В тот вечер, когда Жириновский на дебатах у Соловьёва разнёс Пугачёву в пух и прах, в штабе ЛДПР, наверное, открывали валерьянку ящиками. Казалось — всё, конец, партия в минусах, электорат в шоке. Но вышло, как у нас обычно: думали, катастрофа, а оказалась репетиция победы.

Алла Борисовна, которая тогда представляла Прохорова, попыталась поставить Владимира Вольфовича на место: мол, прекратите хамить, ведите себя прилично. Но Жириновский, как всегда, выбрал честность без купюр: сказал прямо, что карьера певицы — это не талант, а пиар, фанера и скандалы. Ну и добавил пару «цветистых» выражений, которые он всегда считал украшением речи.

В тот момент многие ахнули. Половина страны поддержала Пугачёву, половина — Жириновского. Но время расставило акценты. Артистка, которая десятилетиями собирала полные залы в России, вдруг оказалась никому не нужной на чужбине. И стала вести себя так, словно подтверждала каждое слово Жириновского.

Он тогда сказал: «Артисты — как последние проститутки, ложатся под любого за деньги». Звучало жёстко, даже слишком. Но ведь посмотрите, как всё сложилось: Россия осталась, народ остался, а «примадонна» — уехала. И сегодня её песни звучат уже не как ностальгия, а как напоминание, что Родина — это не сцена и не гастроли. Родина — это то, что не предаётся.

Жириновский, как ни крути, оказался пророком.