Андрей Громыко о Сергее Рахманинове
Я рад, что вы решили вернуться на Родину
Во время войны Рахманинов подал заявление в генеральное консульство СССР в Нью-Йорке с просьбой разрешить ему вернуться на Родину. Чтобы обговорить с советскими представителями детали, связанные с этим решением, он к нам и пришел. Случилось так, что его посещение советского учреждения в Нью-Йорке совпало с моим приездом в этот город по делам из Вашингтона.
Когда я вошел в здание консульства, Сергей Васильевич Рахманинов уже собирался уходить. Встретились в одной из комнат. Я узнал его сразу — портрет его еще при жизни был достаточно широко известен.
— Я рад, что вы решили вернуться на Родину,— сказал я ему.— Вы выдающийся композитор, и наш народ, конечно, горячо одобрит ваше решение. — Постарайтесь, пожалуйста, ускорить оформление,— попросил он. — Сделаю, Сергей Васильевич, все от меня зависящее,— обещал я. Рахманинов заметил: — Я с восхищением слежу за беспримерным подвигом Красной Армии и советского народа в борьбе против гитлеровской Германии. А потом добавил: — Американцы преклоняются перед силой и духом советских людей, и я сам это наблюдал много раз.
Я поблагодарил его за теплые слова по адресу нашей общей Родины — Советского Союза. Поблагодарил его и за то, что он давал концерты, сборы от которых поступали на закупку медикаментов для раненых воинов Красной Армии. […]
За время пребывания Рахманинова за границей, особенно в США, его дарование как композитора так и не проявилось в полную силу. Свои лучшие оперы Рахманинов написал в молодости. Автору «Алеко», например, было всего девятнадцать лет. Он создал замечательные произведения, которые широко известны и в нашей стране, и во всем мире, волнуют сегодня каждого, кто любит музыку, так же как волновали в начале и середине века. Однако в Америке и других странах Запада Рахманинова больше ценили как музыканта-исполнителя, а его талант композитора как бы уходил на второй план. Этим, конечно, он был уязвлен.
Вспоминая Рахманинова, можно сказать так: его талант во всем богатстве красок и наиболее ярко раскрылся на родной земле. Он и остался подлинно русским в истории нашей музыкальной культуры.
Андрей Громыко, Памятное