Охота.
Кровь северного моря бурлила, рассекаемая острым носом лодчонки, пенилась и кипела солёная влага.
Три дня и три ночи шёл ар-нохь со своим опытным и единственным владыкой.
Хэлль сидел у борта и правил веслом и ветер трепал светлые волосы кьйоррийца. Огромные рыбы проплывали под крошечным судном, а морские змеи тянули свою заунывную песнь и чем ближе была она, тем холоднее становился воздух. На крошечном каноэ в море долго не продержишься, да запасы пищи и воды уже были на исходе. Но мужчину это мало волновало. На его суровой родине целые деревни подолгу голодали во время снежных зим и нашествий Белых, да и голод со сном не волновали мужчину. Лишь раздвоенный лисий хвост мелькал где-то на горизонте. И то ли это вправду была цель Хэлля, то ли это отсветы восходящего солнца золотыми рыбками играли в прозрачных волнах.
Губы мужчины тихо прошептали одно лишь слово, тихое и слышимое только случайным ветром и тут же унесенное шаловливым Эвром. На востоке вставало солнце, а на западе ещё остывало покрывало ночи с последними хороводами звёзд и огромным полумесяцем, идущем на убыль.
Тонкий и последний лунный луч протянулся к лодке и вода вокруг неё начала леденеть. Корочка разрасталась все быстрее и глубже, а иглы льда врастали в волны, заставляя их замереть в недвижном танце.
Хэлль встал и поудобнее перевесил на поясе боевой топор, пестрящий выкаленными на остове рунами.
Мужчина запахнул плащ, отороченный мехом. Вот он и добрался до края Света. Дальше был уже Призрачный Мир. Серебро было на льду и серебро было на висках Хэлля.
Он прикрыл глаза.
Сколько длилась его Охота? Сколько дорог и троп он прошёл на снежном Кйорре? Сколько скитался по Тэйнэру, так обросшему кладкой камней городских стен? Сколько башмаков стер? Один Бог ведал.
Но Хэлль знал, за чем шёл и на чей алтарь возложил свою жизнь.
Он впервые увидел Лисицу, когда был юн и глуп, на празднике своего клана. Она подмигнула ему и выскользнула из теплого жилища юноши, поманив хозяина за собой.
Он не знал имени её, не знал о ней ничего. Но притяжение было велико. И чувства были больше, чем просто сиюминутная страсть и больше, чем даже сама любовь. Лисица подтянула мужчину за плечи к себе и шепнула на ухо: "Меня достоин только тот, кто сможет поймать". И скользнула в снежную тьму, не обращая внимания на льдинки, поблескивающие в рыжеватых косах и на отлоге зимних одежд.
Отуманенному вспыхнувшей любовью рассудку ничего не стоило согласиться и опьяненный мужчина побежал за Ней. Но лишь он оказался на пороге леса, серебристый смех бисером рассыпался по снежной долине и девушка исчезла за сугробом. А из-за сугроба уже выбежал рыжий зверь с раздвоенным хвостом и скрылся за темными деревьями. Начался вечерний снегопад и очень скоро замел следы девушки-лисы.
Хэлль из клана Скал вернулся домой и много лун ходил сам не свой, лишь старики качали головами, да неодобрительно щелкали языками, да причитали, мол, погиб паренёк. Вскоре тоска совсем заполнила душу юноши и он, взяв верного пса и свой топор, ушёл из деревни. Так началась его Охота. И так она заканчивается, на ледяной границе мира льда и духов.
Хэлль улыбнулся и шагнул вперёд. Как только он оказался вне лодки, его окутали пуховым одеялом хороводы снежинок, пронзаемые ярким солнцем. Белые силуэты вереницами тянулись во льды и мужчина шёл с ними, мягко и осторожно.
Наконец из размытых очертаний выступил силуэт, отличавшийся от других. Он был ярким, явственным и естественным. Он не пестрел сотнями рук и шестеро ног не сплетались воедино. Она. Такая близкая. Такая родная.
Лисица совсем не изменилась. Её стан был так же тонок, как и во время первой встречи, лицо молодо и лишь глаза светились голубой мудростью стариков. Она улыбнулась и тихо кивнула, и Хэлль тут же заключил её в свои объятия.
- Я искал тебя. Я охотился. Я мучительно долго тянул тебя к себе. Всю жизнь.
Она вновь кивнула и обвила его шею тонкими руками.
Белые тени обступили пару и они исчезли в солнечных лучах, оставив от себя лишь облачко кристалликов льда, тут же опавших вместе со снегом.
***
Тихо потрескивал огонь в глубине бревенчатого дома. Пахло дымом и травами и только-только перевалило за час Демонов. Хэлль открыл глаза и потянулся. За узким окном было видно, как падают крупные, нежные и белые хлопья, укутывающие Землю в нежную фату. Мужчина чувствовал, что он был вновь юн. Борода была коротка, волосы светлы, но не седы, а мускулы вновь налиты юношеской силой. Небольшое возвышение, на котором лежал странник, было устлано теплыми, пушистыми шкурами, да он и лежал под такой. Брачный оберег был прибит на ближайшей стене, а бок грело горячее дыхание жены, Рейвенор. Хэлль мгновение любовался её светлым лицом, рыжеватыми волосами, столь темными во мраке ночи и обнажёнными плечами и грудью. Он счастливо вдохнул её аромат и прижал своё сокровище к груди. Охота, длинною в целую жизнь была окончена. И она была крайне удачной.
