваясь этими вопросами, он отдаляется от всякого человека, от жизни и всей той уникальности, какая кружится перед его глазами.

Вот ведь неудача, да, Майкл, что ночь сменяется утром, алкоголь, выпитый в баре за ужином, выветривается, и вот уже Лиза, вчерашняя любовь всей твоей жизни – превращается в знакомое одинаковое лицо и голос. Трагедия кукол. Трагедия человеков.

Мой ТГ: https://t.me/kinoastma