Ответ на пост «Домашние телефоны нашей юности»
Лёгкой ностальгии пост. Извините, но фотки стареньких дисковых бойцов прям возбудили память.
Лет так двадцать-двадцать пять назад, когда в ходу ещё были таксофоны на специальных монетках, по форме напоминающих уплощённый шифер, а чуть позже появились на карточках, мы с пацанами, помню, охотились на монетки и на карточки, на которых оставалось ещё пара минут, чтобы вечером позвонить домой и передать предкам, что с нами всё в порядке и мы ещё немного погуляем.
Забавно, но не все из нашей компании помнили свой номер домашнего телефона :) Те, кто помнил - считались кем-то вроде элиты, ведь можно было, если нашли монетку или карту с минутами (гражданам обычно лень было карточки выкидывать, и их просто оставляли на таксофоне, а монетку можно было добыть, потыкав в кнопку возвращения монеток на таксофоне, но не всегда), попросить его позвонить и сказать "за всех", а там родительское сарафанное радио срабатывало безошибочно, и никому не попадало за вечерние гулянки.
Я до сих пор (а ведь прошло, реально, даже больше двадцати пяти лет!!!) помню три номера: мой домашний, домашний моей тётушки, и моего друга, жившего в одном со мной доме, и мне не раз приходилось говорить бабушке скороговорку что-то типа "Ба, привет, передай родителям Саши, что я, Саша, Славик, Оля, Ваня, Егор и Толик ещё погуляем, спасибо, пока, скоро будем!"
Ещё через несколько лет в нашей компании у некоторых вошло в моду попрошайничать у звонящих с карточных таксофонов карточки с остатком минут (причём особо наглые могли влезть прямо во время разговора чужого, по сути, человека). Благо эти шельмецы быстро стали отщепенцами и тихо испарились из нашей тусовки.
Ну а потом уже родители привыкли к тому, что их чада пропадают невесть где до 11 вечера, и почему-то всегда знали, что можно позвонить Галине Михайловне, живущей где-то в далёкой глухомани через три троллейбусные остановки, и спросить, когда ребёнок домой будет. Галина Михайловна заходила в комнату, где я, пришедший в гости к однокласснику, с азартом рубился в Танчики или Марио на Денди (с картриджами у них было туговато), и говорила: "Твоя мама звонила, говорила, чтобы ты немедленно шёл домой!", а я отвечал: "Ну вот ещё одну стадию пройдём и я пойду!".
Разумеется, одна стадия превращалась в две, потом в три, потом мы пили чай с пирожком, потом ещё немножко резались в Танчики (Галина Михайловна была очень добрая :)) и ближе к полуночи я со слипающимися глазами с огромным сожалением собирался в прихожей со скоростью дохлой улитки, а Галина Михайловна, полистав телефонную книжку, набирала номер моих предков, и говорила им, что я уже выхожу и скоро буду дома. А я знал, что меня ждёт профилактическая беседа о том, что нельзя засиживаться в гостях допоздна, и ближайшие три-четыре дня мне запретят возвращаться позже семи...
...
У родителей на тумбочке рядом с телефоном лежала пухлая записная книжка, где можно было найти самые разные телефоны - от всяких ЖЭКов, поликлиник, школ и работы, до совершенно незнакомых людей, которым никогда не звонили, но записаны они были, например, как "Олег Андреевич, т. хх-ххх-ххх, папа Серёжи с параллели", или "т. хх-хх-хх, Маша, свежее мясо, хозмаг ул. Такая-то". В таких книжках собирались сотни телефонов с именами, пометками, заметками, иногда рисунками, спецсимволами ("Карен, т. хх-хх-хх, $") ещё до того, как это стало мейнстримом, это была настоящая телефонная автобиография отдельно взятой семьи и их окружения, знакомых, приятелей, друзей, коллег, которые делились с этой семьёй полезными контактами на протяжении многих лет.
Некоторые номера телефонов записывали чисто ради проформы, чтобы человека не обидеть. Так, моя бабушка имела в книжке номер телефона какой-то тётки-парикмахера, которую ей посоветовала коллега. К этому мастеру бабушка никогда в жизни не ходила, и никогда в жизни ей не звонила, у неё свой мастер был. Зато коллега периодически бабушку доставала вопросами типа "Ну что, была у Светы? Это она тебя так постригла хорошо?" А бабушка отмазывалась всякими "Да нет, всё времени не было...".
А у моей тётушки в такой записной книжке был разворот, прямо в середине книжки, на котором был единственный номер телефона без имён и других пометок. В этот разворот был вложен листочек фольги неопределённой формы, небольшой такой. Весь из себя помятенький.
Этот номер телефона принадлежал родителям её мужа. С листочком фольги была интересная история: во времена их молодости (тётки с дядькой) он как-то совершенно от балды подарил ей маленький такой грецкий орешек, буквально сантиметра 2-3 в диаметре, тщательно завёрнутый в фольгу. Это было за день до их свадьбы. И вот тётушка хранила этот листочек фольги, бережно развёрнутый, чтобы не порвать, больше пятидесяти лет, в записной книжке с телефоном родителей, подаривших ей такого прекрасного мужа... А заворачивание таких маленьких орешков в фольгу и украшение ими маленькой новогодней ёлочки стало для них многолетней традицией, этаким новогодним хобби. Мне всегда доставался самый большой из этих маленьких орешков, и я, буквально, разворачивал его по миллиметрам, чтобы добраться, собственно, до орешка, не повредив фольгу. :D
Одно из самых ярких "телефонных" воспоминаний: я мелкий засранец лет пяти, мне строго-настрого запрещено подходить к телефону и тем более поднимать трубку, когда звонят. Ни родителей, ни бабушки дома нет, и тут звонит телефон. Никаких АОН-ов, разумеется, у нас не было, кто звонит - без понятия. Раз позвонили, другой, аппарат трезвонит и трезвонит, я не выдержал и взял трубку. Не помню уже, ни кто звонил, ни что хотел, но чётко помню, как меня попросили записать номер. И вот я беру священную телефонную книжку, раскрываю её на закладке, и своими мелкими ручонками кривым почерком на свободном месте вписываю номер под диктовку по цифрам ("Четыре, девять, семь, один" - в таком духе) и чьё-то имя по слогам.
Когда пришли родители, я радостно сообщил им, что кто-то звонил, а я записал номер и имя. С гордостью! С чувством собственной значимости! Я полезный сын! Оказалось, звонили мошенники, которые тогда пользовались "Жёлтыми страницами"... Ох и получил же я тогда по жопке :).
Конечно, сейчас, взглянув в контакт-лист практически любого человека, можно увидеть такое, от чего или наркотрип накроет, или глаз всю оставшуюся жизнь дёргаться будет, появятся вопросы без ответов, беспричинный смех, круглые глаза, шизофрения и чувство паранойи.
Коммуникативные заметки неотъемлемая часть связи со времён изобретения Александра Белла, разница лишь в том, что в современное время эти заметки перестали быть чем-то личным и сокровенным. В любой момент можно залить контакт-лист целиком на облако или сбросить его на другой телефон, отправить почтой и прочие волшебные фокусы, и времени это займёт от силы полминуты. А ведь каких-то двадцать лет назад наша соседка, которой срочно нужен был телефон электрика, ждала, пока бабушка придёт с работы и заходила к нам в гости, чтобы переписать номер...
