Амбал принял бой один⁠⁠

Витьку Назарьева в 8-м классе прозвали «Амбалом», но не потому, что он отлично играл в настольный теннис, футбол и колотил в боксерских перчатках по груше. Скорее всего прозвище он получил от своей любимой, модной в то время песенки:

«О, бэби, бэби, бала-бала,

А на пригорке два амбала».

Они разинули ……

О, бэби, бэби, бала-бала.

Он был большим любителем различных видов спорта.

Однажды зимой мы с ним сцепились в дружеской схватке. Я подцепил его на бедро и чисто бросил на спину (мне довелось полгода походить на тренировки по самбо). Амбал, лежа на спине, сказал: «Иппон» (чистая победа). При этом он был так доволен, как будто это он бросил меня на спину. Он любил не себя в спорте, а спорт во всех его проявлениях. Другой бы на его месте обиделся, а он – нет. Он был рад, что у меня получился чистый прием.

После 9-го класса нас перевели в другую школу в другом соседнем районе в двух остановках автобуса от нашей. Наш район назывался раньше «Гудовка», а район, в котором была наша новая школа – «Ямская слобода», или просто «Ямская». Наши десятиклассники познакомились с местными школьницами и стали ходить к ним в гости гулять.

Как-то поздним осенним холодным дождливым вечером я и мои одноклассники Шура Бугасов и Коля Аносов пошли прогуляться. Путь наш лежал в сторону нашей школы. По пути к нам присоединился парень с нашего района по прозвищу Корля. Он странно картавил – наоборот. Когда его спрашивали, как его зовут, то у него вместо «Коля» получалось «Корля». На границе района нам на встречу выбежали два пацана с нашей улицы. Они сообщили: «За нами местная ямская шпана погналась, человек 10. Мы убежали, а Амбал остановился и начал отмахиваться». 

Я предложил: «Нас шестеро. Давай рванем вшестером вперед. Впряжемся за Амбала, а то они его там убьют». Но Корля развернулся и ускоренным шагом с криком: «Уносим ноги!» - рванул назад. За ним два пацана, Шурик и Колька. Я напрасно звал их: «Ну куда же вы?! Вернитесь!» Я остался один, плюнул и, ругаясь, пошел за ними.

На другой день выяснилось, что Амбал остановился и один принял бой. Первого, бросившегося на него, он вырубил. Потом он вырубил второго. Но остальная толпа хулиганов всей массой навалилась на него, повалила и стала бить ногами. Когда он потерял сознание, его подняли за руки и за ноги и бросили в глубокую лужу. Амбал попал в больницу. Нескольких хулиганов из группы, напавшей на наших ребят, осудили на лишение свободы за злостной хулиганство.

Потом наши ребята собрали человек 50 и белым дней демонстративно часа три гуляли по враждебному району. Никого не били. Некого было бить. Местные попрятались и притихли. Некоторые из них подумали, что это их ищут. Амбал выздоровел, но больше с местными драться ему не пришлось. То ли их испугали сроки лишения свободы, то ли демонстрация нашей силы, но нападать на наших ребят они перестали.

Напрасно Амбал встал один против десятерых. Все это плохо окончилось для него и для нападавших. Надо было все же сделать ноги, а потом прийти командой человек в 50 и предупредить местных, чтобы они успокоились. Наш район мог выставить человек 150. У них столько парней не набиралось и на половину. В этом случае уверенность в себе и бесстрашие Амбала подвели. Иногда лучше сначала сделать ноги, а потом разобраться по-хорошему