8 ноября, воскресенье⁠⁠

Сегодня я решил заняться тем, что любой разумный человек сделал бы ещё вчера: выяснить, почему городская ратуша показывает неправильное время.

Начать решил с самого очевидного — зайти в администрацию и поговорить с кем-нибудь, кто отвечает за здание. В конце концов, часы на башне являются частью городской архитектуры, а не самостоятельным участником местной общественной жизни.

В администрации меня встретила женщина лет пятидесяти с аккуратно уложенными волосами и выражением лица человека, которому уже не раз задавали вопросы, на которые она не собиралась отвечать.

Я объяснил, что фотографировал старую архитектуру и заметил странность с часами. Показал снимок.

Женщина посмотрела на фото, потом на меня, потом снова на фотографию.

— Где вы это сняли?

— На городской площади. На башне ратуши.

— Я знаю, где находится ратуша, — сухо ответила она. — Я спрашиваю, когда.

— Вчера, около половины двенадцатого.

Она помолчала.

— Это невозможно.

Вот тут мне стало интересно.

Оказалось, что башенные часы не работают уже много лет. Механизм сняли на реставрацию, но так и не вернули. Насколько давно — женщина точно сказать не смогла. По её словам, ещё до того, как она начала здесь работать.

Я показал ей фотографию крупным планом.

Стрелки указывали на 2:50.

— Вы уверены, что это именно наша ратуша? — спросила она.

Я посмотрел на снимок, затем на неё.

— Там даже каменный ангел над входом виден.

— Ах да, ангел, — произнесла она так, словно это тоже была не самая удачная тема для разговора.

Я решил не настаивать. Поблагодарил за помощь и уже направился к выходу, когда женщина окликнула меня:

— Доктор…

Я обернулся.

— Вы ведь недавно поселились в доме старого доктора?

— Да.

— Тогда советую вам не задерживаться у башни после наступления темноты.

Я хотел спросить, почему, но она уже вернулась к бумагам.

Пожалуй, в этом городе существует какая-то особая школа общения с посетителями: сначала сообщить что-нибудь совершенно необъяснимое, затем сделать вид, что разговора не было.

✦ ✦ ✦

После администрации я заглянул в городской архив. Решил, что если уж часы не работают, стоит хотя бы узнать, когда их в последний раз ремонтировали.

Архив оказался в старом здании рядом с библиотекой. Внутри пахло пылью, бумагой и чем-то ещё — возможно, старой мебелью. Мне это место понравилось практически сразу.

Архивист, пожилой мужчина с густыми седыми бровями, выслушал меня и попросил подождать.

Он принёс несколько папок с документами, но почти сразу выяснилось, что сведения о часах крайне скудные. В одном из старых описаний ратуши упоминался часовой механизм, установленный ещё в XIX веке. В более поздних документах встречались записи о ремонте башни, но ни слова о том, что часы были окончательно демонтированы.

— А фотографии ратуши у вас есть? — спросил я.

Архивист поднял глаза.

— Конечно.

Он достал альбом с городскими фотографиями. Большинство снимков были датированы концом XIX — началом XX века.

Я листал страницы, пока не наткнулся на фотографию городской площади.

Ратуша. Та самая башня. Те же часы.

На снимке стояли люди, одетые по моде конца позапрошлого века. Возле входа в ратушу виднелась группа мужчин.

И один из них показался мне знакомым.

Высокий, худой, в длинном тёмном пальто.

Я наклонился ближе.

Лица на старой фотографии были немного размыты, но фигура выделялась достаточно отчётливо.

— Интересная фотография, — заметил я.

Архивист посмотрел на страницу.

— Да. Очень старая.

— Вы знаете, кто эти люди?

— Не всех.

— А мужчина в пальто?

Старик долго рассматривал снимок.

— Его лучше не увеличивать.

Я решил, что ослышался.

— Простите?

— Качество фотографии плохое, если увеличите, ничего не разберёте.

Он аккуратно закрыл альбом.

Я не стал спорить, но успел заметить дату под снимком: 1896 год.

Тот самый год, в котором, по словам мистера Эдгара, он умер.

Совпадение? Разумеется.

Хотя совпадения в Грейвен-Холлоу начинают приобретать несколько навязчивый характер.

✦ ✦ ✦

Домой я вернулся ближе к вечеру. Генри сегодня не появлялся, доктор Франкенштейн тоже не выходил из своего здания. Зато на крыльце обнаружилась небольшая посылка.

Без обратного адреса.

Внутри лежала старая фотография, завёрнутая в пожелтевшую бумагу.

На снимке был кабинет моего предшественника.

Тот самый кабинет, в котором сейчас нахожусь я.

Только мебель стояла немного иначе. На столе лежали бумаги, рядом виднелась чашка, а за креслом стоял предыдущий доктор.

Я узнал его по фотографии, которую нашёл в одном из ящиков.

На обороте было написано:

«Не всё, что исчезает с фотографии, исчезает на самом деле».

Подписи не было.

Я долго рассматривал снимок. Потом перевернул его ещё раз, проверил бумагу, края, дату. Ничего.

Самое неприятное обнаружилось позже.

Я повесил фотографию рядом с рабочим столом, чтобы рассмотреть её при хорошем освещении, и только тогда заметил, что в зеркале за спиной предыдущего доктора отражается окно.

На фотографии оно закрыто шторами.

В комнате, где сейчас висит этот снимок, такого зеркала нет.

Зато есть дверь в коридор, которую я сегодня утром закрыл на ключ.

Я прекрасно помню, что закрыл её.

Потому что перед этим проверял замок.

А на фотографии дверь приоткрыта.

И в щели видна чья-то рука.

Я снял фотографию со стены и убрал в ящик стола.

Наверное, завтра стоит поговорить с Генри. А ещё лучше — найти мистера Эдгара и спросить, что он знает о предыдущем докторе.

Кажется, я начинаю понимать, почему тот оставил после себя столько записей.

И почему некоторые страницы в его блокноте были вырваны.

P.S.

Проверил дверь в коридор перед сном. Она заперта. Ключ лежит у меня на столе.

Фотографию из ящика я достал ещё раз.

Рука на снимке теперь лежит на дверной ручке.

Не уверен, что утром она там была.

Но завтра обязательно проверю.