АНГЕЛИНА СЕРГЕЕВНА: КРЕПДЕШИН⁠⁠

Всем привет из СССР! Моя мама, Татьяна Павловна, царство ей небесное, работала в торговле. И уже выйдя на пенсию, нашла возможность заработка - ездила в Москву, покупала там ткани и продавала их в деревнях тем, кого знала, «на заказ». Я же была партийным работником, и от торговли была очень далека. Но однажды случился казус, связанный с этим ее занятием.

Среди тканей, которые покупала мама, была весьма редкая и дорогая – крепдешин. Я попросила её купить, себе для платья. Думаю, хоть раз в жизни покрасуюсь. Она купила, я сшила. Вышла на работу. Но не понравилось - показалось мне, что негоже завкабинетом политпросвещения так ярко одеваться. Однако женщины у нас в отделе (да и на самом РИ «Латекс», где я работала) как-то прознали, что я могу эту ткань «достать». И на меня повалились просьбы и заказы! Не имея торговой жилки, я просто передавала маме просьбы своих сослуживиц, а она привозила. И вот в нашем отделе, да и на заводе тоже, стали происходить странные вещи: женщины стали одеваться не по-советски ярко, роскошно! Я говорю «на заводе», точнее нужно сказать «в заводоуправлении» - но советская женщина в платье из крепдешина в конце 70-х даже в заводоуправлении это нонсенс!

В общем, вызвали меня к руководству. Не к заводскому, а к партийному. Мой руководитель прямо спросил меня, в чем дело. Я призналась, повинилась. Но все-таки сказала: «Владимир Иванович. Женщины есть женщины. Партийные они или нет. Все мы хотим быть красивыми!» На что он нахмурился, сказал, что от выговора воздержится, но взял с меня слово больше крепдешин на предприятии не распространять.

А на следующий день отвел меня в сторонку и сказал:

- Помните, о чем мы договорились? Но, Ангелина Сергеевна, в последний раз… Жене моей, она ведь не отстанет… Отрез 2,5 метра, сделаете? А я вам прибавку к окладу пробью. Но чтобы больше – ни-ни!