Дело было в середине семидесятых. Я тогда работала акушеркой в роддоме нашего небольшого городка. Молодой еще была, но родов приняла уже много, ведь тогда женщина, как выйдет замуж, сразу беременела, а многие за вторым и третьим к нам приходили.
Конечно, условия были не такие, как сейчас. Об УЗИ тогда никто и не слышал, и про эпидуральные анестезии, и совместные роды — тоже. Оборудование у нас было старое, кровати сетчатые, стены такой зеленой масляной краской покрашены, а зимой постоянный дух от печного отопления. Но детки у наших рожениц получались отменные, редко когда дело плохо заканчивалось. Только все равно каждые роды были для меня как испытание, ведь неизвестно чего ждать.
Зимой, в самом декабре, привезли к нам одну роженицу с двойней. Живот огромный, отеки и давление высокое. Муж ее привез на своей машине. Сам высокий, крупный, как медведь. Так переживал за жену, аж белый весь был. А она, наоборот, низенькая, беленькая и не особо чтобы в теле. Еле ходила.
Мы мужа, его звали Володей, посадили в коридоре, сказали, чтобы не ехал в таком состоянии. А у них дома еще доченька осталась. Но он все на пацанов надеялся, был уверен, что жена Нина родит мальчиков.
Стали мы вокруг нее суетиться, но схватки вялые, шейка матки не раскрылась. А рожать надо поскорее.
Мучилась она, мучилась, в конце концов, было принято решение кесарить.
И точно, оба новорожденных оказались мальчиками. Не близнецами – двойняшками. Но что интересно: один очень светлокожий, как и сами родители, а второй – смугленький. Не черный, но очень смугленький. Правда, детки здоровенькие, крепкие.
Вышла я в коридор к отцу, который так и сидел в волнении, сказала, что у него два сына. Он аж прямо вскочил с места – так был счастлив. Ну прямо расцвел весь. Очень просил показать детей, но тогда не разрешалось это, поэтому я сказала приходить завтра, может, и проведем его к детям.
На следующий день он приехал, и наша санитарочка повела его сначала к жене, а потом к сыновьям. Это было против правил, но уж очень он просил.
Подошел к детям Володя с улыбкой, глянул, и вдруг как стерло ее. У него лицо стало изумленное, а потом злое. «Это не мой сын», — сказал он, показав на смугленького мальчика. – У нас таких черных в роду не было. Ну я ей!». И, обернувшись к жене, стал поносить ее всякими словами, мол, нагуляла».
Женщина ничего не понимала, еще и после наркоза, но горько плакала, она не придала значения тому, что братья разные, думала желтушка родовая у одного. А мужчина заявил, что отказывается от этого сына, и домой его не заберет – только одного. И еще нас обвинял, что второго ребенка мы подменили.
Сказать, что мы были в шоке, это ничего не сказать. Роженица тихо рыдала на кровати, повернувшись к стене, у нее могло пропасть молоко. А муж ее, хлопнув дверями, уехал в ярости.
Весь вечер и всю ночь я все думала про этот страшный случай. Просто не отпускало меня чувство, что здесь что-то не то. Назавтра у меня был выходной, и я решила съездить в Москву, в специализированную библиотеку при мединституте. Может, там что-нибудь дельное раскопаю. Это сегодня в Интернете можно в за пару минут все найти, самые современные исследования, а тогда только библиотека.
Долго сидела я за книгами. Десятки справочников пересмотрела, все не могла найти ответа, пока не попалась мне случайно статья по генетике в старом медицинском журнале. И там было сказано, что генетические признаки предков могут проявляться через поколения, а могут и не проявляться. Но ведь речь шла о двойне, почему тогда у одного мальчика проявились, а у другого нет? И были ли вообще смуглые предки у кого-то из супругов? И тут до меня дошло, что зачатие мальчиков могло произойти не единовременно, и тогда все сходится.
Следующим вечером я отправилась домой к «счастливому» отцу. Он сначала меня чуть не выгнал, но, когда я ему показала отрывки из переписанной мною статьи, призадумался. И сказал, что спросит у своей бабки, кто был у них в родне. И мать жены попытает.
Я ушла от него в надежде. Мне очень жалко было ни в чем не повинную его Нину, но я утешала себя тем, что сделала все, что могла, для этой семьи.
Новоиспеченный папаша примчался в тот же вечер в роддом с цветами для жены. Из объяснений я поняла, что дед его бабки вопреки воле родителей взял в жены девушку то ли турецкого, то ли еще какого-то происхождения. Каким образом она попала в их селение непонятно. Но у них родился сын. Зуйха, которую все звали Зиной, тоже долго не прожила, а после дед женился на своей девушке и тоже родил детей. Но ветвь уже пошла, хотя мать Володи уродилась уже белокурой и голубоглазой. А вот бабка в молодости была «не нашей» внешности, от чего сильно переживала. Красавицей, но чужих кровей.
Выслушав всю эту запутанную историю, я очень обрадовалась. Но, сделав строгое лицо, подтолкнула Володю к дверям палаты, где по-прежнему неутешно плакала его жена. И сказала, чтобы просил прощения. И хорошо еще, если простит…
В день выписки сияющий Владимир бережно взял на руки двух своих сыновей. Самое интересное, что смуглый мальчик был очень похож на него. А второй – на его жену.
Вот такая история давным-давно приключилась в нашем роддоме. Как дальше у них сложилось, я не знаю, так как, отработав по распределению, уехала в город и вышла там замуж. Всю жизнь поработала в роддоме, но давно уже на пенсии и остается только вспоминать, как все было. И, если честно, я горжусь, что выбрала себе такую профессию.

Автор - Валентина Петровна.