Его армия исчезала в болотах Полесья, появлялась в тылу немецких дивизий и снова уходила в тень, оставляя после себя горящие танки и разбитые штабы.
В августе 1941 года, когда вермахт праздновал победу под Смоленском, на южном фланге группы армий «Центр» возникла незапланированная пробка — 5-я армия генерала Михаила Потапова висела на коммуникациях Гудериана, как заноза, которую невозможно было вытащить без скальпеля.
Именно эта заноза заставила Гитлера лично вмешаться в ход операции, повернуть танки на юг и похоронить план молниеносной войны.
Михаил Потапов был нестандартной фигурой для советского генералитета.
До того как надеть командирскую форму, он успел послужить дьяконом в церкви — и этот факт не скрывал даже в эпоху воинствующего атеизма.
Его поставленный голос, привыкший читать псалмы, звучал на штабных совещаниях так, что приказы запоминались с первого раза.
К лету 1941 года 5-я армия прикрывала киевское направление.
Немцы планировали пройти её позиции за 3-4 дня.
Вместо этого они увязли в полесских болотах на 2 месяца.
Потапов сделал ставку на мобильную оборону: его части не держали линию фронта, а наносили удары по флангам наступающих колонн, перерезали дороги, уничтожали тыловые базы.
Реакция врага была нестандартной.
21 августа Гитлер издал директиву, в которой предписывал «уничтожить 5-ю армию любой ценой».
Для этого с московского направления сняли танковую группу Гудериана — 250 тыс.солдат и 600 танков.
Гудериан позже писал в мемуарах, что этот манёвр стал «роковым для всей восточной кампании».
В плену Потапов провёл почти 4 года.
Он отказывался от всех предложений сотрудничества, держался с ледяным спокойствием.
Освободили его американцы в мае 1945 года.
После проверки НКВД его восстановили в звании — редкий случай для генерала, побывавшего в плену.
Потапов вернулся в строй и командовал армией на Дальнем Востоке.
Он умер в 1965 году, оставив после себя молчаливый пример: иногда победа — это не взятие Берлина, а 2 месяца болот, которые украли у Гитлера его единственный козырь — время.
