Согласно классической трудовой теории стоимости Карла Маркса, которую в современности активно защищает тот же Пол Кокшотт, прибавочную стоимость порождает исключительно живой человеческий труд. Нейросети, дата-центры, видеокарты и сам код — это всего лишь постоянный капитал, то есть овеществленный прошлый труд инженеров, шахтеров и программистов. ИИ может переносить свою амортизацию и стоимость затраченной электроэнергии на конечный продукт, но он не способен «высвободить» из ниоткуда новую прибавочную стоимость, потому что в нем нет человеческой рабочей силы, способной создавать стоимость сверх собственного воспроизводства.

В этом заложен фундаментальный системный кризис капитализма, который Маркс описывал еще в рукописях 1850-х годов в знаменитом «фрагменте о машинах». Капиталист внедряет ИИ ради снижения издержек и победы над конкурентами, временно сгребая сверхприбыль. Но как только технология становится всеобщей, конкуренция заставляет цены на этот цифровой продукт падать до минимума. Товарная стоимость стремится к нулю, потому что на создание гигабайта текста или кода уходит всё меньше реального рабочего времени.

В результате капитализм начинает пожирать сам себя: вытесняя человека из производства, система лишается источника прибавочной стоимости и платежеспособного спроса. Извлекать прибыль из работы бесплатных (с точки зрения зарплаты) серверов становится невозможно в рамках товарно-денежных отношений. Автоматизация неизбежно подводит экономику к черте, где мерилом богатства перестает быть рабочее время, а выживание общества требует перехода к прямому планированию и распределению благ без посредничества капитала.

Телега тут: https://t.me/inefficient_manager